Р.Л. Голдман. «Убийство судьи Робинсона»

Р. Л. Голдман| опубликовано в номере №1727, Сентябрь 2008
  • В закладки
  • Вставить в блог

— Мне показалось, что эта статья... Джерри, скажите правду: вы намекали не на папу?

— Даю вам слово, эта писанина так же безобидна, как прогноз погоды. Набор общих мест, каких полным-полно в любом политическом выступлении. Я бы с превеликим удовольствием вообще отказался от этой еженедельной жвачки, но наши друзья всегда с восторгом ее читают. Но при чем тут ваш отец? — Ответа не последовало, и я продолжил: — Все понятно, вы вообразили, будто я что-то раскопал, и решили узнать, насколько это серьезно. А теперь сами жалеете, что завели разговор.

Эллен повернулась ко мне.

— Вы правы, — призналась она. — Я хотела просить вас отказаться от этой кампании.

— Ах, вот оно что? Теперь ясно, для чего вы затеяли трогательную встречу друзей детства! Ну, что, возвращаемся?

— Нет, сначала я вам все расскажу. А потом можете использовать услышанное, как хотите — даже напечатать... мне все равно... Но, думаю, вы не станете трепаться. Ни дядя Эндрю, ни политика тут ни при чем. Впрочем, рано или поздно вы все равно узнаете... Только имейте в виду: если это вдруг появится в газете, вы убьете моего отца.

— Почему именно я выбран на роль слушателя?

— Сама не знаю! Но я уже зашла слишком далеко. Мне просто необходимо выговориться, я так страдаю! Джерри, я...

Сообразив, что сейчас произойдет, я поспешно крикнул:

— Только не вздумайте рыдать! Со мной этот фокус не пройдет!

Но она уткнулась мне в плечо и горько заплакала. Слезы казались искренними: видимо, у бедняжки Эллен и в самом деле накипело. Мне вдруг вспомнилось, как однажды в детстве она упала с дерева и сильно разбила коленку. Девочка даже не застонала. Я на руках отнес ее домой, а потом вернулся к себе, весь перепачканный кровью. А сегодня лацкан моего белого пиджака будет мокрым от слез и измазан помадой.

Я обнял вздрагивающие плечи и начал нежно гладить Эллен по волосам, бормоча всякие бессмысленные слова. Что еще остается мужчине в таких случаях?

Скоро она успокоилась и стала искать носовой платок. Я протянул ей свой. Девушка наклонилась и вытерла глаза и щеки.

— Полегчало?

— Да. Это копилось так давно, что я просто не выдержала.

— Ну, что ж, ваша взяла. Так что там стряслось? Могу чем-нибудь помочь?

— Нет. Это безнадежно. Вот уже три месяца я наблюдаю, как зло проникает все глубже и глубже, и ничего не могу поделать. Скажите, Джерри, вы в последнее время видели моего отца?

— Нет, с прошлой зимы — ни разу.

— Вы бы его не узнали — он ужасно постарел. Этот мерзавец его убивает, — прошептала Эллен.

— Я не понимаю, о чем вы. Какой мерзавец?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о судьбе эсерки Марии Спиридоновой, проведшей тридцать два из своих пятидесяти семи лет в местах лишения свободы, о жизни и творчестве шведской писательницы Сельмы Лагерлеф, лауреата Нобелевской премии по литературе, чья сказка известна всем нам с детства, об одном из самых гениальных  и циничных  политиков Шарле-Морисе Талейране, очерк о всеми любимом талантливейшем актере Вячеславе Тихонове, новый остросюжетный роман Георгия Ланского «Право последней ночи» и многое другое…

Виджет Архива Смены

в этом номере

Почему Москва стоит

Обреченные на пробки

«Высокоумная»

Наталья Борисовна Долгорукая