Сварщик Алексей Улесов

Анатолий Баранов| опубликовано в номере №1235, ноябрь 1978
  • В закладки
  • Вставить в блог

Спал он, сидя на полу бригадного вагончика, прислонившись спиной к теплому ребристому радиатору. Серая кепка с рыжими пятнами подпалин была натянута по самые брови, сломанный козырек закрывал почти все лицо. Только подбородок, заросший трехдневной щетиной, выглядывал из-под старой кепки, прозванной веселыми сварщиками «аэродромом». Овчинников с сожалением посмотрел на спящего бригадира. Третьи сутки не уходил Улесов со строительной площадки: электросварщики не успевали устанавливать и варить арматуру под фундаменты главного здания ТЭЦ – первого объекта «Атоммаша» – и тем самым сдерживали бетонщиков. Алексей Александрович вначале ушам своим не поверил: несколько дней назад на большом совещании в тресте бригаду Улесова назвали в числе отстающих. «Мы каждую смену почти вдвое перекрываем нормы», – возмутился он. «А мы – втрое, – засмеялся бригадир бетонщиков, молодой парень в черном морском бушлате. – Если бы вы нас не сдерживали, мы и больше смогли бы».

«Оттопчут вам бетонщики пятки, – отозвался начальник СМУ Борис Чубарь и уже другим, едва ли не просительным тоном добавил: – Выручайте, Алексей Александрович. Не дадите вы бетонщикам настоящего фронта работ, до зимы с этими фундаментами ковыряться будем».

Бригадир собрал своих арматурщиков и сварщиков, пересказал «в лицах» не слишком радостный разговор на совещании и признался: «Стыдно мне было, хлопцы. Но я обещать ничего не стал. Как же без вас обещать!»

«Ничего, выложимся, – тихо сказал Владимир Георгиевич Овчинников. Человек спокойный и рассудительный, он был заместителем Улесова не только официально. На него Алексей Александрович всегда мог положиться как на самого близкого человека и единомышленника. – Правда, одной сменой нам не отделаться. Придется наладить работу круглосуточно».

«Будем, ребята, пятки жалеть, – засмеялся Геннадий Кузичев, первый ученик Улесова на «Атоммаше»: – Они все-таки у нас не для того, чтобы какие-то бетонщики на них наступали».

Нет, себя они не берегли. Работали по полторы-две смены. Над котлованом днем и ночью перекатывались всполохи яркого света. Улесов в эти дни вообще не уходил со стройки.

– Саныч! – Овчинников осторожно тронул бригадира за плечо, и Улесов сразу проснулся, стащил с головы кепку, открыл свои синие, обожженные глаза и медленно поднялся на ноги. Не вскочил, как всегда, по-молодому, а как будто подтягивал себя, держась рукой за батарею. «Уработался человек, – грустно подумал Овчинников. – Да и силы уже не молодые, шестьдесят лет, – они. чувствительные». Но вслух он жалеть не стал. – Там тебя какая-то дамочка дожидается.

– Что еще за дамочка?

– Знакомая, говорит.

Они вышли из вагончика, и раннее яркое солнце ударило в глаза. Улесов привычно (электрическая дуга в его руках всегда кажется ярче солнечного света) щурился, но видел хорошо и много. Цепочкой, словно связанные, тянулись к котловану будущей ТЭЦ самосвалы с бетоном, шли они осторожно, словно боялись расплескать драгоценный груз. За дорогой огромным желтым ковром лежала плантация подсолнечника, окаймленная на горизонте голубой полосой Цимлянского моря и слившегося с ним чистого неба, сверкала под солнцем бронза на шпиле Цимлянской ГЭС, отбрасывая блики на пенящуюся воду у здания станции, на ажурные ограждения плотины, на огромный белый памятник первостроителям Волгодонска. Он слышал и шум воды, толкающей колеса турбин, и тихий шелест листвы на уютных улицах родного города. Многое роднило Улесова с Волгодонском – хотя бы то, что присутствовал Алексей при рождении города, сам, как говорится, принимал его, а город видел начало славы одного из лучших электросварщиков страны. Улесов вспоминал об этом донском городе на берегах Волги, Камы и Нила, вспоминал тепло и нежно, как собственную юность. Но не одни воспоминания молодости привели его в Волгодонск четверть века спустя. «Атоммаш» – это слово звучало необычно, призывно, и хотелось опытному строителю еще раз прикоснуться к большому делу, еще раз удивиться человеческой силе, энергии, мысли, способным в короткий срок оживить металл и камень, преобразить землю. Улесову, он уверен в этом, судьба счастливая выпала: строил Цимлянскую, Куйбышевскую и Асуанскую гидроэлектростанции, Волжский и Камский автозаводы. Теперь вот «Атоммаш». Возводили бы завод в другом городе, и туда бы Улесов помчался. Но Улесову повезло и городу тоже. Имя необычного завода, воплощающего самые дерзкие (фантастические – так еще казалось недавно) мечты ученых, служило призывом не только для человека, считающего себя коренным волгодонцем.

– Вот она, – показал Овчинников, и бригадир увидел девушку в модном плаще. Она тоже заметила Улесова, узнала и заторопилась навстречу. Алексей. Александрович всматривался в молодое красивое лицо, но его цепкая память не могла отметить ни одной знакомой черты.

– Вот я и приехала. – Девушка протянула руку. – Галина Александрова. Помните?

Улесов осторожно пожал тоненькую ладонь и пробормотал что-то невнятное.

– Но вы же мне сами писали. – Девушка выхватила из кармана плаща измятый лист бумаги. протянула его бригадиру. Он узнал свой почерк, вспомнил и Галю, хотя видел ее сейчас впервые.

Несколько месяцев назад он получил письмо из Калинина. Товаровед Галина Александрова писала о своей любви к электросварке, о том, как родители все же уговорили ее выбрать «чистую» профессию, и она закончила торговый техникум, но мечта до сих пор жива, и хочет она, Галя Александрова, стать все-таки сварщиком, работать на «Атоммаше». Улесов тогда долго мучился над ответом, но, по сути дела, не посоветовал ничего определенного: специальность у девушки хорошая, а работа, у электросварщика на стройке не из самых легких. «Подумайте еще и еще, – писал он. – Потому что менять профессию все равно, что судьбу менять. Не каждый на это способен, да и не каждому такой обмен приносит счастье».

– Все-таки решилась?! – выдохнул Улесов. И не понять было, одобряет он или нет решение девушки, бросившей дом, работу, умчавшейся от всего привычного на стройку за романтикой. «А быть может, не за голубой романтикой – за смыслом жизни, за жизнью самой рвется сюда молодежь», – подумал бригадир и повернулся к Овчинникову. – Познакомься, Владимир Георгиевич, будущий сварщик, к нам устраиваться приехала.

– А мы что, отдел кадров? – буркнул Овчинников.

– В отделе кадров я была, – быстро сказала Галя. – Учеником электросварщика не берут. Говорят, в учебном комбинате даже класса такого нет. Предлагают товароведом в отдел рабочего снабжения.

– Раз предлагают, надо идти, – посоветовал Овчинников. – Тем более работа там чистая, легкая.

– А если человек в работе не легкость – огонь ищет? – спросил бригадир и тут же успокоил готовую расплакаться девушку. – Если решилась к нашему племени пристать, – поможем.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о жизни и творчестве «короля смеха» Аркадия Аверченко,  об удивительной судьбе датской принцессы Дагмар - российской императрицы Марии Федоровны, об авторе знаменитой повести «Дом на набережной» Юрии Трифонове, рассказ участника международной геологической экспедиции тайнах о сурового и очень красивого острова Генриетты, новый детектив Александра Аннина «Сокровища Гохрана» и многое другое.



Виджет Архива Смены