Рождение балета

Н Чернова| опубликовано в номере №842, Июнь 1962
  • В закладки
  • Вставить в блог

Эта статья – ответ на многочисленные письма наших читателей. В ней рассказывается о том, как создается балетный спектакль.

Слава нашего отечественного балета давно уже шагнула далеко за границы Родины. Советский балет – одно из самых значительных достижений нашего искусства. Мы не перестаем восхищаться неподражаемым мастерством Улановой, Плисецкой, Лепешинской и других артистов балета. А между тем для зрителей балет, пожалуй, наиболее «таинственный» вид искусства. Как он создается? Какова роль композитора и драматурга в балете? Что приносят в балетный спектакль дирижер, исполнители? Об этом и рассказывает читателям «Смены» искусствовед Н. Чернова.

Начало

Пожалуй, композитор сам не мог точно вспомнить, когда у него впервые родилась мысль написать музыку н балету. Быть может, это было, когда он впервые услышал отрывки из «Лебединого озера» Чайковского. А может быть, на балете «Ромео и Джульетта», где его потряс танец Галины Улановой. Тогда он понял, что танец иногда может рассказать больше, чем слово, о чувствах человека, о его настроениях, о радости и горе.

Танцевальную музыку он писал уже несколько лет. Но самое главное оставалось неясным: он не знал сюжета своего будущего спектакля. Знал только, что это будет рассказ о любви, о светлом и радостном в жизни. И этот рассказ сделают зримым танцовщики и танцовщицы.

В наше время под словом «балет» понимается не просто танец, а спектакль, пьеса, рассказанная языком хореографии. И прежде чем начать писать музыку, композитор должен был найти драматурга-либреттиста, который даст ему подробную программу будущего спектакля. Не ту программу, что обычно продается в театре перед началом спектакля (она пишется для зрителей и передает лишь краткое содержание происходящего), а точное описание развития действия, времени, места, где разворачиваются события, характеристику действующих лиц.

Встреча с либреттистом

Они встретились совершенно случайно. На одном из концертов в консерватории рядом с композитором сидел человек примерно его возраста и, вслушиваясь в голос певицы, то и дело что-то понемножку писал в блокноте. «Журналист», – подумал композитов и украдкой заглянул через плечо соседа. Сосед перехватил его взгляд и виновато улыбнулся: «Это не имеет прямого отношения к концерту. Я, знаете, в последнее время загорелся идеей написать либретто балета. Иногда интересные мысли приходят в самое неподходящее время. Вот и сейчас...»

С концерта они вышли вместе и всю ночь пробродили по Москве. Мимо них с песнями проходили десятиклассники. Кончился учебный год, и по старой традиции, недавние школьники шли на Красную площадь. «Вы представляете, сколько у них сейчас надежд, какие мечты? – говорил новый знакомый. – Сейчас они все очень похожи, а как у кого в дальнейшем сложится судьба? Сколько поэзии и романтики найдет каждый из них в жизни!..»

Они разговаривали и видели перед собой сцену, по которой в танце кружатся юные москвичи и москвички. И оба уже знали, что их будущий балет начнется именно так. Оба сходились на том, что спектакль должен быть современным. Но современным не столько бытовыми деталями, сколько мыслями будущих героев, которые окажутся близкими каждому из сидящих в зрительном зале. Балет решили назвать «Романтики».

«Секреты» кулис

Через месяц на столе у композитора лежала программа будущего спектакля. «А теперь, – сказал драматург, – программу нужно превратить в сценарий. Ты знаешь, что это значит? Все, что я написал, должно быть разбито на музыкальные куски, эпизоды и номера. Ты по ним будешь писать музыку. А позже эту музыку воплотит в танце балетмейстер. Сценарий может создать только человек, профессионально разбирающийся в балете. Я думаю, что это сделает постановщик нашего будущего спектакля».

В театре, иуда они пришли, чтобы встретиться с постановщиком балета, шла своя жизнь. «Балетмейстер на занятиях, – сказали им. – А после занятий у него репетиция». Они открыли дверь и вошли в просторный зал. Чем-то он неуловимо напоминал сцену, хотя здесь не было декораций, а танцовщицы были одеты в простые легкие туники, «пол», – догадался композитор. Да, пол, на первый взгляд обычный, был покатым, так же как н сцена, на которой идут балетные спектакли. Вместо одной из стен было огромное зеркало. Каждая из балерин могла проверять в нем правильность сделанного движения. Весь зал окаймляли поручни, за которые держались танцовщицы. «По правде говоря, – прошептал либреттист, – все это мало похоже на тот балет, к которому мы привыкли. Скорее это напоминает гимнастику». «А это и есть гимнастика, тренировка тела, – услышав его реплику, улыбнулся педагог, ведущий урок. – В основе каждого танца лежат движения классики, так называемые па. Их в разных комбинациях и проделывают каждый день танцовщики. Этих па всего семь, так же как в музыке семь нот, в живописи семь цветов. А смешение их дает бесконечное число оттенков. Отдельно взятое движение, как буква в алфавите. Из букв складываются слова, из слов–фразы. А из фраз, между прочим, состоят гениальные романы, повести, поэмы. Но прежде чем начать говорить, ребенок должен научиться произносить звуки. Вот и мы на уроках тренируемся в нашей «речи».

Занятия подходили к концу. Никто не мог бы сейчас узнать в усталых танцовщицах сказочных и поэтичных героинь балетов. К композитору и драматургу наконец подошел балетмейстер. «Вот видите, для того чтобы создать балет, приходится не только думать и фантазировать, но и танцевать самому. Ведь на каждой репетиции нужно показывать движения. Записи танцев, по-настоящему удобной, до сих пор нет. Вот я и делаю каждый день «зарядку», хотя на сцену уже не выхожу».

В перерыве между занятиями и репетициями они договорились о сценарном плане и следующей встрече.

Балетмейстер

А дальше пошли дни, вечера, заполненные работой. Они прослушивали написанное композитором, тут же меняли некоторые кусни в либретто, спорили, уточняли. Балетмейстер рас-

сказывал, как он видит те или иные эпизоды балета, протанцовывал их. На его столе появлялось все больше и больше листков с непонятными для непосвященного кружочками, стрелками, черточками, обозначающими расположение танцующих на сцене, – решался будущий рисунок танца.

Поставить балет – это проделать примерно ту же самую работу, что и режиссеру в драме. Но в драматическом театре есть текст пьесы. И режиссер решает, как донести его до зрителя. А балетмейстеру приходится самому сочинять этот «текст» – те движения, которые потом станут «речью» героев.

И вот настал день первой репетиции. Балетмейстер и все участники будущего спектакля пришли на нее одетые в обыкновенные, «небалетные» костюмы. Они не встали на середину зала, чтобы начать танцевать, а уселись за стол. Началась беседа о замысле спектакля, о его идее, об образах героев, которых танцовщикам предстоит воплотить на сцене. Каждому из исполнителей балетмейстер объяснял его роль, давал задания, с которыми он выйдет на сцену. Показывались и обсуждались макеты декораций, эскизы костюмов. Лотом начались поиски «текста» – тех движений, из которых сложится немая речь «Романтиков». Основным языком спектакля по-прежнему был классический танец, те самые знаменитые семь па, которые проделывают артисты балета каждый день на своих занятиях.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены