Метаморфическая поэзия музыки

Василий Аксенов| опубликовано в номере №1238, декабрь 1978
  • В закладки
  • Вставить в блог

Портрет музыканта Козлова, сделанный не без его помощи

Я ехал по Сретенке и вдруг, увидев жерло Хмелевского переулка, заваленного снегом, безотчетно сделал левый поворот. Только оказавшись в переулке, я понял, что произогало: месяца три я уже собирался к Козлову, да все никак не мог собраться, а тут все сошлось – и время, и место, и рефлекс сработал...

Возле знакомого дома криво, кормой вверх стоял среди сугробов козловский ярко-желтый «Запорожец», «Иеллоу сабмарин», как его называют в Москве по имени песенки битлов.

Я обрадовался: значит, приятель дома. Я привык в последнее время видеть Козлова за рулем этой громко стучащей автомашины. Вполне естественно: саксофон и гитары ансамбля «Арсенал» соединяются с усилителями, а здесь «Запорожец» как усилитель пульса.

Оказалось, радость преждевременная. Домашние сообщили, что «Запорожец» врастает в хмелевские сугробы, словно корабль «Фрам», а его хозяин со своими «арсенальцами» в Москве теперь почти не бывает – сплошные филармонические гастроли. Вот только что были в Ярославле, а теперь играют во Владимире.

Дерзейшая мысль посетила меня: а что, если на два дня оторваться от писанины и махнуть во Владимир? Такая отчаянная идея посетила меня, и вот я уже в поезде «Буревестник».

На станции во Владимире мела пурга, эпицентр пурги кружил в Золотых Воротах, хвост пурги хлестал по новому шикарному зданию филармонии.

— Ребята, вот приехал наги друг Василий Павлович, – сказал Козлов. – Ты нам мешать приехал?

— Интервью приехал брать.

Я вынул из мешка магнитофон.

– Я и говорю, приехал сорвать нам репет цию, – сказал Козлов.

Мы уселись посреди проводов и барабанов, подключились и заговорили.

АКСЕНОВ. Недавно я вспоминал, когда первый раз тебя слушал, и вспомнил. Это был один из самых первых фестивалей джаза в гостинице «Юность», кажется, в 61-м году. У вас там был квартет... или трио... Не помнишь?

КОЗЛОВ. Я отлично те времена помню.

АКСЕНОВ. Впрочем, подожди. Давай еще подальше заберемся. Когда ты вообще начал играть джаз?

КОЗЛОВ. Я начал играть в 57-м году на Всемирном фестивале молодежи и студентов. Тогда я впервые увидел настоящего английского саксофониста. Я знал очень много о джазе, но не думал, что сам буду играть. Все это казалось мне очень сложным, просто недоступным, и вот на фестивале мне впервые показали, как держать саксофон, а потом я ориентировался уже на наших саксофонистов – Гараняна, Зубова... Их опыт прибавил мне смелости. Рояль я знал и потому через месяц уже мог извлекать из саксофона ноты, но это, конечно, был примитивный уровень. Уровень тогда у нас вообще у всех был невысок, но зато энтузиазма хоть отбавляй.

АКСЕНОВ. Прости, Алеша, восьмерка Зубова и Гараняна в ЦДРИ, кажется, возникла?

КОЗЛОВ. Они там укрепились, но перед этим они каким-то чудом попали в ресторан «Националь» и играли там месяца три, пока ресторан не перестал выполнять план...

АКСЕНОВ. Из-за джаза?

КОЗЛОВ. Вот именно. Туда попасть было невозможно, но все приходили джаз слушать, а не выпивать-закусывать, вот в чем загвоздка. Увы, эта история потом повторилась в кафе «Молодежном», и в кафе «Печора», и в других...

АКСЕНОВ. А кафе «Ритм» ты помнишь?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере 2021 года читайте о сокровенных дневниках Михаила Пришвина, которые тайно вел на протяжении полувека, жизни реального Ивана Поддубного,  весьма отличавшегося  от растиражированного образа, о судьбе и творчестве Фредерико Феллини, об уникальном острове Врангеля, о братьях Загоскиных – писателе и флотском лейтенанте, почти забытых в наше время, новый детектив Анны и Сергея Литвиновых Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать…» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Там, где Новый год не кончается

Репортаж «Смены'78» с Московского завода елочных украшений