Давайте объяснимся

Юрий Кузнецов| опубликовано в номере №1421, август 1986
  • В закладки
  • Вставить в блог

Своими соображениями делится композитор Геннадий Гладков

— Геннадий Игоревич, в редакцию поступают письма, в которых молодые любители эстрады сетуют на сложившуюся ситуацию в музыкальном мире. Главный вопрос, волнующий всех, — отставание советской молодежной массовой музыкальной культуры от лучших достижений культуры мировой...

— Я бы сказал — не отставание, а оторванность. Наша молодежь не знала истинных ценностей, лучших достижений. Вспомните, как пришла к нам группа «Битлз». Вся наша печать, в том числе молодежная, обрушилась на нее с критикой. Как сейчас помню, газета «Московский комсомолец», предоставив свои страницы одному известному композитору, разругала ее как новый гниющий нарыв западной культуры. Естественно, молодежь заинтересовалась группой, творческая состоятельность которой оказалась сильнее упреков. Ругали у нас и рок-оперу «Иисус Христос Суперзвезда», а она дала рок-музыке мощный толчок. Кстати, я думаю, что без этой вещи А. Рыбников не написал бы свою «Юнону» и «Авось».

— Для создания новой музыки нужны новые идеи...

— Совершенно верно, нужны новые идеи, чтобы новые слова были сказаны. В свое время — мне было лет восемнадцать — я попал под «запрет джаза». Что хорошего из этого вышло? Ничего. Потому что мы все равно его играли. Но как? После па-де-катров, вальсов и па-де-катенеров мы начинали играть джаз. Мы не могли принести всех нужных инструментов, ибо их сразу бы задержали, поэтому ударник стучал на каком-то пионерском барабане, я играл на аккордеоне. У нас не было баса, саксофон проносили вместе с кларнетом, не было гитары. Только мы начинали играть какую-нибудь джазовую мелодию с примитивным аккомпанементом, все в восторге кричали «ура». Даже мелодия из индийского фильма «Бродяга» считалась чем-то полузапретным, а исполняемая на саксофоне, трубе и аккордеоне, производила грандиозное впечатление, потому что все хотели этой музыки. И никакими насаждениями бальных танцев этого желания искоренить было нельзя...

— Геннадий Игоревич, кто же «заказывает» музыку для молодежи? Кто в нашей стране диктует музыкальную моду?

— К сожалению, зачастую это люди, далекие от искусства. Сами неспособные отличить истинное от подделок. Им, конечно, удобнее, чтобы люди были нетребовательны и радовались любой самой слабой иностранной группе. Но ведь все связано. Что слушает сегодня молодой человек? Пугачеву, Леонтьева, Лещенко, Вески... Но многие песни, исполняемые ими, не выдерживают даже умеренной критики. Наши ансамбли — это отставание лет на пятнадцать, это штампы и нелучшие копии с нелучших образцов. Вот что такое сегодня наш средний ансамбль, утвержденный всеми инстанциями. Его участники собираются, не имея никакой музыкально-поэтической идеи и часто просто для того, чтобы заработать деньги. Это страшно. Эти ВИА не имеют никакого отношения к лучшим всемирно известным рок-группам. В этих группах соединялись единомышленники, у каждого была своя идея. Мы писали своих «Бременских музыкантов», когда у нас ругали «Битлз» и гоняли гитаристов из подворотен. Мы хотели помочь ансамблям примером этих нарисованных музыкантов, которые бродят по дорогам и поют: «Нам дворцов заманчивые своды не заменят никогда свободы». То есть их кредо — быть свободными, а не быть придворными музыкантами. Очень часто я вижу, как молодой композитор, только-только начавший сочинять, от которого мы вправе ждать новых, искренних песен, начинает подстраиваться под некий стилек, который сейчас в ходу, и растворяется в общем штампе. Я состою в худсовете фирмы «Мелодия» — каким потоком там идет музыкально-словесная макулатура! О чем стихи — неясно, в основном: иди, ты, вперед дорога, у каждого свой путь — и все. Внешне это вроде бы молодежно и активно, а на самом деле пусто. Это убого до предела.

— Но лицензии на хорошие зарубежные ансамбли стоят недешево?

— Да, за хорошую музыку надо платить.

— Вот уже лет тридцать зарубежная эстрадная музыка достигает наших слушателей «подпольно». Процесс культурного обмена давно неуправляем. И вместе с хорошим проникает много случайного, второстепенного, просто плохого. Вероятно, эта стихийность отражает тенденцию, которая противостоит запретам. Как в этих условиях помочь молодым людям отличать хорошее от плохого?

— Надо показывать лучшие фильмы, надо выпускать лучшие книги, надо приглашать лучшие группы, как в свое время нужно было приглашать «Битлз». Все запреты приводят к тому, что обогащается делец. Вы посмотрите, сколько их кормится вокруг музыки. Они выбивают тысячные прибыли, «просвещая» молодежь так, чтобы она не могла отличить подделку от истинного искусства. Нам нужно организовывать различные рок-фестивали молодежных ансамблей, лучшие из них давать в эфир, на пластинку — хотя бы «сорокапятку».

Лучшее наше — это наше. И недостатки, будь они наши или занесенные, надо искоренять с равным удовольствием. Когда мы научим людей различать, где подлинный блеск, а где стеклянная мишура, тогда мы сможем преодолеть застойные явления, которые сейчас наблюдаются в области молодежной музыкальной культуры.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о Леонардо да Винчи XX века» Александре Леонидовиче Чижевском, о жизни и творчестве Александра Вампилова, беседу с писательницей Викторией Токаревой,  неизвестные факты жизни и творчества Роберта Льюиса Стивенсона, окончание детектива Наталии Солдатовой «Проделки Элен» и многое другое.

 



Виджет Архива Смены