Чрезвычайная миссия

Мих Сонкин| опубликовано в номере №930, Февраль 1966
  • В закладки
  • Вставить в блог

Но возвратимся к дате 15 ноября 1917 года.

Вечером важное заседание в Смольном — первое совместное собрание ВЦИК, Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, Всероссийского исполкома Советов крестьянских депутатов. На повестке дня вопросы объединения двух отрядов революции — рабочего класса и трудового крестьянства. И, конечно, снова и снова о мире, о том, что уже сделано, что предстоит сделать.

Крыленко, Иоффе, Карахан и Розмирович, возвратившиеся в Петроград, днем доложившие Ленину об исполнении миссии, вечером были в бело-колонном зале Смольного.

Крыленко избрали в президиум. И многие заметили, как рядом с ним сел старик-крестьянин, в коротком сером зипуне, с огромной сивой бородой, с кирпичным загаром на лице и глубокими морщинами. Это был член Исполкома крестьянских Советов Роман Илларионович Сташков. Крыленко и Сташков были земляками-смолянами.

Заседание вел Яков Михайлович Свердлов. Пришел черед говорить Крыленко. Он дал отчет депутатам: о том, как были посланы парламентеры, как завязался диалог с немцами (через окопы и в Стокгольме), о том, что теперь главная преграда на пути к миру — духонинская Ставка.

— Я прошу это высокое собрание, представляющее волю всех отрядов российской революции, — говорил Крыленко, — подтвердить, что оно уполномочивает меня принять самые беспощадные меры, какие только понадобятся, чтобы сломить сопротивление Ставки.

Гремела овация. Это был ответ и мандат главковерху.

Слово получил Роман Сташков. Взойдя на трибуну, он поклонился на все четыре стороны и сказал:

— Сегодня великий день. Свершилось! Мы едины, рабочие и землепашцы...

В состав делегации, отправлявшейся в Брест, были назначены: рабочий Павел Андреевич Обухов, большевик; крестьянин Роман Илларионович Сташков, член ВЦИк, беспартийный; солдат Николай Кузьмич Беляков, член Военной организации при ЦК РСДРП(б), большевик; матрос Федор Владимирович Олич, член президиума ВЦИК, большевик.

Главой делегации правительство назначило А. А. Иоффе, секретарем — Л. М. Карахана. В состав делегации вошли также Л. Б. Каменев и Г. Я. Сокольников — от партии большевиков, A. А. Биценко и С. Д. Масловский (Мстиславский) — от фракции «левых» эсеров, члены ВЦИК. Группу военных экспертов возглавил адмирал B. М. Альтфатер.

Когда список делегации был опубликован, стали пожимать плечами, ухмыляться союзные дипломаты. Развели руками отставные российские политики. Зашушукались журналисты из кадетской «Речи» и лжесоциалистического «Дня». Но ничего противоестественного в выборе делегатов не было. Они представляли тех, от чьего имени надо было говорить в Бресте — от имени революционных рабочих, крестьян, солдат и матросов.

Делегацию возглавили опытные партийные политики. Что касается профессиональных дипломатов, то их республика еще не имела: старые оказались за гранью истории, новые только становились профессионалами.

Советский дипломатический корпус формировался из коммунистов, познавших премудрость внешней политики не на дипломатических раутах, не на международных конференциях, не на специальной службе за границей, а путем самообразования, чаще всего в тесных одиночках царских тюрем или на поселениях среди снегов и безлюдья Сибири. Если наши будущие профессиональные дипломаты и оказывались за рубежом, то жили они там не по дипломатическим паспортам, а по «волчьим билетам» эмигрантов. Люди, ставшие пионерами-профессионалами советской дипломатии — Г. В. Чичерин, М. М. Литвинов, А. А. Иоффе, В. В. Воровский, Л. М. Карахан, А. М. Коллонтай и другие, — были до того профессиональными революционерами, подпольщиками-большевиками, решавшими злободневные вопросы международной и внутренней политики то в баррикадных боях, то на митингах и демонстрациях, то в казармах и окопах.

За несколько часов до отъезда делегации в Брест В. И. Ленин беседовал с главой дипломатической миссии А. А. Иоффе.

«Владимир Ильич, — рассказывал позже Иоффе, — чрезвычайно настойчиво внушал мне... как именно необходимо наших империалистических противников «вытаскивать за ушко да на солнышко». «Как только они покажут свои империалистические ушки, — говорил он, — вы их остановите и требуйте: а позвольте-ка это записать...»

...Поезд делегации вышел из Петрограда вечером 18 ноября. Днем раньше ушли эшелоны матросов и солдат во главе с Крыленко. На Могилев! Чтобы подкрепить «тылы» дипломатической миссии, чтобы убрать последние рогатки (внутри страны) на пути к миру!

До глубокой ночи делегаты совещались (раньше для этого времени не оказалось). Иоффе рассказал об инструкциях, полученных от Совета Народных Комиссаров, о том, какой общей линии придерживаться.

В Двинск приехали утром 19 ноября. Среди встречавших были члены армейского комитета V армии. На их шинелях алели большие красные банты: в Двинске заседал съезд делегатов армии.

Съезд проходил в городском театре. Туда пригласили дипломатов, едущих в Брест. С речью к ним обратился Склянский:

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте  о российском  императоре Михаиле II, сутки носящем этот титул после отречения своего брата Николая II-го, документальную повесть-воспоминание о великом художнике Илье Глазунове, о жизни и творчестве Константина Бальмонта, о гениальном Гекторе Берлиозе, о великом русском педагоге и актере Михаиле Чехове, окончание детектива Андрея Дышева «Одноклассники» и многое другое.



Виджет Архива Смены