Предел невозможного

Анна Магомаева| опубликовано в номере №1441, Июнь 1987
  • В закладки
  • Вставить в блог

Во все времена человек стремился как можно глубже заглянуть в самого себя, угадать скрытые в себе силы. Сегодня этим занимается новая наука — антропомаксимология. С ее основоположником, недавно безвременно ушедшим из жизни, доктором педагогических наук, заведующим сектором резервных возможностей человека Всесоюзного НИИ физической культуры Владимиром Васильевичем Кузнецовым беседовала наш корреспондент Анна Магомаева. Это была последняя встреча ученого с журналистом.

— Владимир Васильевич, вспомним для начала пример, ставший почти хрестоматийным. Пилот, совершивший вынужденную посадку на Севере, вышел из самолета и наклонился, осматривая шасси. И вдруг он почувствовал плечом жесткое прикосновение. Обернулся — за спиной белый медведь огромных размеров. Летчик одним махом вспрыгнул на крыло самолета, расположенное на высоте около двух метров! И это в неуклюжих сапогах, тяжелой шубе, толстых брюках! Другой, не менее замечательный случай произошел во время войны. Зная, что от его жизни зависит жизнь товарищей, один из моряков несколько часов плыл ночью в Финском заливе при температуре воды 15 градусов. Хотя было известно, что время безопасного пребывания в такой воде ограничивается часом... Именно благодаря подобным крайне опасным, чрезвычайным ситуациям люди издавна открывали в себе доныне неведомые силы, которыми наделила их природа. И все больше задавались вопросом: на что же все-таки способен человек?

— Дело в том, что раньше мы имели в виду далеко не самый высокий, а весьма средний уровень наших возможностей. Изучали «усредненные» биолого-социальные нормы, которые, в сущности, причесывали всех под одну гребенку. Это был результат давно устоявшейся порочной методики исследований. В последние двести лет мы практически строили теорию среднестатистического человека, пользуясь функциональным подходом в его изучении. Во главу угла ставилось познание нормальной (средней) работы всех систем организма. Учение великого физиолога Ивана Петровича Павлова о том, что «норма скрыта в патологии», было практически забыто. Теперь иной подход — видеть норму в необычном. Ведь должен же существовать и высший рубеж достижений, их вершина? Что, если принимать за норму рекорд и, отталкиваясь от него, пересмотреть сложившиеся привычные представления о человеческих возможностях?

Эти мысли возникли у меня еще в студенческие годы, во время Олимпиады в Хельсинки, где дебютировали советские спортсмены.

Комментарий журналиста. На Владимира Кузнецова, тогда одного из сильнейших метателей копья в стране, возлагались большие надежды. И Кузнецов (а он по характеру максималист) выкладывался на тренировках, как ему казалось, полностью. Он делал пятьдесят бросков подряд и считал это пределом. Каково же было его удивление, когда в Хельсинки он увидел, как будущий победитель американец Яне почти втрое перекрывает привычную тренировочную норму, ничуть не страдая при этом упадком сил...

— Владимир Васильевич, в последнее десятилетие особенно резко, стремительно происходит ломка традиционных представлений о человеческих возможностях. С чем это связано?

— «Виновата» научно-техническая революция. Каждый день в производство внедряются новые, сложнейшие технические системы. Чтобы обслуживать их, нужно овладеть колоссальной суммой знаний и навыков, которая, кстати, растет значительно быстрее, чем мы это осознаем. Вот и образуются так называемые «ножницы» между темпами научно-технического прогресса и общепринятым подходом к возможностям человека. Общество в итоге несет невосполнимые потери: период творческой активности большинства людей не очень велик, а мы так непозволительно много времени тратим на обучение!

Одно из уникальных явлений человеческой психики — чудо-счетчики, моментально возводящие в степень, умножающие и складывающие в уме огромные числа. Для них, к примеру, ничего не стоит вычислить, сколько секунд прошло со времени смерти Нерона до падения Константинополя. И у каждого свой секрет. Для Урании Диамонди цифры складывались в виде бесконечного калейдоскопа цветов. Иноди казалось, будто вместо него считает чей-то голос. А цюрихский профессор математики Трахтенберг, во время второй мировой войны — узник концлагеря, изучая отдельные феномены, сумел создать универсальную систему ускоренного счета для всех. Эта система резко повышает скорость выполнения сложных счетных операций.

— Значит, быстрый счет уже не тайна, а научно разработанная система, ее можно изучать, ею можно овладеть... До какой степени совершенства?

— Это покажет практика. Для нас, ученых, важнее другое: аксиома, что почти любой человек может научиться проделывать в уме счетные операции все быстрее. Главное — уйти от усредненности. Ведь, несмотря на то, что человек с незапамятных времен стремился познать себя, свои возможности, резервы как физические, так и психические, знания о человеческом организме накапливались прежде всего за счет изучения больных людей. Естественно, что полученные таким путем закономерности годились разве что для объяснения нарушений в работе отдельных органов и систем человеческого организма. Что же касается здоровых людей, то медицину они практически не интересовали. Научный консерватизм привел к тому, что даже сегодня наука имеет всего лишь поверхностные знания о возможностях здорового человека.

Переворотом в системе познания стал новый метод «оптимальной нормы», созданный во ВНИИ физической культуры: антропомаксимологический (сокращенно АМЛ), изучающий резервные возможности человека в период максимальных нагрузок.

— На севере и в пустыне, в условиях холода и жары учеными не раз проводились исследования человека в экстремальных ситуациях. Естественно, за смельчаками велось неустанное наблюдение. Чуть что — немедленно оказывалась помощь. Почему же вы выбрали зоной своего исследования именно спорт?

— Вы уже частично ответили на свой вопрос. Как раз осознание испытуемыми того, что жизнь их вне опасности, что, если тяжело, можно отступить, мешало сделать достоверные выводы о пределах наших возможностей. А ведь именно здесь скрыты универсальные закономерности, общие для всех и для всех важные, полезные. Настоящие модели стрессовых ситуаций можно воссоздать в спорте. Рекордсмены, как правило, обладают такими качествами, как быстрота, ловкость, сила, гармония движений, которыми неплохо было бы наделить общество в целом. Но думать, что на примере спортсменов человечество узнает, какими физическими возможностями оно будет обладать завтра, неправильно.

Миллиарды никогда не достигнут рекордов Бубки и Власова, да и не нужно. Важно, что большой спорт — пока единственная модель деятельности; при которой на самом высоком уровне проявляется сочетание психических и физических сил, заложенных в нас природой. Здесь все важно: пульс, дыхание, движение руки и даже угол поворота головы. Отдельные, как будто созданные природой специально, люди с исключительными способностями — своего рода разведчики. Многие годы преодолевая сверхнагрузки, спортсмены легко «включают» аварийные механизмы своего организма. В них-то вся суть. И незачем каждому тысячу раз повторять их подвиг. Пусть лучше один найдет оптимальный вариант для всего человечества. Лучший вариант заложен в каждом!..

Комментарий журналиста. Неоднократный чемпион, рекордсмен страны в метании копья, Кузнецов как никто другой знает это. Он на себе изучал технику броска копья...

Колоссальных усилий стоило достичь броска на 70 метров — тут одни законы, через годы труда покорилась 80-метровая отметка — там уже совсем другие. Никаких общих закономерностей выявлено не было. И только когда копье, брошенное будущим профессором, вонзилось в землю на рекордной отметке 85 метров 64 сантиметра, удалось найти общие законы движения, реализации человеческих возможностей. Было положено начало «закона рациональности». Он сводится к тому, что в момент сверхнагрузок, когда мышцы и нервы напряжены до предела, организм не может позволить себе неоправданных действий и «выдает» оптимальный вариант с наименьшими энергозатратами. Каждое движение диктуется строгой необходимостью, оно предельно рационально, и для этого включаются скрытые в обычной обстановке резервы...

Профессор показал мне не совсем обычный спортивный зал. Спортсмены в нем бегают, прыгают, метают копье. Но только копье после броска остается на месте. Оно закреплено на специальных стойках, снабженных целой системой амортизаторов, так, чтобы заставить метателя выполнить бросок единственным необходимым для победы способом. Сила, приложенная к копью, фиксируется, и ЭВМ сообщает возможный результат. Тренажер помогает спортсмену последовательно, в строго определенном порядке, включать в работу мышцы рук, плеча, ног, спины. Вообще-то, чтобы бросить копье, достаточно участия 5 — 6 мышц, но чтобы достичь рекорда, в работу должны включиться семьдесят, это диктует «закон рациональности».

Подобным образом в институте был в свое время спрогнозирован прыжок Ященко. В эксперименте были использованы хитроумные качели, состоящие из системы рычагов и противовесов, с тяжелой штангой под сиденьем. Ященко раскачивался на качелях, отталкиваясь ногой от вертикально укрепленной платформы, а штанги-противовесы создавали определенную резонансную нагрузку на ноги. Толчок — и ЭВМ мгновенно фиксировала: время — 0,139 секунды, усилие на опору — 730 килограммов. А это значит, что на толчковую ногу спортсмену удалось развить усилие, чтобы взять рекордную высоту — 250 сантиметров. Это при условии идеального перехода через планку. Качели заставили его оттолкнуться единственно возможным для достижения цели образом, и, что особенно важно, помогли спортсмену поверить в свою высоту.

Увы, большинство людей просто не умеет прыгать, точно так же, как младенец не умеет ходить. Им нужно научиться использовать свои мышцы, которые очень часто работают «вхолостую», а мы об этом и не догадываемся...

— Владимир Васильевич, сможет ли наука, базирующаяся на спорте, помочь нам в работе, в повседневной жизни?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о судьбе эсерки Марии Спиридоновой, проведшей тридцать два из своих пятидесяти семи лет в местах лишения свободы, о жизни и творчестве шведской писательницы Сельмы Лагерлеф, лауреата Нобелевской премии по литературе, чья сказка известна всем нам с детства, об одном из самых гениальных  и циничных  политиков Шарле-Морисе Талейране, очерк о всеми любимом талантливейшем актере Вячеславе Тихонове, новый остросюжетный роман Георгия Ланского «Право последней ночи» и многое другое…

Виджет Архива Смены

в этом номере

Поиск во имя чего?

Беседа за «круглым столом» с участниками Всесоюзной выставки молодых художников «Молодость страны», посвященной XX съезду ВЛКСМ

Батюшков

Силуэты