Чудо севрюжьего лимана

Юрий Абдашев| опубликовано в номере №937, Июнь 1966
  • В закладки
  • Вставить в блог

Рассказ

Ветер дует по-прежнему с запада. Сила его то возрастает, то неожиданно падает, и от этого шлюпка постоянно теряет ход. Аркадий объяснил нам, что сейчас это направление ветров господствует во всем Азово-Черноморском бассейне. В летние месяцы сюда проникает знаменитый азорский антициклон.

Миль шестьдесят пять нам предстоит идти на зюйд-вест, придерживаясь пятиметровой изобаты, которая, судя по карте, проходит в миле от берега. Курс — крутой бедевинд правого галса. Это значит, что мы движемся против ветра, неся паруса на левом борту.

А всех нас четверо, или, как сказал Аркадий, трое в одной лодке, не считая Инги. Инга — это студентка-биолог из Москвы.

Если говорить честно, вся эта экспедиция с самого начала выглядела в моих глазах чистейшей авантюрой, но с Гешкой ничего нельзя было поделать. Парень, несомненно, страдал клострофобией — редкостной болезнью, которая выражается в полнейшем неприятии нормального человеческого существования. Гешка учился на операторском факультете ВГИКа и мечтал о студии документальных фильмов. Он без конца рвался на простор: в тундру, на Саяны, в пустыни Средней Азии, к черту в зубы... «Чувство дома», свойственное людям, было ему неведомо.

Недавно Гешка влетел в редакцию нашей молодежной газеты, пронесся по коридору такой стремительной походкой, что бумаги на столах затрепетали, как при внезапном сквозняке. За спиной у него висела на лямке зачехленная кинокамера.

— Через два дня выходим в море! — крикнул он, хлопнув меня по плечу. — Где кабинет вашего шефа? Я должен договориться, чтобы тебе выписали командировку.

— Один момент, — сказал я. — Если ты действительно собираешься тащить меня в море, то скажи хоть, в какое именно. А потом еще одна мелочь — мое согласие?

— Это несущественно. О море узнаешь потом. А сейчас показывай кабинет.

Пока мы шли по коридору — Гешка на два шага впереди меня, — я еще пытался уговаривать его:

— Напрасная затея. Редактор не разбрасывается такими командировками. Особенно в дни уборочной кампании. У нас сейчас одна дорога — в степь, на поля...

Гешка ничего не ответил. Он рванул на себя дверь, обитую желтым дерматином, и переступил порог. Сопровождать его я не решился. Сквозь щель мне было все превосходно видно и слышно. Гешка шагнул к шефу и с размаху опустил на его стол камеру, весившую немногим менее нуда. Потом он сунул ему под нос какую-то бумажку.

Наш редактор — человек выдержанный, уравновешенный и непреклонный — не успел ни удивиться, ни вскипеть гневом. Он оторопел. А Гешка швырялся именами всемирно известных кинорежиссеров с таким азартом, словно метал банк.

Я не выдержал и прикрыл дверь. Несколько минут из кабинета слышались возбужденные голоса и какое-то странное сопение, будто там перетягивали канат. Потом из двери выглянул порядком растрепанный шеф. Он посмотрел на меня невидящими глазами и крикнул в пустоту коридора, как кричат заблудившиеся в лесу:

— Выписывай командировку! Привезешь репортаж о лове хамсы на двести строк.

Через четверть часа мы уже шагали по главной улице нашего города. Я старательно обходил тенистые платаны, с которых дождем сыпался воробьиный помет, а Гешка шел напролом, ни на что не обращая внимания. В пути я узнал некоторые подробности. Мой друг решил снять для курсовой работы небольшой цветной фильм об Азовском море. От меня требуется текст и что-то вроде сценария. Гешка уже связался с Аркашей Козыревым, который вместе с нами кончал школу и теперь работал инструктором парусного спорта в Приморско-Ахтарском морском клубе.

— Нам дают ял-шестерку при полном вооружении, — объявил Гешка со знанием дела. — Отличные мореходные качества!

— А кто же будет, так сказать, управляться с парусами?

— То есть как это кто? Ты, я, Аркадий...

— А-а, — с отрешенностью фаталиста протянул я, — тогда все ясно..,

В Приморско-Ахтарске Аркадий встретил нас на вокзале. Он улыбнулся, широко расставил руки, будто хотел измерить объем щербатого киоска с газированной водой, и сделался похожим на телевизионную антенну. Наш друг был удивительно тощ. Нетрудно было предположить, будто он только что пересек Атлантический океан в резиновой лодке, питаясь при этом сырой рыбкой и планктоном.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте об истории  российско-британский отношений начиная с XVI-го века, о жизни творчестве оригинального, ни на кого не похожего прозаика Юрия Олеши, о том, как же на самом деле складывались   отношения  роман Матильды Кшесинской и Николая II-го, о Российском детском фонде, которому в этом году исполняется 30 лет, об Уоллис Симпсон -  героине й самой романтической истории XX века,   окончание .  нового  остросюжетного роман Ольги Торощиной «Все ради тебя – ВИКА» и многое другое…



Виджет Архива Смены