Все от тебя мои страдания

Виктор Суглубов| опубликовано в номере №1230, август 1978
  • В закладки
  • Вставить в блог

Как она любила ужинать с отцом и матерью! Как она их любила...

– Боже мой! Неужели все это было?.. Неужели когда-то я любила вставать рано и радоваться, что так рано начинается новый день в жизни... Какая глупая и счастливая была пора. – Таня повернулась к окну, потерлась лбом о чуть запотевшее стекло. – Какой снег выпал... настоящий снег.

А за окном уже ночь, небо в непроглядных тучах, сквозь них едва-едва просвечивает луна. Но все видно: улицу, дома, пристройки – они лишь слегка размыты первозданной белизной снега.

Издалека чуть слышно донесся вой автомобильного мотора. Он все возрастал, и к нему понемногу примешивалось характерное дребезжание старого автобуса. Таня отодвинулась от окна, встала и в нерешительности глядела на Славу. Он сказал, не оборачиваясь:

– Сиди, Таня, завтра поедем.

Автобус проехал, развернулся и остановился почти у Таниных окон. Откуда-то появились обрадованные пассажиры и торопливо полезли внутрь через плохо открытые двери. Последней впорхнула девчонка в болоньевой куртке, махнув на прощание долговязому парнишке. Парнишка тоже ей махнул и тут же сунул руки в карманы, всем своим видом выражая невозмутимость. Когда автобус тронулся, он долго провожал его взглядом, потом повернулся и медленно пошел в другую сторону.

– Ты, наверное, есть хочешь? – спросила Таня.

– Не отказался бы.

– Я картошки пожарю... – Она задернула занавески, включила свет и вытащила из-под лавки ведро с картошкой. – А ты пока печь растопи.

Слава мельком огляделся, избегая прямо смотреть на Таню. Ничего тут не изменилось за много лет – все так же просто, чисто и уютно. А он с детства любил этот деревенский уют с большой, но аккуратно обитой глиняной печью в прихожей и приткнутой сбоку маленькой печкой с плитой: любом ребенок в доме может легко ее растопить. Крашеные лавки, столы, шкафы – все это было привычно ему и казалось красивым своей целесообразностью.

Он нашел топор с поломанным топорищем, наколол щепы, и через несколько минут печь уже гудела и стреляла.

Печная дверца и плита быстро нагрелись, и от них потекло живое тепло. Слава придвинул и свалил набок небольшую скамейку, сел на нее и стал смотреть на огонь за раскалившейся, малиновой дверцей, беспрестанно вспыхивавшей маленькими яркими точечками: наверно, это сгорали от прикосновения с нею невидимые пылинки.

Присев на корточки у ведра, Таня как-то очень по-домашнему и очень грациозно чистила картошку. Слава искоса поглядывал на нее, и снова щемило сердце от тихой обиды, что она не жена его и никогда ею не будет – теперь уж наверняка. Он вздохнул и уныло спросил:

– Как ты попала в эту систему?

– В торговлю, что пи? – не отрываясь от дела, переспросила Таня.

– Нет... То есть... Ну да, в торговлю – из-под прилавка.

– Постепенно... – Таня усмехнулась. – Хотя мы и не занимались этим – продавцы, я имею в виду... Мы должны были только помалкивать, в случае чего дружно и убедительно, цифрами подтверждать, что дефектура была реализована как положено...

– Пересортицей баловались...

– Тоже... Ну, в общем, директорша занималась всей этой бухгалтерией, сводила там на бумаге...

– Но и вы с этого имели?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о жизни и творчестве «короля смеха» Аркадия Аверченко,  об удивительной судьбе датской принцессы Дагмар - российской императрицы Марии Федоровны, об авторе знаменитой повести «Дом на набережной» Юрии Трифонове, рассказ участника международной геологической экспедиции тайнах о сурового и очень красивого острова Генриетты, новый детектив Александра Аннина «Сокровища Гохрана» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Город-миллионер

Бедуют Иван Федорович Литвинчев, председатель исполкома Омского городского Совета народных депутатов и Александр Ревин, первый секретарь Омского горкома ВЛКСМ, делегат XVIII съезда ВЛКСМ

Нитка от Уренгоя

60-летию Ленинского комсомола посвящается