Школа милосердия

Анатолий Пинчук| опубликовано в номере №1049, Февраль 1971
  • В закладки
  • Вставить в блог

Машина свернула на Широкую улицу, уже которой, если верить таксисту, в Кишиневе нет («Нет ни уже, ни хуже», — обрадовался он невзначай пойманной рифме). И вот мы уже в пригороде, который вполне мог бы называться Медицинским городком, потому что рядышком здесь разместились онкологический институт, станция переливания крови, четыре больницы, неврологический диспансер, республиканская санэпидстанция, общежитие и несколько факультетов медицинского института. Достраивается и высотное — 16 этажей — здание республиканской клинической больницы.

А вот и оно, Кишиневское базовое медицинское училище. Дом этот и внутри и извне на диво хорош (хотя и не очень еще обжит, потому что новоселье училище справило недавно). Классные комнаты (16 аудиторий и 19 лабораторий) невелики, но уютны; отличный спортзал: приколоти трафарет «Привет участникам соревнования!» — и можно смело проводить чемпионаты, хочешь — городские, хочешь — республиканские; актовый зал, тот просто великолепен; библиотека — 28 тысяч томов — и просторная читальня; столовая, внешним видом похожая на молодежное кафе, но выгодно отличающаяся от него ценами.

Путешествие по училищу и просьбы моих гидов — директора Раисы Анатольевны Пакало («Обязательно похвалите работников «Молдгипростроя»: это благодаря им, их энергии наше училище получилось краше рижского, которое было взято за образец!») и завуча Петра Васильевича Цуркана («Обратили внимание на качество оборудования? Болгары — спасибо им — на славу поработали!») — все шло своим чередом.

Получив задание написать о Кишиневском медицинском училище, я стал само внимание, не человек, а вопросительный знак — стал дознаваться у разбирающихся людей, что есть что. Мне повезло: среди них были толковые люди.

Один рассказал мне о том, что являла собой медицина в здешних местах каких-нибудь тридцать лет назад. «Проведи параллель: сравнение выигрышное», — дал он мне совет.

Верно, выигрышное, решил я, но нельзя объять необъятное, а мне больше понравилась тема, подсказанная другим советчиком. Одна из важнейших проблем в медицине сегодняшнего дня — проблема среднего звена. «Врачами хотят быть многие, а вот в медсестры идут безо всякой охоты, — учил он меня уму-разуму. — Узнай, много ли желающих попасть в училище, или идут те, кто не прорвался в институт? Многие ли собираются идти после училища в институт? Если процент высок, с решением проблемы, сам понимаешь, дела обстоят неважно».

Уже знакомый вам Цуркан за каких-то десять минут ответил на все мои вопросы.

— У нас 1 380 учащихся. 1 072 из них пришли, окончив восемь классов, 308 — со средним образованием. Мы особенно заинтересованы в тех, кто приходит после восьмого класса: они больше времени будут находиться в училище и, следовательно, больше преуспеют. К тому же в них мы уверены: они пришли не потому, что не попали в институт. У нас 115 преподавателей. Разумеется, все с высшим образованием. В училище четыре отделения: фельдшерское, санфельдшерское, фармацевтическое и медсестринское. Самое крупное — медсестринское. Из 376 выпускников 1971 года 161 — с этого отделения, 100 — с фармацевтического, 78 — с санфельдшерского и 37 — с фельдшерского.

— А какая разница между фельдшерским отделением и санфельдшерским?

— Санитарный фельдшер, как правило, работает на санэпидстанции или осуществляет контроль на производстве. В его задачу входит предупреждение заболеваний.

— Петр Васильевич, я разговаривал с учащимися. И вот что получается. Из 27 человек только двое сказали, что не хотят идти затем в институт.

— И очень хорошо!

— Погодите-ка, а как же в таком случае удовлетворить спрос на фельдшеров, на фармацевтов и особенно на медсестер?

— Спрос удовлетворяется. У нас в Молдавии было восемь медицинских училищ — осталось семь: в Рыбнице закрыли. — Таким тоном говорят, когда перечисляют достижения.

— Так, — понимающе сказал я, хотя и не понял ничего. Помешал привычный стереотип: хорошо — это когда чего-то открыли, а вот если закрыли...

— А с медсестрами у нас и вовсе хорошо. Наши выпускницы работают в Ленинграде, в Ташкенте, в Красноярске...

Я был готов к чему хотите, но только не к тому, что Молдавия экспортирует медицинские кадры. Но куда больше поразил меня будничный тон, которым была произнесена эта фраза. Никаких тебе откровений — сплошные аксиомы: «Дважды два — четыре», «Волга впадает в Каспийское море», «Наши выпускницы работают в Ленинграде, в Ташкенте, в Красноярске...»

— Вы родом из Молдавии, Петр Васильевич?

— Я? Да. Здесь и родился и все время живу... А что?

— Сколько вам лет?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

Иван и Мария

Рассказ

Творческая должность

С Героем Социалистического Труда, депутатом Верховного Совета СССР, бригадиром слесарей-сборщиков ордена Трудового Красного Знамени Коломенского завода тяжелого станкостроения Александром Ивановичем Федосеевым беседует специальный корреспондент «Смены» Анатолий Баранов