Прорыв

Сергей Абрамов| опубликовано в номере №1116, Ноябрь 1973
  • В закладки
  • Вставить в блог

Наука: Глюциология

Извержения вулканов на Камчатке и на Курильских островах. Землетрясения в Перу или в Пакистане. Гигантские волны тихоокеанских цунами, обрушивающиеся на Японский архипелаг. Алма-атинские сели. Неистовой ярости ураганы, проносящиеся над Америкой. Все это носит лаконичное и сухое название: стихийные бедствия.

Бедствия... Сегодняшняя мировая наука еще не может, не умеет сказать, когда, где, с какой силой стихия вновь вступит в единоборство с человеком. Но именно сегодня вулканологи пытаются нащупать зыбкую закономерность извержений. Ученые пробуют предсказывать землетрясения, и опыт показывает, что к их прогнозам стоит прислушиваться. Высокочувствительные приборы службы цунами предупреждают об опасности задолго до прихода волны. Десять лет назад памирский ледник Медвежий перегородил долину притока Ванча, и когда скопившаяся за ним вода прорвалась и устремилась к поселку, убытки были большие...

Движение ледников — явление закономерное. Оно объясняется не какими-то внешними факторами, а неустойчивостью самих ледников. В самых разных местах планеты внешне спокойные, иногда даже считающиеся полумертвыми ледники «оживали», двигались, несли за собой потоки воды, лед, сели, разрушали дороги, поселки, поля: на Памире, в Альпах, на Кавказе, в Тянь-Шане, на Камчатке.

Ледник Медвежий — это Памир. Это снесенный водой поселок геологов, размытый аэродром, поврежденные линии электропередач. Это семь миллионов кубометров воды, в считанные часы прошедшие почти сто километров до районного центра. Это — стихийное бедствие.

В Институте географии Академии наук СССР разрабатывается теория пульсации ледников. Гляциологическая экспедиция института, возглавляемая доктором географических наук Леонидом Дмитриевичем Долгушиным, наблюдает за Медвежьим как раз с 1963 года — с момента прошлой подвижки. И именно эта десятилетняя научная работа позволила почти за год до начала новой агрессии Медвежьего предсказать ее.

Строго говоря. Медвежий ведет себя последовательно: движется каждые десять — двенадцать лет. Эта закономерность, подмеченная еще стариками таджиками. Но впервые в его истории подвижка была предсказана с точностью до месяца. Осенью 1972 года участники памирской высокогорной экспедиции обнаружили необычно высокие скорости движения в средней части ледника, где на его поверхности образовалась волна, перемещающаяся вниз по языку. Все это повторяло явления, происходившие на леднике десять лет назад. Вывод напрашивался сам собой: ледник должен поползти...

Подтверждение этому, увы, пришло слишком поздно. Прошлая зима на Памире была многоснежной, и дорога к поселку геологов открывалась лишь в середине апреля. Но в середине апреля язык Медвежьего уже подошел почти к самому лагерю, перегородив долину Абдукагора. Отряд Таджикской гидрометеослужбы, геологи, москвичи из группы Долгушина сумели попасть на ледник только в начале мая: перевалы были закрыты и для машин и для авиаторов, а попытка добраться до Ванча в обход — через Ош, Мургаб и Хорог — слишком затянулась. Медвежий капитально запрудил реку, и уровень воды в подпруженном озере неотвратимо поднимался. Оставалось одно: ждать прорыва.

Прорыва пришлось ждать долго. Мы прилетели в лагерь уже тогда, когда здесь о возможном прорыве говорили с раздражением и неохотой.

— Надоело, — жаловался начальник экспедиции Таджикской гидрометеослужбы Анатолий Санников, — рация не умолкает: когда прорыв? Телеграммы только об одном: назовите сроки прорыва. А мы что, боги? Это они о сроках всемирного потопа были осведомлены, а мы и о своем районном потопе ничего толком не знаем.

В лагере привыкли к ожиданию опасности. Привыкли настолько, что забыли о ней. Ежедневно измеряли расход воды в реке, уровень озера, прикидывали скорость движения ледника, уходили в горы с тяжеленным оборудованием, вели фототеодолитную съемку, летали на МИ-восьмом над озером и к месту отрыва языка от ледопада.

Командир «восьмерки» Игорь Иванов (кстати, один из опытнейших вертолетчиков республики) говорил нам, что может летать над ледником с закрытыми глазами.

— Я здесь каждый камешек изучил. На ощупь машину посажу...

Порой так и приходилось — на ощупь. Когда высаживали «десант» за Медвежий — в двух километрах от озера, то сесть было некуда: кругом снег, глубокий и рыхлый, и только рядом — деревянный мост через реку. На нем и поставили две палатки — лагерь «Озерный». Не «Астория», конечно, но жить можно. А главное, дело рядом. И трое гидрологов измеряли расход воды в реке, уровень озера, ежесуточный приток воды в него, передавали цифры на базу по рации.

Цифры пугали. Вода прибывала в озере со скоростью 3 кубометра в секунду. Скорость движения ледника — 4 метра в сутки. Десять лет назад прорыв произошел в момент, когда в озере было семь миллионов кубометров воды. В начале июня этого года воды в озере было вдвое больше, и приток ее не прекращался.

Вдвое больше воды — вдвое больше разрушений. Логика нехитрая, но допустимая и понятная. Эвакуировался аэропорт в Ванче; жители кишлаков, расположенных вдоль долины Ванча, готовы были по сигналу тревоги уйти из опасной зоны; перед Ванчской ГЭС строилась водоотводная дамба. Да и сами участники экспедиции перебазировались из домиков геологов в палатки на высокую террасу. Впрочем, они скептически относились к тому, что прорвавшаяся волна может снести лагерь.

— Ты видишь вон те арчи? — Санников указал мне на три огромных дерева, стоявших на окраине лагеря. — Им лет сто, не меньше. А Медвежий гуляет раз в десять лет. Так сколько они прорывов пережили? То-то и оно...

Арчи уверенно напоминали о незыблемости наших позиций, но угроза прорыва от этого слабее не становилась. На участке между долинами рек Дустироз и Абдукагор вода почти вплотную подбиралась к поверхности ледника. Говорили: еще несколько дней, и она выйдет на лед, размоет его, а в образовавшееся русло хлынет все озеро.

Долгушин возражал: прорыв пойдет поперек ледника через внутренние трещины в зоне наибольшего растяжения. Так было в 1963 году, так будет и сейчас.

Мнения разделились, и сторонников первого варианта оказалось больше: он казался безопаснее и поэтому желаннее. В самом деле, поток воды размоет верх ледника, но язык продолжает двигаться, подпирать воду, сдерживать прорыв. Так можно предполагать, что озеро неторопливо и безопасно перельется через ледник, лишь немного увеличив расход воды в Абдукагоре и Ванче.

Так предполагали, а прав оказался Долгушин.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

Земля спокойных

Фантастическая повесть. Продолжение. Начало в №№ 20 — 21.