Чемпионы века

Анатолий Голубев| опубликовано в номере №959, май 1967
  • В закладки
  • Вставить в блог

Прогнозы ценою в грош

Сначала победитель подсчитывает трофеи. Затем, когда проходит угар борьбы и опьянение победой, он начинает задумываться над тем, какой ценой они достались, как бы в грядущей битве не выронить из рук овеянное славой боевое знамя. Короткое хоккейное межсезонье - кажется, уже сейчас слышит судейские свистки трехмерного турнира в Гренобле, где будет разыгрываться европейское, мировое и олимпийское золото, - оставляет слишком мало времени на раздумья. А раздумья бывают разные. Одни спортивные руководители сетуют на неудачи. Превозносят свои успехи другие... Третьи... А третьи смотрят в корень: «Что такое хоккей второй половины двадцатого века?» Передо мной лежит гора вырезок - газетных, журнальных... Из них можно было бы составить хоккейную энциклопедию. Но это еще далеко не все, что писалось в этом зимнем сезоне о хоккейной сборной Советского Союза. И тренерами... И журналистами... И болельщиками... Да, венский чемпионат отличался невиданным ажиотажем, который обычно свойствен только болельщикам. На этот раз чувство профессионального хладнокровия изменило даже журналистам. Забыв о собственных разумных советах, - команда должна быть в своей лучшей форме к моменту главного боя, - они строили прогнозы практически на песне - на случайных победах и не менее случайных поражениях. Учитывая чрезмерно возбужденное состояние журналистского корпуса чемпионата, руководители пресс - центра уже на третий день турнира предложили журналистам высказать свои соображения о возможных победителях всех трех подгрупп. Забегая вперед, скажу, что ни один из 758 аккредитованных журналистов, фоторепортеров и кинооператоров из 28 стран не смог правильно указать призеров группы «А». Многие с пунктуальной точностью определили шансы участников двух низших подгрупп. Но фаворитов - никто. И это касается команд, которые, казалось, журналисты знают назубок: от любимого приема до любимого словца любого игрока. Вот они, эти журналистские листы, заполненные торопливым почерком в перерывах между периодами матча. В каждой тройке - команда Чехословакии. В большинстве анкет на первом месте идет Канада. Чуть реже - СССР. Иногда «СССР» лихорадочно зачеркнуто и неуверенно выведено: «Канада». Анкеты журналистов из Чехословакии можно узнать безошибочно - они без тени сомнения верили в победу своей сборной. И потому, наверное, так особенно горько было для них поражение любимцев... Шведы более скромно ставили свою команду на третье - четвертое место и, как известно, имели все основания быть удовлетворенными успехом своей команды. Итак, несмотря на все прогнозы, шесть первых мест: СССР, Швеция, Канада, Чехословакия, США и Финляндия. В этом турнире шестое место не менее важно, чем, скажем, третье, поскольку в Праге через два года чемпионат будет проходить по новой системе - шесть лучших команд будут встречаться друг с другом дважды. Несмотря на крушение всех прогнозов, я рискну сделать еще один прогноз: вряд ли в истории современного хоккея появится национальная команда, которая сможет повторить триумфальный успех советской сборной. Пятикратные подряд - есть пятикратные! И независимо от того, как сложится судьба будущих турнирных поединков, советские хоккеисты пока остаются чемпионами века.

Плюс двенадцать дней

Вена осталась равнодушной к хоккею... О нем говорили лишь в гостиницах, где жили туристы, приехавшие на чемпионат. В кулуарах «Штадтхалле» чаще звучала чешская, шведская, английская и русская речь. Четыреста советских туристов регулярно занимали свои места на трибуне перед жерлами телевизионных камер, превращая ее в наглядный учебник географии СССР: «Шайбу для Тирасполя», «Мы из Одессы», «Золото для Алма - Аты»... А за окнами ледяного стадиона то дождь, то снег. Погода скорее напоминает зимнюю ленинградскую, чем весеннюю венскую. И, разбуженный на рассвете громким голосом моего коллеги, который передавал в Москву первый репортаж, я с недоумением слушал его бодрый голос: «Сонечка, слышите меня? Я диктую... Вена по - весеннему молода и нарядна. Она живет...» Дальше слушать не хотелось. Даже сегодня, спустя ночь, я чувствовал на лице тяжелые и холодные хлопья снега. Стоит ли осуждать Австрию за ее равнодушие к хоккею? Осуждать империю горнолыжного спорта за равнодушие к стуку хоккейных клюшек? Скорее в этом надо винить организаторов турнира. Они не учли особенностей австрийского спортивного климата. И действительно, что переживать австрийцам, когда их команда играет во второй подгруппе?! И то без особого успеха. Билеты стоят дорого. Не лучше ли сесть в машину, чтобы через два - три часа оказаться высоко в горах, под ласковым солнцем на сверкающем девственном снегу! Совсем неожиданно следы хоккея обнаруживаются в здании Национальной картинной галереи. В зале, где висят полотна старых голландцев и фламандцев. Четыре века назад нидерландский художник П. Брейгель - Старший как бы предвидел возможность этой встречи через вена в австрийской столице и в своем полотне показал хоккей шестнадцатого века. Этакое изящное катание по черной глади льда с кривыми палками наперевес. В модных костюмчиках. На фоне невысоких снежных бортов. Но нидерландский прадедушка со - временного хоккея может не огорчаться, что он кажется сегодня старомодным. Старомодными выглядят и канадские пионеры клюшки и шайбы, собравшиеся сто лет назад на свой великий форум основателей канадского хоккея. Старомодным кажется сейчас и советский хоккей двадцатилетней давности. И, признаться честно, хоккей прошлогоднего люблянского турнира, увы, тоже вчерашний, постаревший...... В малом зале «Штадтхалле» зрителей почти нет. Да и места для них не предусмотрены. Идущие вдоль бортов старые желтые лавки изрублены коньками хоккеистов и мало пригодны для сидения. У стены редкой шеренгой стоят хоккейные специалисты разных стран. Тренер канадцев Маклеод, врач шведской команды, чех Дзурилла... Все они с одинаковым вниманием следят за тренировкой советской сборной. Говорят, команда без формы - полкоманды. Но хотя наши ребята одеты сейчас в разношерстные костюмы, чувствуется, что это команда и команда настоящая. Правда, у некоторых присутствующих в зале своя точна зрения. Катающийся в центре поля тренер Анатолий Владимирович Тарасов недовольно покрикивает на ребят:

- Что скисли? Где же ваше русское ухарство?! Смущенный Вячеслав Старшинов, и которому обращены слова, разводит руками. Это он «спасовал» перед стокилограммовым телом своего соперника Александра Рагулина. Хорошо тренеру говорить - «ухарство». Но тело даже закаленного бойца есть только человеческое тело. И каждый удар не проходит безболезненно. Сколько их еще будет в турнире? Стоит ли сейчас играть в полную силу? Стоит... И все хоккеисты понимают это. Вот Борис Майоров снимает с Александра Альметова тяжелый водолазный пояс с грузами, надевает на себя и вновь бросается в игру. Прямое воплощение принципа «тяжело в учении - легко в бою». При каждом сильном щелчке, когда гулкий удар шайбы о борт подобен выстрелу, мой сосед, шведский врач, болезненно морщится. Словно шайба попадает в него, а не в борт. А может быть, он представляет себе матч русских и шведов, когда такие удары будут лететь в его парней? За стеклянной стеной зала стоит автобус. В него усаживаются только что закончившие тренировку американцы. Припав и окнам, они смотрят сквозь двойной стеклянный барьер на разминку наших ребят. Кто - то из журналистов замечает, что на стеклянной стене, за которой видны лица американцев, висит табличка: «Только для начинающих». Сыплются остроты. Но остряки еще не знают, что игра, которую покажут американцы в матчах с нами, шведами, канадцами и чехами, меньше всего будет походить на игру новичков. Узнать это предстоит потом. А пока лица многих наблюдателей каменно - непроницаемы. Но за непроницаемостью, по - моему, скрывается настороженность: неужели кто - то сможет победить русскую хоккейную машину?

Возвращение блудного сына

Это было в Канаде в 1964 году. Перед стартом монреальского этапа велогонки святого Лаврентия я долго и обстоятельно разговаривал с одним канадцем о спортивных делах его страны. Был он не в пример большинству канадцев прекрасно осведомлен о многих подспудных течениях канадской спортивной жизни. Но когда я спросил его о национальной сборной команде по хоккею, он только развел рунами: «А что это такое - национальная сборная?! Ах, это те парни, которые ездят играть куда - то в Европу...» Признаться, такое отношение в Канаде к своей сборной тогда меня даже шокировало. И при случае я попытался выяснить у спортивного журналиста причину столь пренебрежительного отношения.

- Какая там национальная команда?! Идея создания ее, может быть, и стоящая. Но почти неосуществимая. Каждый клуб держится за своих парней. Им наплевать на чемпионат мира. Вырвать нужного игрока из такого клуба почти невозможно. Да и сами игроки опутаны сетью контрактов. Чтобы сделать национальную сборную, надо отобрать игроков со всей страны, поселить их в одном месте под руководством одного тренера года на три - четыре. Непочатый край работы. Депрессивное влияние постоянных проигрышей канадской сборной русским, чехам и шведам подогревало постоянный интерес к созданию подлинно могучего хоккейного коллектива. Рядовой канадец нет - нет да и вспоминал годы, когда кленовый лист безраздельно господствовал на голубом льду. Канадцы впервые «вошли в игру» в Антверпене в 1920 году, разгромив 15:0 чехов и 12:1 шведов. Эта победа и послужила во многом тем кравугольным камнем, на котором в последующие годы базировалась легенда о «непобедимых канадских парнях». До второй мировой войны канадцы только дважды уступали высший титул. В 1933 году в Праге их «наказали» американцы. В 1936 году в Гармиш - Партенкирхене английская команда с помощью завербованных канадцев выиграла у незавербованных. В 1924 году канадская команда забила своим соперникам 110 шайб, пропустив в свои ворота только 3. В Вене баланс канадцев выглядел куда скромнее - 28: 15. После второй мировой войны Европа сказала Канаде: «Хватит!» Канадцы проигрывают чемпионат за чемпионатом. С выходом советских хоккеистов на мировую арену гегемония прочно переходит к сборной СССР. Весьма поучительна трансформация канадского общественного мнения. Канадская публика, которую меньше всего устраивал принцип «поживем - увидим», которая всегда скептически относилась к далеким перспективам, вдруг весьма благосклонно приняла план патера Бауэра. Долголетний план создания национальной сборной, которая вернет Канаде славу непобедимых. Такое отношение, несомненно, помогло сохранить команду и заложило основу успехов 1966 года, когда канадцы выиграли Турнир столетия в Виннипеге. И хотя болельщики уверовали в силы своих ребят, надо признать, что предпочтение по - прежнему отдавалось русским. Многие североамериканские специалисты утверждали, что русские легко смогут выиграть кубок Стэнли - высший приз профессиональной лиги, - если в течение трех сезонов поиграют с командами профессионалов. Вот почему проект создания национальной сборной был очень важным и затрагивал многие моральные и финансовые стороны жизни страны. Канадский спортивный журналист Джим Колеман заявил в Вене:

- Лично я не поставлю на нашу команду ни цента, если она не выиграет хоккейный турнир на зимних Олимпийских играх 1968 года. Мне будет совершенно наплевать на команду, которую называют национальной сборной, если она не вернет себе славу сильнейшей в ближайшие годы. Да, сегодня Канада имеет в своем составе молодых, талантливых игроков, хорошо знакомых с европейским хоккеем, заинтересованных в выступлениях на международной арене. И то, что они не выиграли в Вене, вина не их. Просто советская сборная оказалась сильнее. Оказался несостоятельным основной «довод» канадцев на венском льду - защита с Брюером (а не Бревером, как почему - то писали в нашей прессе) и Боунасом во главе. Не помогло и то, что впервые в истории канадского хоккея команда с осени находилась вместе. Было отработано взаимодействие всех линий. Тренер канадцев Маклеод в этом сезоне оставил амплуа играющего тренера, и канадцы теперь уже не относятся к нему как к «одному из парней», а считают его «боссом». И босс сосредоточил все силы на тренерской работе. И на фоне этой серьезной многоплановой подготовки канадской сборной к венскому турниру победа наших ребят приобретает особое значение. Первый период матча СССР - Канада показал, что игроки с кленовым листом на груди никогда не были так близки к победе. Они играли великолепно. И когда во втором периоде на - ступил перелом в пользу советской сборной, кто - то из канадских журналистов с тревогой в голосе сказал: «Будь моя воля, я бы остановил игру. Боюсь, что дальнейшее нас не обрадует!» Что же заставило его думать так?

«Aby bylo veselo»

Если бы меня спросили, что нового внес венский чемпионат в сокровищницу мирового хоккея, я бы ответил одним словом, прибегнув к помощи греческого языка: «арете». С греческого оно переводится как «превосходство», «совершенство», «высшая степень» чего - то. Этим словом древние греки пытались как - то выразить те общие черты, роднившие их современников с богами, которых они сами же создавали по своему подобию. И в представлении греков понятие «арете» было значительно шире, чем просто «быть первым», «быть лучшим». «Арете» предусматривало высшую степень совершенства. Именно это качество современного хоккея подчеркнул венский турнир. Он показал, что для победы уже мало иметь команду, тактически и технически грамотную, сыгранную. Она должна быть совершеннейшим коллективом, состоящим из совершеннейших во всех отношениях игроков. Впрочем, это касается и врачей, и массажистов, и тренеров команды. В современном хоккее не бывает мелочей. Утверждение не новое, но нашедшее наглядное воплощение в венских событиях. Помните первую горячую двадцатиминутку в матче нашей сборной с Канадой? В жесткой дуэли чуть не стала роковой ошибка... тренера. В пылу борьбы советские хоккеисты допустили неточность в смене составов. Старший тренер сборной Аркадий Иванович Чернышев, руководивший игрой, чуть - чуть притупил бдительность. И вот уже две минуты штрафа за игру всемером. И вот уже наша сборная осталась в меньшинстве... Прессинг канадцев... Гол, который мог стать роковым... В понятие современного хоккейного «арете» на равных правах входят техническая и психологическая подготовки. История крушения в Вене первоклассной команды ЧССР - тому живое свидетельство. Матч Финляндия - ЧССР начинался в десять утра. Почти никто из спортивных журналистов, измученных ночными передачами в свои редакции, на матч не пошел. Я тоже «поленился» поехать в «Штадтхалле» и, уверенный в победе чехословаков, сидел в фойе гостиницы «Виен интерконтиненталь», прислушиваясь к беседе тренеров Аркадия Ивановича Чернышева и канадца Маклеода. Неожиданно прозвучал усиленный десятками динамиков голос портье: «Герр Чернышев, герр Чернышев...» Аркадий Иванович подошел м портье. Тот передал ему трубку. В трубке раздался голос нашего спортивного комментатора:

- Аркадий Иванович! Знаете, какой счет первого периода в матче с чехами? 3: О ведут финны.

- Вот что, - спокойно ответил Чернышев, - чтобы твоей ноги в моем номере не было, пока острить по - настоящему не научишься... И он повесил трубку. Настырный голос из «Штадтхалле» вызвал снова.

- Даю вам честное слово журналиста, Аркадий Иванович. Сами смотрим и не верим... Когда результат со слов Чернышева стал известен в холле «Интеркоктиненталя», наступила гнетущая тишина. Замолкли шумные разговоры у стойки бара и за столиками, где сгрудились игроки разных команд и журналисты. Все ждали, что будет. Современный, как говорят портные, «с иголочки», отель не имел, увы, ни одного телевизора. До конца матча оставалось две минуты, когда в фойе вошел Борис Майоров, вернувшийся с прогулки.

- Борис, чехи проигрывают 1:3 финнам, - сказал Чернышев, испытующе глядя на Майорова. Тот улыбнулся.

- Аркадий Иванович, я был уже на стольких чемпионатах мира, что подобные розыгрыши меня не волнуют...

- Это не розыгрыш. Боря... Майоров медленно опустился в ближайшее кресло. Сообщение, что матч так и закончился со счетом 1:3, не вывело его из оцепенения. Он думал... О чем? Может быть, о правоте тренеров, утверждавших, что все матчи надо проводить в полную силу? Будто со сборными Чехословакии, Канады, Швеции... Тогда, соглашаясь с тренерами, кое - кто, может быть, в душе думал, что не очень это разумно - размениваться по пустякам. Все знают, на что способна каждая команда. И вот сенсация... В этом поражении - самом сенсационном за последние годы! - как в капле воды стали видны все сильные и слабые стороны чехословацкой хоккейной команды. Виртуозная техника, необузданный задор, умение сражаться порой на грани дозволенного правилами, отличная физическая подготовка и тактическая зрелость - с одной стороны. С другой - самоуверенность в первые дни и депрессия в день закрытия чемпионата, легкомысленное отношение к режиму, неумение отключаться после игры, неспособность перевести заряд душевных сил на язык клюшек. Что бы ни говорили о ярких индивидуальностях игроков в современном хоккее, самым существенным слагаемым спортивного характера становится моральная подготовка. Были годы, когда Борис Майоров играл эффектнее, ярче. Он забивал больше шайб.

- Никогда Борис не был более результативным игроком, чем здесь, в Вене, - тем не менее утверждает Анатолий Владимирович Тарасов. - И результативным по большому счету. Он. человек в какой - то мере эгоистичный, сумел победить себя и стал таким капитаном, о котором лишь может мечтать команда. В подобных метаморфозах, мне хочется добавить, огромная заслуга наших тренеров Аркадия Ивановича Чернышева и Анатолия Владимировича Тарасова. Они сумели из ребят, увы, совсем не идеальных по характерам, если взять их каждого в отдельности, сделать идеальный коллектив. Когда в сборной ЧССР впервые большой надеждой блеснул Недоманский, вряд ли кто из специалистов сомневался, что это будет хоккеист экстра - класса. Божьей милостью игрок, с великолепными данными, мыслящий, технически совершенный, с убийственным броском, быстрым бегом - скольжением, атлетически сложенный... Тренеры сделали немало, чтобы развить в нем все эти качества. Но они не смогли сделать из него Игрока. Их усилия или не коснулись психологической подготовки Недоманского, или не достигли цели. В Веке на льду мы вновь увидели заурядного хоккеиста с незаурядными данными. Недаром весь урожай его шайб легко уместился бы на ладони: единственный забитый им гол мало что мог принести команде в целом. В Вене с самой лучшей стороны показали себя финны и шведы. Они оставались бойцами до конца. Матч «Тре крунур» с канадцами был не чем иным, как демонстрацией двух характеров. С одной стороны - деморализованных канадцев. С другой - собранных, словно они только начинали турнир, шведов. Недаром на протяжении почти всего чемпионата Аркадий Иванович Чернышев повторял своим ребятам: «Боитесь шведов! Это настоящие хоккеисты». Он имел в виду их боевой спортивный дух. Дух, о котором, может быть, лучше всех сказал тренер команды США Уильямсон: «Я никогда не оцениваю действий судей. Они всегда правы. Я никогда не оправдываю вратарей, как бы блестящ ни был гол. Они всегда виноваты». Слова Уильямсона не очень вяжутся со словами, которые были начертаны на транспаранте чехословацких болельщиков «аbу bylo veselo», что значит «чтобы было весело». Как показали события, весело - это еще не главное...

VIP венского льда

Сокращение VIP - первые буквы трех английских слов: «вери импортент персонелити» - «очень важные личности». В мире капитала этим титулом величают тех, чьи финансовые возможности позволяют им стоять у кормила страны. В спорте этим титулом награждают тех, кто своими выдающимися достижениями завоевал право олицетворять все лучшее, что представляет собой сегодня международная армия атлетов. Во многом VIP нашего отечественного спорта совпадает с международным. И это лучше всяких цифр демонстрирует превосходство советского спорта. В Вене, как никогда прежде на мировых чемпионатах, символическая сборная мира была составлена журналистами почти целиком из советских игроков. Вот эта сборная: вратарь - американец Карл Ветцель, левый защитник - Виталии Давыдов, правый защитник - канадец Карл Брюер, левый край нападения - Анатолий Фирсов, центр нападения - Александр Альметов, правый край нападения - Вениамин Александров. Лучшим вратарем чемпионата признан Карл Ветцель, взятый напрокат американцами из профессионального клуба. Лучшим защитником - Виталий Давыдов, лучшим нападающим чемпионата - Анатолий Фирсов. По - разному складывались пути этих хоккеистов в символическую сборную. Кандидатура Анатолия Фирсова была бесспорной. Этот феноменальный нападающий сборной СССР установил один нерегистрируемый «рекорд»: 121 голосом из 122 он был признан лучшим игроком турнира. В старинном зале приемов Венской ратуши, когда до раздачи призов оставалось не больше четверти часа, организаторы турнира еще спорили, кому отдать пальму первенства среди защитников: Карлу Брюеру или Виталию Давыдову. Чаша весов склонилась в пользу Давыдова. Карл Ветцель обратил на себя внимание уже в первой игре. Нескладный, слишком высокого для вратаря роста, медлительный, отключенный от всего, что делается вокруг него на поле, он играл с неизменной аккуратностью. И зал не раз ахал, когда длинное тело Ветцеля вытягивалось в броске, как это делают футбольные голкиперы, и он успевал выкинуть свою тяжелую ногу навстречу шайбе, которую, казалось, уже ничто было не в состоянии остановить. И все - таки симпатии, тут сказалась и сила традиции, были на стороне Сета Мартина. Но игра с нашей сборной и особенно со сборной шведов впервые, как говорится, при живом Мартине заставила отдать пальму первенства другому вратарю. Защитнику Карлу Брюеру 28 лет. Хотя на поле благодаря своей сдержанности и мудрости игры он кажется старше. Осенью 1965 года Брюер удивил руководство национальной лиги, когда после семи лет игры в команде «Торонто мейпл ливс» покинул тренировочный лагерь и девять месяцев спустя обратился с просьбой восстановить его любительский статус. Для этого у него было немало оснований. Одно из немаловажных - брак с дочерью канадского миллионера. Когда женишься на дочери миллионера и будущее твое уже обеспечено, не очень хочется ежедневно рисковать своим здоровьем и даже жизнью в схватках профессиональных клубов. Брюер был не просто игроком классной команды. Он был звездой экстракласса: три года подряд входил в символическую сборную так называемых «всех звезд» Канады. В течение пяти месяцев шли дебаты, пока наконец ему не дали разрешения и он не вышел на игру с русской сборной 18 декабря 1966 года в Ванкувере. Имена трех лучших нападающих Советского Союза, занявших свои места в команде VIP, не нуждаются в особой рекомендации и комплиментах. С завидным упорством, от сезона к сезону совершенствовался Анатолий Фирсов. В силу своего покладистого, целенаправленного характера он все матчи играл без единого срыва. Даже в матче с Канадой, когда перед канадской защитой была поставлена цель «нейтрализовать» Фирсова любой ценой, он устоял. Впрочем, это относится ко всей нашей сборной... Первые двадцать минут мы, несомненно, проиграли канадцам. Уже после матча тренер сборной Канады Маклеод признался:

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены