Цена времени

Леонид Плешаков| опубликовано в номере №1095, Январь 1973
  • В закладки
  • Вставить в блог

Я хочу рассказать о встрече с Аркадием Александровичем Пластовым, которая произошла незадолго до его смерти.

В зиму Прислониха уходила не торопясь. В конце октября выпал было снег, но оттепель в два дня снова оголила зеленя и зябкую стерню, а с буераков погнала неторопливые ручьи.

Вот в такой вечер прикатил я на автобусе из Ульяновска в деревню к Аркадию Александровичу Пластову, чем немало удивил хозяина. За месяц перед тем я был у него в московской мастерской и долго уговаривал дать интервью. Он приехал в столицу всего на несколько дней и торопился обратно.

— Посмотрите, — кивнул он на зажженные осенью деревья, — какое время уходит, пока тут торчу...

Я было заикнулся, что поехал бы с ним в Прислониху. Там свободного времени у него, наверное, побольше, вот бы и поговорили.

— Э-э-э, нет, — отрезал Пластов. — Осень я никому не отдам. Некогда говорить. Тут день упустишь — после за год не наверстаешь. А мне нужно с этюдником многие места обходить.

Я не сдавался. И, чтоб уломать-таки его, стал доказывать, что и другие времена года хороши по-своему. Подтверждением тому его же картины. И весна, и зима, и лето в них на равных правах с осенью.

Да и прислонихинские окрестности, добавил я, исхаживает он не один десяток лет. Так что и этюдов заготовлено, наверное, на годы вперед. Поэтому стоит ли спорить из-за нескольких часов? Если только эта ссылка на время не благовидный предлог для отказа...

— Ну уж нет. Что зима? Что весна? Что лето? Их пишешь, потому что нет ничего другого. Не сидеть же сложа руки! Вот осень — иное дело. Тут природа набирает весь свой цвет, всю свою плодородную мощь и, не скупясь, отдает все: на, бери! Копила целое лето — и выплеснула сразу без остатка, в зиму ничего не возьмет. Да вы сами вглядитесь: золото, пурпур. А сколько оттенков!

Так мы и порешили, что я не стану отнимать у него золотой осени, а ближе к зиме он даст мне телеграмму, и я приеду.

Телеграмму я так и не получил и с первым снегом поехал в Прислониху без приглашения. И только тут понял, что обещанная телеграмма была все-таки отговоркой. Терять время на корреспондента Пластов не хотел ни осенью, ни зимой, ни летом. Он вообще не хотел ни на что терять время.

— Вот сами посчитайте, — сказал он, — мне семьдесят пять. А сколько еще сделать нужно! Сколько успеть! Не хотелось бы говорить трафаретными словами, да приходится: нужно какую-то память оставить после себя. Детям, внукам: не зря, мол, жил, работал.

— Да и так уж есть что оставить...

— Есть, нет ли, а все кажется, что главное еще впереди. Вот где-то рядом, немного — и оно твое... А время спешит. Силы потеряешь — не жалко. Их еще можно восстановить. А время уходит навсегда. Кто мне его вернет?

Говорят: с годами приходит мудрость, опыт. Верно. Но с годами уходит и время, когда ты можешь с пользой употребить свой опыт. А если не успеешь, что толку в том опыте?

Возражать было нечего. И я думал, как бы это получше сменить неудобную для меня тему разговора. Аркадий Александрович вроде бы сам пошел навстречу. Он спросил:

— И охота была за тысячу верст киселя хлебать? Ради чего?

Ко мне частенько вот так приезжают. Тоже говорят: нужно. Иные и вправду по делу. А чаще — без всякой цели. Есть, мол, местная знаменитость, надо посетить. Говорим черт те о чем. Чай пьем. Ни я ничего нового не скажу, ни мне. А день потерян...

— Но и тех, кто приезжает, как вам кажется, без цели, понять можно. Им, наверное, хочется увидеть поближе труд художника. Увидеть не готовую картину, конечный итог труда — ваши работы им и так хорошо известны, — а то, как она создается, поиск ее, хочется узнать, как рождается замысел, как была найдена композиция, что было наиболее сложным в работе. Да и вообще, что самое главное в творчестве художника? А у кого это лучше всего спросить, как не у самого художника?

— Ну, а как об этом рассказать? У каждого своя жизнь. Свой взгляд, свое восприятие.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены