Без слов

Никита Аронов|20 Августа 2010, 14:45| опубликовано в номере №1750, Август 2010
  • В закладки
  • Вставить в блог

История пишущей машинки

Фото: Марк Боярский

У одного моего друга рабочее место и сейчас оборудовано пишущей машинкой. Трудится он в Академии наук, и поэтому ему полагается электрическая машинка Robotron 202, а компьютера не полагается, раз есть машинка. Загвоздка в том, что занимается мой друг в академии как раз всякими компьютерными вещами. Ну, ЭВМ-то он себе добыл в одной подведомственной организации, он человек ловкий. А вот избавиться от машинки при всей его ловкости не удается. Чудо-агрегат с инвентарным номером 01630049 приписан к кабинету и его пределов покидать не имеет права. Поэтому функции машинки Robotron сводятся к тому, что она несет службу под столом и время от времени дружески ударяет посетителей по ногам своим угловатым железным корпусом. А кое-где в запутанных коридорах РАН пишущие машинки все еще используются по прямому назначению: на них выполняют мелкую конторскую работу пожилые сотрудницы с 30- и 40-летним стажем.

Но все это артефакты древности и осколки погибшей цивилизации, а ведь когда-то печатные машинки действительно приносили людям пользу. В СССР одно только обладание машинкой подразумевало внимание компетентных органов. В стране, где патроны от «мелкашки» свободно продавались в сельпо, любая пишущая машинка должна была стоять на учете в милиции. Хозяин новой машинки отпечатывал на бумажке образцы всех букв и сдавал их в органы. Все операции по продаже и перепродаже машинки тоже надо было регистрировать.

Мой дед был человек смелый, свою трофейную пишмашинку «Мерседес» с перепаянными на кириллицу литерами он ввез в СССР и использовал совершенно нелегально. А вообще-то власти боялись правильно. Именно благодаря портативным машинкам, которые можно было нигде не регистрировать, буйным цветом расцвел самиздат. Одну из них, немецкую «Эрику», воспел за это диссидент Галич.

Пишущие машинки были даже у китайцев, еще лет 15 назад дети чая ими активно пользовались. Сейчас я вам расскажу про китайскую машинку. Она заполняет собой целую комнату. Все стены занимают сменные каретки с иероглифами. Ставишь нужную каретку, выбираешь необходимый знак, нажимаешь на кнопку – и все, дело сделано. Теперь можно искать новую каретку, чтобы напечатать второй иероглиф. Зато с появлением компьютера печатать по-китайски стало просто как никогда. Может быть, в этом и кроется причина китайского экономического чуда.

Пишмашинка есть и у моего папы. «Ундервуд» 1915 года с твердым знаком посреди клавиатуры, тяжеленный, чугунный, сделанный на века. В нем, наверное, деталей пятнадцати не хватает, но «Ундервуд» работает. Помню, как папа с поразительной скоростью стучал двумя пальцами по круглым железным клавишам. А в 1994-м у нас появился первый компьютер, и «Ундервуд» стал частью интерьера. Не помехой, как Robotron 202, а настоящим украшением.

Старинная машинка отлично подойдет человеку, который мечтает о собственном паровозе, но никогда не сможет его себе позволить. Эстетика та же. Можно протирать молоточки с литерами, можно смазывать шестеренки и часами любоваться, как они там внутри крутятся, наблюдать, как рывками едет каретка, змеится черная лента. Обонять запах масла и чернил. Можно, наконец, изучать рычажки и переключатели, коим несть числа, даже папа мой, годами работавший на «Ундервуде», не может вспомнить назначения и половины из них. Еще можно раз в год вызывать к ней специального настройщика. Главное, ничего на ней не печатать, особенно если вы не графоман, а настоящий мастер.

Если вы мастер, то лучше всего писать от руки. Вот, например, Лев Толстой. У него в Ясной Поляне была даже специальная комната под названием «ремингтонная». Там супруга писателя Софья Андреевна, оббивая пальцы о непослушный механизм, со страшным грохотом, без устали перепечатывала новые варианты «Войны и мира». Четырнадцать раз кряду. А сам мастер работал только с рукописями и ходил по пашне босиком.

Так что, если вам, как и мне со Львом Николаевичем, повезло, и у вас в доме чудом сохранилось это произведение металлургического искусства, окружите его любовью и заботой. Кормите свежей бумагой три раза в день, обтирайте молоточки и обязательно звоните в звоночек, обозначающий конец строки. Машинке это приятно. Это все равно что погладить собаку.

А печатать, повторяю, на ней не надо. Да и что печатать-то? Буквы есть, а слов нет.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 10-м номере читайте  о легендарном краснодарском враче Григории Артемовиче Пенжоняне, о тайнах и загадках «усадьбы-призрака», беседу с балериной Театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Наталией Клейменовой, о жизни писателя, поэта, философа, критика Бориса Николаевича Бугаева, известного под именем Андрей Белый и о многом другом.  



Виджет Архива Смены

в этом номере

Жить можно

Сведения о потребительской корзине

Письмо из Ялты

Легко ли прожить всю жизнь отдыхая?

Мой милый август

Месяц-родитель и месяц-убийца