Время, энергия, воля

А Одинцов| опубликовано в номере №572, Март 1951
  • В закладки
  • Вставить в блог

У нового моря, разлившегося в степях, тысячи и миллионы тонн воды подпирают бетонный гребень плотины. В ветреную погоду бушует море, ходит белыми гребнями, и волны высотою с дом бьются о бетонные камни. Но вот плотина открыла ворота морю. С огромной высоты падает гигантский водопад в стальную трубу, потом в «улитку» - спиральную камеру высотою в десяток метров. Чем тоньше становится спираль «улитки», тем сильнее поток. Клокочет море, пытается вырваться из стальных пут. И когда сила воды доходит до предела, разъярённый поток ударяется о рабочее колесо турбины. Медленно поворачиваются огромные стальные лопасти. Нелегко сдвинуть с места стальной вал, на котором вместе с турбиной движется генератор. Но мощь воды делает своё дело. Всё быстрее, быстрее, быстрее раскручивается колесо турбины. Вот уж и не видно движения генератора. Чуть слышный шелест над головой. И от станции по широким дорогам высоковольтных электропередач потекла энергия моря, переработанная в электричество. Где-то на одном из пультов загорелась ещё одна надпись: «Станция дала энергию».

... И пускай это будет Цимлянский гидроузел и бескрайнее Донское море. Всё это уже реально ощущают и Нина Пряникова, комсорг цеха водяных турбин, и токарь Виталий Фёдоров, и Евгений Алексеев, и два друга Анатолий Носов и Василий Лебедев - молодые ленинградцы, строители турбин.

* * *

Солнечный луч, как художник. С полудня он ходит по цеху, рисует картины то на лопасти турбины, которая в отблеске света напоминает занесённый гребень волны, то на переплётах крыш, то заглянет в свернувшуюся на сборке «улитку» - спиральную камеру, где и без солнца хватает огня: там электросварщики сшивают толстые стальные доски.

Комсорг Нина - тоже художник. В её фанерной комнате со стенами не до верха на столе и на полках стоят консервные банки с разноцветной клеевой краской, которая славно служит на благо наглядной агитации. Настроение у Нины отличное. Она выбрала кисть, обмакнула в банку, и вот уже огромное красное «К» появилось на жёлтой рулонной бумаге. «Комсомольцы и молодёжь, берите пример с токаря Виталия Фёдорова, выполняющего норму на 250-300 процентов!» Когда в обеденный перерыв она шла с этим плакатом по цеху, чтобы повесить над станком Фёдорова, услыхала: «Вот бы нам!» Трое девчат стояли у будки с газированной водой. Нина их знала. Это были выпускницы ремесленного училища. Приехали они в Ленинград из Горького недавно и, по словам заместителя начальника цеха, «ещё полностью себя не проявили».

А легко ли сразу проявить себя на работе! Девушки привыкли к Ивану Игнатьевичу, своему доброму мастеру, который сердился лишь тогда, когда кто-либо из его учениц начинал торопиться. «Рано ещё спешить, - любил говорить Игнатьевич, - с годок поработайте, вот тогда само придёт». Но ждать годок не было времени, здесь, в цехе, была норма, норма, требующая загрузки каждой минуты. Девчата удивлялись, куда уходило время. К концу смены часть деталей оставалась, приходил мастер, вздыхал и успокаивал: «Ничего, ребята, ничего». И после этих слов чувство пристыженности росло, росло чувство вины перед мастером, перед всем цехом, и перед Виталием Фёдоровым, который работал тут же.

Конечно, ни Женя Родионова, ни Тася Вольнова, ни их подруги и не знали, что в этот день комсорг Нина Пряникова решила помочь им в работе, дала себе обещание вовлечь их в комсомольскую жизнь,

В те дни комсомольцы заканчивали оборудование красного уголка. Девушки охотно помогали Нине мыть, рисовать, развешивать и «расставлять. В этот вечер Нина узнала всё и о девушках, и о добром мастере, и о строгом комсорге Васе в ремесленном училище, и о волжских затонах, где выросла Женя Родионова. Но узнать биографию оказалось куда проще, чем помочь в работе. Парторг Петров советовал начать с комсомольского собрания.

- Позови на комсомольское собрание всех наших начальников и мастеров, - говорил он, - пускай они послушают, что мешает молодым турбостроителям.

- А придут они, Сергей Иосифович? - спрашивала Нина.

- Обязательно все будут. Я тоже наполню.

Пройдёт месяц, и инициатива комсомольцев-турбостроителей станет известна всем на заводе. В один из дней соберётся общезаводское собрание молодежи, и директор завода сделает доклад о шефстве над молодыми рабочими. На этом собрании возьмут обязательства и инженеры, и конструкторы, и стахановцы. Но это будет через месяц, а сейчас Нине кажется, что собрание не получилось. Кто-то говорит, что ему в кладовой не дали резец, кто-то ему отвечает, что в тот день таких резцов не было. Девушки-горьковчанки молчат. Председатель спрашивает: «Кто ещё просит слово?» Поднялся Фёдоров. Он говорил, что, по его мнению, опытные рабочие должны взять шефство над новичками...

- У нас детали особые - турбина, регулятор, - надо к ним привыкнуть. Я лично берусь довести девчат из Горького.

Так он и сказал: «довести», значит научить, поднять, подвести к передовым нормам.

Это предложение и определило жизнь комсомольской организации цеха: опытные рабочие взялись передать свой опыт.

Виталию Фёдорову 24 года. Он токарь-скоростник, ученик 9-го класса вечерней школы, трогательный отец двухлетней Гали, такой же «отчаянный» театрал, как и его жена, и конькобежец. Теперь к этим делам, требующим немало времени, прибавилось ещё одно, - шефство. С первого же дня оказалось, что мало раздать свои резцы, мало заточить резцы самому, надо сделать так, чтобы Женя Родионова почувствовала себя хозяйкой своего станка. Для этого частенько приходится являться на работу пораньше, чтобы вместе с Женей отрабатывать какие-то новые движения, приучить к уверенности, скажем, к быстрому включению самохода. Нет, не сразу молодые токари становятся на самостоятельный путь, и не одну неделю придётся повозиться Виталию со своими подшефными, чтобы они стали настоящими токарями.

... Цех делает турбины. Его машины стоят на Днепрогэсе. Но до войны там стояли турбины мощностью в 90 тысяч лошадиных сил. «Ньюпорт - Ньюс - США» - было отлито на кожухе турбины. Восстанавливая Днепрогэс, советские конструкторы создали турбины прежних размеров, но вселили в каждую из них мощность в 102 тысячи лошадиных сил. «Ленинград - завод имени Сталина» - было отлито на кожухе новых турбин. Чтобы тесно было металлу и просторно энергии - таков принцип конструкторов и рабочих, создающих турбины.

Сейчас цех делает турбины для Цимлянского гидроузла. Замыслы конструкторов уже разошлись по станкам рабочими чертежами. Виталий получил чертёж ручки регулятора турбины. Он придумал новый, скоростной способ обработки этой детали. Женя Родионова и Тася Вольнова получили чертежи огромных болтов. На этих деталях они впервые почувствовали себя хозяевами и превысили нормы.

Новые рабочие чертежи чуть было не поссорили двух неразлучных друзей с их новым мастером. Этими друзьями, были Анатолии Носов и Василий Лебедев. Им по 17 лет, они окончили ремесленное училище и с осени прошлого года работают слесарями-сборщиками. Обоих завод посылал в колхоз «Победа», что на Волхове, на уборку картофеля. У Носова пятый разряд, а у Лебедева четвёртый. Один из них ходит на лыжах, другой - только на каток. Один любит перечитывать книгу об Алексее Маресьеве, другой - о Василии Тёркине. Только это, пожалуй, они и делают порознь, всё остальное вместе. Мастер Владимир Матвеевич, с которым чуть не произошла ссора у ребят, был переведён на участок сборки недавно. Основным мерилом, с которым он относился к любому сборщику, был чертёж. «Что ты за рабочий, если плохо чертежи читаешь», - говорил он. Сейчас это были чертежи регулятора турбины - прибора, автоматически сохраняющего постоянное число оборотов. Что бы ни случилось, спало ли напряжение в сети, увеличился ли напор воды, турбина благодаря регулятору будет вращаться с постоянной скоростью. Внешне небольшой стальной шкаф с приборами на пульте и десятками сложнейших узлов внутри. Но сейчас на сборке стоял лишь пустой шкаф с раскрытыми дверцами и круглыми отверстиями для приборов, - все узлы были на верстаках у сборщиков, и наши друзья заканчивали сборку указателя среднего положения золотника регулятора. И надо же было! Кто-то сказал мастеру, что ребята и чертежа не раскрывали, посмотрели-де уже во время сборки два раза, и всё. «Запороли мне указатель», - решил Владимир Матвеевич и пошёл к верстаку. Чертёж был раскрыт, но лежал в стороне.

- Почему не по чертежу... - накинулся мастер на Носова.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 7-м номере читайте о трагической судьбе царевича Алексея, о жизни и творчестве  писателя, чьи произведения нам всем знакомы с детства – Евгения Шварца, о Рузском музее – старейшем  в Подмосковье, покровителях супружеской жизни святых Петре и Февронии, о единственной и несравненной королеве Марго, окончание детектива Наталии Солдатовой «Химера» и много другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Связная Цзинь Фын

Главы из III книги романа «Поджигатели»