Обыкновенная история

Елена Кононенко| опубликовано в номере №223-224, Июнь 1932
  • В закладки
  • Вставить в блог

... В чем неправ Мишка Андронников? В том, что он не проявил чуткости? Нет, дело глубже. Дело в том, что в ударнике, в коммунисте надо видеть одновременно мать, сына, отца, невесту, жену, мужа.

Коммунизм, борьба за коммунизм не исключает инстинкта матери, сына, отца и т. д. Иной взгляд - это или взгляд буржуазный (это буржуазия превратила рабочего в товар, это для нее рабочий - объект, вещь, а он, капиталист, - субъект; только для себя оставляет он это право) или левацкое тупоумие, антимарксистский, нежизненный подход к явлениям живой действительности...

Коммунист - не в лаборатории приготовлен, не из реторты химической выскочил...

Оська шагал из угла в угол сарая, поглощенный своими размышлениями.

... У матери заболел ребенок. Муж бросил жену. Парень сильно ревнует. Или еще что - нибудь. Это порождает уныние. Человек сам не свой. Так что же? Не замечать? Или пренебрежительно отмахнуться - нюни, дескать, интимное белье, какое нам дело? Потом парень захочет предаться пьянству. Сказать: «Пусть!» или «Пускай испробует - потом из ячейки выгоним - сам будет, дурак, виноват!»

Так, что ли? Нет! Мы обязаны организованно откликаться на трагедии, подобные Калиной. Мы должны заглядывать в личную жизнь членов коллектива. Мы можем и обязаны уменьшать бремя личных невзгод. Это нужно так же, как физическая стойкость людей, о которой мы организованно заботимся. Это должно стать правилом, принципом, должно войти в систему работы, как вошла забота об отпусках, о посылке людей в санатории, о цехе питании и т. д.

Оська запихал Катино письмо в карман. «Напишу Катьке... Пусть открыто ставит вопрос на ячейке».

.... За дверьми сарая послышались торопливые шаги. Запыхавшись, пошел Тимофей Тимофеевич. От него шел пар. И шапка съехала набок.

- Осип Иванович, Осип Иванович! Ты здесь? - крикнул он возбужденно. - Река тронулась!

- Да ну!?

- Страсть! Весь колхоз на берег повалил... Я тебя в избе искал. Гляжу нет. Догадался - ты в сарае... Ну, теперь дело пойдет... Льдины - во!

Оська стремительно выскочил из сарая, запахнул кожанку. Тимофей Тимофеевич гремел замком. Оська быстро зашагал на другой конец села. На душе - бодрость и острая радость... Ледоход всегда рождает какие - то веселые чувства.

- Шорникам не забудь сказать, - все также возбужденно кричал вслед Тимофей Тимофеевич.

С берега все яснее доносились крики, гул, грохот льдин. Впереди Оськи бежал, восторженно взвизгивая, малец без шапки, в огромных резиновых ботах. Боты спадали с ног. Малец, ругаясь, стащил их и помчался босиком Оська оглянулся. Тимофей Тимофеевич отстал далеко позади. Тогда он, ухнув, перескочил через кочку и пустился бежать вприпрыжку, как малец.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о судьбе эсерки Марии Спиридоновой, проведшей тридцать два из своих пятидесяти семи лет в местах лишения свободы, о жизни и творчестве шведской писательницы Сельмы Лагерлеф, лауреата Нобелевской премии по литературе, чья сказка известна всем нам с детства, об одном из самых гениальных  и циничных  политиков Шарле-Морисе Талейране, очерк о всеми любимом талантливейшем актере Вячеславе Тихонове, новый остросюжетный роман Георгия Ланского «Право последней ночи» и многое другое…

Виджет Архива Смены