Две экспедиции

Н Пинегин| опубликовано в номере №295, Июль 1937
  • В закладки
  • Вставить в блог

Статья «Две эскспедиции» написана одним из лучших знатоков Арктики художником Н. Пинегиным. Вместе с лейтенантом Г. Я. Седовым Пинегин в 1912 году участвовал в первой русской экспедиции на Северный полюс.

Пинегин неоднократно зимовал в Арктике и является одним из первых исследователей Севера.

В дни, когда слава большевистского завоевания Северного полюса облетела весь мир, трагически звучит рассказ Пинегина о маленькой горсточке энтузиастов, которые 25 лет назад в обстановке черносотенной травли жертвовали, своей жизнью для того, чтобы на старом парусном судне достигнуть вершины земного шара.

Осенью 1909 года газеты всего мира поместили телеграмму из Америки об открытии Северного полюса. Первое известие пришло от полярного исследователя Фредерика Кука. Он объявил, что дошел до полюса с Земли Эллесмера на собаках еще весной 1908 года, но не мог, будто бы послать известие о своем успехе: у Кука не хватило сил дойти до северных эскимосских поселений, он бедствовал в течение года на одном из островов Североамериканского архипелага.

Весть о новой победе человека над природой была принята с энтузиазмом. На Кука посыпались почести: его принимали короли и президенты, ученые общества награждали медалями, театральные импресарио наперерыв предлагали огромные деньги за прочтение лекций и газеты печатали пространные подробности приключений Кука в стране льдов.

В разгар торжества Кука пришла новая телеграмма: о достижении полюса сообщал другой американец, Роберт Пири, широко известный прежними путешествиями и двухкратными попытками достичь полюс. Третья попытка увенчалась успехом: Пири дошел до полюса 6 апреля 1909 года.

Пири сразу же заявил, что Кук на полюсе не был. Кук не остался в долгу. Допуская возможность достижения полюса своим соотечественником, он с торжеством доказывал, что Пири не имеет права претендовать на «открытие» полюса, потому что полюс был посещен им, Куком, ровно за год до Пири. Между двумя путешественниками разгорелась скандальная перебранка на страницах газет. Оба не скупились на обвинения в обмане и мошенничестве. Географический интерес путешествий Кука и Пири совсем потонул в потоках грязных разоблачений.

Спор между Пири и Куком рассмотрела, в конце концов, комиссия ученых. Она признала достижения Пири, который, несомненно, был если не на самой точке полюса, то неподалеку от него. О Куке комиссия высказалась с осторожностью. Отказавшись подтвердить выдвинутые Пири обвинения Кука в подделке или сознательном искажении дневника, комиссия указала, что Кук, определив положение полюса на глаз, не может утверждать, что он дошел до «верхушки мира». Впоследствии путешественник Мак Милан, опросив эскимосов, сопровождавших Кука, выяснил, что он не отходил далеко от земли. Фотография снежного домика с флагом - «лагерь у полюса» - снята была Куком в 700 километрах от полюса.

Спор о полюсе мало-помалу затих. Но после него остались некоторые неясности. Все-таки напрашивался вопрос: а был ли и Пири на самом полюсе? Но... кто мог проверить наблюдения Пири?

Такой человек нашелся три года спустя. В 1912 году почти никому неизвестный офицер русского флота Г. Я. Седов объявил о своем намерении отправиться к Северному полюсу. Этого моряка знали только в узком кругу русских географов и гидрографов, изучавших северные моря. У многих родилась естественная мысль: да по плечу ли себе берет задачу этот человек? Ведь в попытках достижения полюсов терпели поражения такие люди, как Нансен и Шекльтон!

Однако среди людей, знавших Седова близко, таких вопросов не возникало. За спиной этого человека были годы напряженной работы на Севере и две самостоятельных, блестяще проведенных экспедиции.

Мне посчастливилось хорошо знать Седова. Человек этот обладал способностью быстро знакомиться и привлекать к себе людей. Открытое скуластое лицо выдавало в этом офицере выходца из народа. Лицо это было оживлено блеском глубоко сидящих в орбитах умных глаз и влекущей улыбкой, обнажавшей крепкие сверкающие зубы. Вся жизнь еще молодого, 35-летнего моряка свидетельствовала об его исключительных личных качествах, талантливости и изумительной силе воли. Среди офицеров флота Седов, происходивший из крестьян, был «белой вороной». В четырнадцать лет он был неграмотным, а в восемнадцать стоял еще за прилавком бакалейной лавочки в деревне. Как Ломоносов, Седов тайком убежал учиться и сумел без поддержки окончить мореходные классы, стать капитаном. Не удовлетворившись дипломом водителя морских судов, он продолжал учиться. В промежутках между морскими вахтами и в свободные дни он сидел за книгами. В конце концов, он добился разрешения сдать экзамены за курс Морского корпуса. Таким необычным путем сын бедного азовского рыбака стал морским офицером.

Седов поступил не в строй, но в Гидрографическое управление и был назначен работать в экспедиции Северного Ледовитого океана. Он быстро выдвинулся благодаря своей смелости, находчивости и работоспособности. Но Седов не замкнулся в узкой специальности геодезиста-топографа. Он много читал о Севере и скоро сделался горячим приверженцем изучения Арктики. В 1903 году он присутствовал в Архангельске при отправлении роскошно снаряженной американской экспедиции Циглер - Фиала к Северному полюсу. Она везла с собой сотни собак, десятки лошадей и машины. В багаже экспедиции не было только опыта и уменья работать в Арктике. Вероятно, тогда в голове скромного «поручика по адмиралтейству» и стала созревать мысль: «А почему бы русским, хорошо знакомым с Севером, привычным к работе на холоде и умеющим довольствоваться малым, не создать подобного предприятия, не попытаться достичь Северного полюса?»

Успех Пири на некоторое время заглушил мечтания молодого гидрографа. Но в дальнейшем, когда Кук был разоблачен и выяснилось, что астрономические наблюдения Пири, сделанные на полюсе, очень далеки от точности, Седов твердо решил отправиться на полюс. В марте 1912 года он выхлопотал годичный отпуск с военной службы и опубликовал свой план достижения полюса.

Седов считал, что завоевание полюса должно быть всенародным делом. Он был уверен, что мысль об овладении полюсом встретит в России горячий отклик как дело, касающееся «чести страны» и «народной гордости». В себе Седов не сомневался: он чувствовал собственные силы, способности и подготовку для этого дела. До сих пор ему в жизни удавалось все. Не он ли из темноты, рабства и бедности выбился «в люди» - стал образованным гидрографом и ученым? Путешествие хорошо продумано. Конечно, много опасностей, риска. Но разве их не было в прежних путешествиях? Разве не жил он на льду, не питался целый год одним хлебом, когда готовился в мореходные классы?

Обращаясь с призывом помочь ему в достижениях полюса, Седов не мечтал богато снарядить будущую экспедицию.

Помню, я встретил Седова в 1912 году. Он был радостно возбужден.

- Ура, решено. Идем к полюсу. Я прошу всего 50 тысяч. Нам не нужно консервированных рябчиков и лососины, обойдемся архангельской тресочкой. Приглашаю вас первого, только имейте в виду - без полюса мы не вернемся.

Он не сомневался, что 50 тысяч можно собрать в России хотя бы путем пожертвований. В России толстосумы-купцы жертвовали на построение церквей и на монастыри десятки и сотни тысяч. За одни сутки доходы ресторанов и кабаков в Петербурге и Москве достигали суммы, во много раз превышавшей ту, о которой мечталось Седову.

Но когда Седов стал просить денег для достижения полюса, их не оказалось ни у кого. Царское правительство наотрез отказалось принять участие в этом деле, ученые общества не дали ни копейки, подписка, объявленная газетами, почти не имела успеха. Эта подписка послужила только поводом для нападок на Седова с его скромным проектом. Седову уже готовилась судьба непризнанного и освистанного героя. Только прихоть издателя газеты «Новое время» М. А. Суворина, который в расчете на сенсацию открыл Седову кредит, позволила торопливо снарядить экспедицию на старом промысловом судне «Святой Фока». Я хорошо помню наши сборы: не было времени достать хороших ездовых собак, не хватило денег, чтобы нанять вспомогательное судно с углем, купить хороших консервов и пеммикану. Команду для судна пришлось набирать в спешке за три дня до ухода. В позднее время (12 августа 1912 года) «Святой Фока» отправился из Архангельска к Земле Франца-Иосифа, где Седов собирался устроить свою базу для достижения полюса.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 7-м номере читайте о трагической судьбе царевича Алексея, о жизни и творчестве  писателя, чьи произведения нам всем знакомы с детства – Евгения Шварца, о Рузском музее – старейшем  в Подмосковье, покровителях супружеской жизни святых Петре и Февронии, о единственной и несравненной королеве Марго, окончание детектива Наталии Солдатовой «Химера» и много другое.



Виджет Архива Смены

самое обсуждаемое

в этом номере

Война в темноте

15 октября 1917 года была казнена Маргарета Гертруда Зелле, более известная под именем Мата Хари