На карте не значится

Алексей Воробьев| опубликовано в номере №1363, Март 1984
  • В закладки
  • Вставить в блог

Рабочий стаж свой сибирские шоферы редко исчисляют годами, чаще – зимниками. Два, три – уже много, выдержал пять зимников – считай, ветеран. Но случается, что и один зимник на весах шоферских испытаний перетянет несколько лет езды даже по самым трудным трассам в европейской части страны.

Зимников нет на картах. Потому что дороги эти временные. Прокладываются они лишь на время крепких морозов в самые глухие и пока что труднодоступные уголки Сибири и Крайнего Севера. Летом не доберется сюда и вездеход. Но станут реки, схватятся ледяной коркой болота, и тогда исполосуют бесконечное белое пространство серые ленты зимних дорог. Трассовики наморозят лед на переправах, тракторами выжмут предательскую воду из-под болотного мха, тяжелыми бульдозерами пробьют новые просеки в тайге. И хлынет по ним поток грузов. К дальним точкам пойдут горючее и продукты, оборудование и стройматериалы. Обратно... Обратным путем будет отправлено все, чем богата нынче Сибирь, что смогли взять у нее люди. Учтем расстояния, помножим на тысячи тонн лишь самых необходимых перевозок и придем к выводу, что долгие зимние месяцы в Сибири коротки и драгоценны. Слишком много надо за них успеть.

Поэтому время зимника здесь – постоянный час «пик». В любом районе, на каждом километре. В том числе и на севере Тюмени, откуда через широкую Обь тянутся к центру и западу страны из далекого Уренгоя нитки газопроводов.

Базовый поселок. С утра потеплело. Водители, загружаясь у эстакады, где сваривались отрезки труб, хмуро поглядывали на разыгравшееся солнце. Мастер-бригадир Валерий Виданов давал последние советы. Аккуратный, с иголочки, словно лишь вчера получил со склада новенькую куртку и тяжелые унты, он всем своим видом призывал наплевать на погоду – обойдется. Хотя в душе, конечно, волновался за своих ребят: лишь накануне привел бригаду с далекого Воньегана, и сегодняшний рейс – первый по здешнему зимнику.

Сергей Каркачев, самый младший из видановской бригады, подтянул крепежный трос, ткнул каблуком в колесо:

– Застоялась маленько, ремонтировал. Сейчас поедем.

И мы поехали. Медленно, осторожно пополз наш КрАЗ с высокого холма над Обью. Сразу за Андрой – базовым поселком газовиков – начиналась дорога на трассу. В спину нас настойчиво подталкивала плеть – сваренные в нитку три отрезка трубы. Общая длина – тридцать пять метров, диаметр – около полутора. Именно такими гигантскими плетьми удобнее всего отправлять трубу на трассу газопровода.

Узкая, словно бритвой прорезанная просека сразу начинает путать водителя неожиданными виражами. Глаза у Сергея становятся темными и азартными. Выдают они мальчишку, каким и остался Каркачев в свои неполные двадцать два. И одновременно это глаза внимательные, настороженные, оценивающие дорогу. Как у вполне взрослого человека, которому доверено очень непростое дело. Ведь зимник оплошностей не прощает...

Через пять километров после Андры (по спидометру). На пути скользкая горка. КрАЗ взревел мотором, полез вверх, цепляясь широкими шинами за дорогу, напрягся... Встал на подъеме. Но лишь на мгновение. Потому что тут же тяжелая плеть поволокла машину вниз.

– Черт, куда же он?!

Каркачев рванул дверцу, всем корпусом высунулся из кабины.

Удержать плеть, если она пошла под гору, невозможно. Колеса стоят вмертвую и скользят, безнадежно скользят. Но Сергей держал, держал из последнего, маневрируя машиной и выигрывая мгновения.

Он увидел, что сзади под самый плетевоз сунулся сверкающий краской КамАЗ. Плеть шла прямо на него. Двадцать тонн, края у трубы острые. При лобовом ударе ей ничего не стоит разрезать машину пополам. У водителей здесь закон железный: под плеть – никогда! Ошибся – верная авария.

Сергей понимал это, но, не теряя надежды, держал свой КрАЗ, судорожно выворачивая руль. В самый последний момент плетевоз ударил трубой в стекло грузовика и застыл. За сеткой трещин мы увидели бледное лицо незадачливого шофера, которого лишь полметра отделяли от края плети.

– Если б не парень, быть тебе «приезжим»! – сердито крикнул кто-то в кабину КамАЗа. Оттуда донеслось виноватое бормотание. «Приезжий» по-здешнему тот, кто уже «приехал», кому дальше ехать не придется.

Под горкой уже скопились машины, и, произойди удар, КамАЗ «пересчитал» бы своими тоннами другие грузовики. Но и сейчас дело серьезное. Надо думать, как разъезжаться.

Тут словно из-под земли появляется Виданов.

– Валера, откуда? – задаем невольный вопрос.

– Со следующей машиной шел. Теперь – с вами. Оттепель, трассу будто намылили. Подскажу Сереже, где трудно будет. Ему полегче, и мне спокойнее...

Сказал и сразу улыбнулся, пряча беспокойство за тех, ушедших вперед ребят, что выехали на час раньше. Как они там?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 10-м номере читайте об истории создания дворца княгини Гагариной в Крыму,  о непростой судьбе Иосифа Брол\дского, о «первом и последнем энциклопедисте XX века» нашем соотечественнике Николае Судзиловском, о жизни и творчестве неподражаемого Лопе де Веги, о прекрасном городе Таруссе, о великих наших соотечественниках, в разное время живших в нем и о его достопримечательностях, очерк о так всеми любимом Николае Караченцеве, ровно год, как ушедшем от нас, продолжение детектива Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены