Традиции космической дружбы

Виктор Беликов| опубликовано в номере №867, Июль 1963
  • В закладки
  • Вставить в блог

В штабе совместного космического полета Павел Романович Попович на минутку отошел от микрофона, который только что передал его дружеское напутствие капитанам «Востока-5» и «Востока-6».

— Именно сейчас им очень нужно услышать самые простые слова,— говорит Попович,— о доме, о семье, о том, как ждут их там, волнуются и верят в успех. Не отрываясь, мы следим сейчас за экраном телевизора, что стоит здесь, на командном пункте, видим лица Валерия и Валентины и, откровенно говоря, восхищаемся ими: до чего же хорошо держатся, как уверенны и спокойны! Только и слышишь от них, что чувствуют себя прекрасно... И снова Валерий спрашивает о жене, о сынишке, а «Чайка» только что сообщила: «Передайте маме, чтобы она не беспокоилась» Я был у Вали Быковской накануне, старался получше все запомнить, Чтобы точнее передать ее приветы Валерию. Как видите, не ошибся — эти сердечные, вроде и не относящиеся прямо к делу, но бесконечно важные и нужные слова перед запуском доверено сказать нам, товарищам пилота космического корабля. Это одна из наших традиций...

Разговор с Павлом Романовичем на время прерывается: наступает очередной сеанс связи штаба полета с космическими кораблями.

Есть среди грандиозных, фантастически сложных сооружений космодрома заросший зеленью уголок, вроде и не предусмотренный требованиями строгой науки о космических полетах. Это цветник, небольшой клочок степной земли, тщательно ухоженный заботливыми руками ребят из стартовой команды. Обычно начальник ее преподносит яркие, душистые дары лета космонавту и его дублеру, как только они выходят из автобуса, уже облаченные в оранжевые комбинезоны и белые гермошлемы путешественников по Вселенной. Этот традиционный букет цветов, как жезл, некогда вручавшийся машинисту перед новым перегоном в знак того, что путь впереди свободен и только ему одному доверено право пройти его!

Теперь космонавт должен расстаться с тем, кто много дней был его дублером, двойником, напарником, самым близким товарищем. В минуту прощания не звенит хрусталь бокалов, да и поцеловаться нельзя — лица скрыты прозрачным забралом: братья по космосу обнялись, «чокнулись» гермошлемами и условились о скорой встрече. Им, рука об руку шедшим к подножию нацеленной в зенит ракеты, во. все и не надо торопливых слов и само собой разумеющихся заверений. Разве они оказались бы здесь вместе, если бы не знали друг о друге все, что только могут раскрыть в человеке совместный труд и отдых, учение и воинская служба! К тому же самая важная и ответственная часть их общей работы пока еще не завершена...

— Каждый полет по-своему неповторим! — сказал как-то Главный Конструктор космонавтам. Они, их командиры, воспитатели, тренеры, сделали из этих слов единственно верный вывод: каждый шагнувший к звездам научит тому же и остальных своих товарищей. Двери в космос не открывают В одиночку По принципу «космонавт— дублер» передавались опыт и навыки от Гагарина к Титову, а потом они вместе, не жалея сил, готовили к полету Николаева и Поповича, учили их побеждать, например, невесомость. Затем все четверо они были инструкторами по подготовке совместного длительного космического полета Валерия Быковского и Валентины Терешковой. Одна из фотографий памятных августовских дней прошлого года запечатлела Космонавта-2 склонившимся над своим бывшим дублером Андрияном Николаевым в кабине учебного корабля-спутника. Что говорил тогда Герман?

— Возможно, я чувствовал себя в полете чересчур свободно, с самого начала делал резкие движения, смело приступил к физзарядке... Ты, Андрюша, действуй по-другому—выходи на невесомость осторожно, сначала прощупай ее хорошенько! И еще: в полете перед сном не забудь засунуть руки под ремни, а то они, невесомые, «поплывут» и разбудят тебя...

Не знаю, подстерегли ли фотокамеры и киноаппараты такое же мгновение еще раз, но ясно: Космонавт-5 и Космонавт-6 ушли на орбиту, вооруженные опытом, приобретенным их предшественниками. Ведь недаром все они провожали на космодроме Валерия и Валентину до первой ступени в космос — стальной ступеньки трапа пусковой ракетной установки.

Как же зародились эти новые профессиональные и дружеские традиции людей, чья специальность — самая молодая на земле? Наверное, начало было положено в первый же день приезда ребят в городок, еще не названный тогда «Звездным».

С семьями и холостые, из дальних и ближних мест, они появились здесь почти одновременно. На этот счет не было особого приказа или предварительного уговора — просто их неудержимо влекло неизведанное дело, казались бесцельно прожитыми лишние сутки, потраченные на сборы. В штаб они пришли все вместе и один за другим отрапортовали о прибытии. Затем так же дружно, коммуной, как определил в шутку кто-то из них, приступили к занятиям и тренировкам.

Сегодня было бы удивительно интересно перелистать подшивку «Нептуна» — стенной газеты отряда космонавтов. Где бы ни была группа — на парашютных тренировках, в медицинском профилактории, на охоте в часы досуга или у тренажеров космоцентра, тут же появляется на листе ватмана неизменный седобородый старец, потрясающий беспощадным трезубцем. Зато уж если представился повод кого-то похвалить, отметить успех или семейное торжество, никто не сделает это быстрее «Нептуна».

Был случай, когда один из космонавтов, всецело поглощенный делами, вспомнил о своем дне рождения... увидев специальный выпуск стенгазеты с поздравлениями от «друзей по космической дороге». Что и говорить, осведомленности «Нептуна» о событиях в отряде космонавтов могут позавидовать крупнейшие газеты мира!

Путь к звездам не усыпан розами — терниев на нем куда больше! И неписаные законы космического товарищества прошли через испытания на прочность, доказав спаянность и силу всего коллектива.

...Однажды летом с одним из космонавтов случилась беда: травма позвоночника, полученная во время купания, вынудила командование поставить вопрос об отчислении его из отряда. Друзья горой встали за товарища; они много раз доказывали, что можно перевести его временно на другую работу, создать комплекс специальных физкультурных упражнений и под наблюдением врачей полностью восстановить здоровье космонавта. Потребовалось много настойчивости и уверенности, чтобы добиться согласия командования и медиков. Зато, когда' оно было наконец получено, виновник всех волнений мигом оказался в «невесомости»: счастливые друзья подхватили его на руки и принялись качать что было сил.

Здесь не терпят многословия — на это просто нет времени: строжайший режим жизни и труда космонавтов вошел каждому в плоть и кровь.

— Иначе нам нельзя,— объяснил мне Павел Попович.— Традиция очень хорошая, будем ее поддерживать все время...

Действительно, иначе нельзя. «Небесные братья и сестры» живут и работают по самому высокому классу точности и чистоты — звездному, советскому, коммунистическому!

— Орел... Сокол... Беркут...

Так запрашивали по радио Титова, Николаева, Поповича. Потом в эфире звучало:

— Ястреб, Чайка!..

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

Начало революционной деятельности Ленина

Из материалов первого тома «Истории Коммунистической партии Советского Союза» в шести томах, подготовляемой к изданию Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС.