Плитка постного сахара

М Марин| опубликовано в номере №930, Февраль 1966
  • В закладки
  • Вставить в блог

Олимпийский чемпион, рекордсмен мира, заслуженный мастер спорта... Да мало ли еще какие почетные титулы можно назвать, вспоминая биографию прославленного советского конькобежца Евгения Гришина! Недавно 35-летний капитан Советской Армии Гришин отпраздновал своеобразный юбилей — двадцатилетие своего первого старта, бесповоротно определившего спортивный путь юного ученика гравера из Тулы. О том, как это было, рассказывает отрывок из документальной повести журналиста М. Марина «Жизнь слагают секунды».

Последней военной зимой Михаил два раза в неделю по вечерам уходил на каток. Говорил: «Тренировка у нас сегодня». Однажды Мишка сам позвал его с собой. Женька прямо дома надел свои старые хоккейки с ботинками — их подарил ему теткин муж Николай Дронов.

Дронов считался в Туле спортсменом номер один. Он был чемпионом ВЦСПС по велосипеду и мастером спорта. Женька его уважал и гордился родством. Только никому из ребят не говорил, что хоккейки эти подарил ему сам Дронов: могли и не поверить. Старые хоккейки, у которых кожа на ботинках была вся изодрана, а на носках совсем выцвела и стала белой, казались Женьке великим даром. Хоккейки свои Женька очень берег, вытирал тряпкой и даже смазывал касторкой, хотя она отвратительно пахла.

Когда Женьку ранило во время бомбежки, на нем как раз были эти хоккейки. В госпитале ботинки хотели разрезать, чтобы легче снять с ног, но Женька не дал. Он сказал, что лучше потерпит, пусть так снимают. Правда, с тех пор как выписался из госпиталя, он всего раза два надевал коньки. Не до них было.

Мишка отправился в раздевалку, а Женька — на лед. Он никогда не катался по настоящему льду, ноги у него разъехались, коньки вдруг перестали слушаться. Он испугался — вот начинается, но никто на него не обращал внимания, и он потихоньку покатился вслед за какими-то мальчишками.

Он катился по кругу и с каждым шагом чувствовал себя увереннее. Незаметно ощущение неловкости и робости прошло. Женька даже на какое-то время забыл, что он не на мостовой, а на катке, и побежал, несколько раз сильно и резко оттолкнувшись ото льда зазубренными носками хоккеек. Он обогнал ребят, которые ехали впереди, и решил попробовать затормозить. Рывком подняв носки и стараясь вдавить в лед задники хоккеек, сделал крутой вираж и вдруг резко сдвинул носки и развел пятки. Лед заскрипел, и Женька стал как вкопанный. Получилось! Женька устал, запыхался. Но зато услышал, как кто-то из приятелей по секции сказал Мишке: «Силен у тебя брательник!» Ему стало так хорошо на душе, как давно уже не было. Прислонившись спиной к снежному сугробу, он стоял, счастливый, и большими, жадными глотками глотал морозный воздух. Мишка, подъехав к нему и дернув за рукав, сердито сказал:

— Совсем дурак! Воспаление схватить хочешь?

Женька не обиделся. Он не хотел хватать никаких воспалений. Он хотел сейчас одного — снова прийти на каток. И неуверенно спросил у брата:

— А когда у вас еще тренировка? Можно мне?

— В четверг теперь приходи, — услышал он чей-то знакомый голос.

Это был Дронов. Он стоял рядом с Женькой и улыбался.

— Узнавать не хочешь, а, чемпион по догонялкам?

У Николая Дронова, тренера «Трудовых резервов», на этой неделе было много забот. В воскресенье — открытие сезона, в пятницу надо уже заявку подавать, а Дронов все еще не знал, кого же он заявит в юношеском разряде. Нужен был всего один зачетник, но где его взять?

Потому и зашел Дронов во вторник на каток, где тренировались хоккеисты. Думал: «Может, найду какого-нибудь пацана, дам коньки — пусть пробежит для зачета, и ладно».

Он давно не видел Женьку, хотя знал про все его дела.

«Выглядит куда старше своих пятнадцати лет, — думал Дронов. — Да, впрочем, пятнадцать-то ему только весной стукнет, в марте, кажется».

— Дядя Коля, а это ваши хоккейки, помните, которые вы мне подарили еще в войну? — громко спросил Женька, чтобы другие услышали и поняли, что с Дроновым он давно знаком. Дронов сразу догадался, в чем дело.

— Помню, помню. Ты еще на валенки их тогда надевал. А теперь как раз, что ли? Мать здорова? Все собираемся к вам в гости зайти.

— Заходите, дядя Коля.

— Как-нибудь зайдем, а вот ты в четверг обязательно приходи. Или знаешь что, Женька? Пойдем-ка сейчас ко мне. Дам я тебе настоящие коньки, беговые! Хватит тебе на хоккейках бегать.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены