Асы разведки

В Ярошинский| опубликовано в номере №861, Апрель 1963
  • В закладки
  • Вставить в блог

Повесть. Продолжение. Начало см. в №№ 5, 6.

Абвер переходит в атаку

В ноябре 1941 года все гитлеровские контрразведывательные органы: III отдел абвера, III бюро имперского управления государственной безопасности, — а также гестапо приступили к поставленной на широкую ногу операции — окончательной ликвидации подпольных радиостанций советских разведывательных групп, действовавших на территории рейха и в окуппированных странах.

Новое гониометрическое оборудование, которым были снабжены пеленгующие и ликвидационные отряды, позволяло надеяться на успех операции.

Шеф абвера адмирал Канарис провел в начале ноября совещание с шефом СД Рейнхардом Гейдрихом.

— Надо сделать всё,— говорил Канарис Гейдриху,— чтобы как можно быстрее вскрыть источники информации русских. Я предлагаю тотчас же направить уже организованные нами отряды во все крупные города и районы, где действуют советские передаточные станции. Эта операция должна быть проведена в строжайшей тайне. Людей, которых нам удастся схватить, нужно любой ценой, подкупом или угрозами склонить к сотрудничеству с нами.

Эта беседа имела определенное значение для будущих действий против передаточных станций, так как установила принципы взаимодействия между абвером и имперским управлением безопасности. Благодаря этому можно было охватить операцией сразу большую территорию.

31 ноября 1941 года в девять часов вечера три группы из недавно созданных гониометрических и ликвидационных отрядов функ-абвера погрузились на грузовики в казармах Монса и двинулись в сторону Брюсселя.

Командовал небольшой колонной лейтенант Мозер. Условия, в которых должна была проводиться операция, были необычно трудными. Станция РТХ перестала передавать свои позывные, зашифровав их, очевидно, постоянно изменяемым рядом цифр. Этот новый опознавательный знак был, однако, через некоторое время зафиксирован, но требовал неустанного наблюдения слухачей. Функ-абвер утверждал, что в Брюсселе или в его окрестностях начиная с 17 ноября работали сразу три передатчика, но каждый из них пользовался другим диапазоном волн, чем РТХ.

Лейтенант Мозер остановился со своей колонной в предместье Бюрнхем на площади д'Консей. Он разбил группу на три отряда и расставил их в разных пунктах Брюсселя, образовав гигантский треугольник. Первые измерения были произведены ночью, вторые — утром следующего дня. Тайный передатчик однажды включился, передал несколько кратких текстов, был засечен и тотчас же умолк.

Передача длилась несколько минут, но и этого оказалось достаточным для того, чтобы произвести точные измерения. Первый пункт показал 350°, второй — 310°, третий — 248°. Лейтенант Мозер проверил данные и, нанеся их на план города, выяснил, что пеленгационные линии двух первых измерений не пересеклись с линией третьего пеленгатора.

— Кто-то из вас допустил ошибку, — сказал Мозер.

— Каким образом, господин лейтенант? — оправдывались солдаты.— Мы дважды проверяли результаты и каждый раз получали одну и ту же частоту, один и тот же угол.

— В таком случае, должно быть, гониометр неисправен. Откуда эта аппаратура?

— Она поставлена фирмой «Вольф-радио».

— Черт побери, это невозможно! Эта фирма делает великолепное оборудование и, насколько я знаю, с ее аппаратами никогда ничего подобного не происходило. Это ошиблись вы!

На следующий день Мозер вместе со своими солдатами с утра находился на тех же местах. Новые измерения подтвердили определенные накануне результаты пеленгования. Тогда Мозер приказал произвести контрольные измерения по позывным своей радиостанции. И только тогда он убедился, что ни один из новейших гониометров не давал точных показаний.

— Такими гониометрами мы не локализуем ни одной станции,— сказал Мозер и добавил, обращаясь к солдатам: — Вы правы, ребята, очевидно, это саботаж.

Мозер обратился за помощью к шефу абвера в Париже, полковнику Редлингу, который тотчас же направил в Брюссель машины с тремя гониометрами, изготовленными другой фирмой. Одновременно он известил о саботаже III отдел абвера в Берлине, который немедленно распорядился произвести расследование на «Вольф-радио».

2 декабря отряд Мозера смог возобновить прерванную работу. За несколько дней его людям удалось засечь местонахождение двух передатчиков. Один из них работал в квартале Моуленбеек, а другой в Эттербеек, в северной части Брюсселя. Получив точные измерения, лейтенант Мозер направился к шефу местного отделения абвера в Брюсселе майору Мейеру, доложил о результатах своей работы и о трудностях, на которые натолкнулся при пеленговании. Мейер принял его очень сухо.

— Меня не интересуют ваши трудности. Ваше дело локализовать эти станции в кратчайший срок, а мое дело их уничтожить. Можете вы точно указать, какая из этих станций РТХ?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

70 дней одного года

Очерк. Окончание. Начало см. в № 6.