Пропавший пост

Л Соловьев| опубликовано в номере №428, март 1945
  • В закладки
  • Вставить в блог

Летом прошлого года немцы, надо полагать, немало дивились таинственному исчезновению своего наблюдательного поста, высаженного на банку Вудгрин. Бесследно исчез не только сам пост, но и посланный за ним катер. Немцы долго путались в догадках и, наконец, успокоились, решив, что всю вину следует отнести за счёт какой-нибудь бродячей мины. Катер пометили затонувшим, людей, в том числе и снятых с банки четырёх наблюдателей, - погибшими.

На самом же деле всё произошло гораздо интереснее и веселее. В начале рассказа обратимся к географии. Банку Вудгрин вы не найдёте на обычной карте; даже из моряков знают её хорошо только штурманы. В открытом море торчит из воды камень метров двадцати в ширину, метров пятидесяти в длину - этакая розовато-бурая плешина, обросшая, словно шишками, гигантскими валунами. Ни капли пресной воды, ни щепотки земли, ни единой травинки - только морская мохнатая плесень в подводных расщелинах. Камень и пустынный зеленоватый простор вокруг - вода и небо... Летом нещадно палит низкое солнце, зимой штормовые валы разгульно перекатываются через обледенелый гранит. Корабли не подходят к банке: она расположена в стороне от фарватеров; для рыбачьих баркасов она слишком удалена в открытое море; словом, никому нет никакого дела до этой географической точки, кроме чаек, пестрящих камень белыми пятнами.

Но в прошлом году каменная плешина сделалась ареной удивительных событий - в первый раз с тех пор, как подземный катаклизм поднял над водой в облаке пара её раскалённый лоб. Рассказал мне эту историю балтийский моряк, старшина Степан Мухин - заядлый шахматист и человек весьма бурной жизни. Он-то и был главным героем вудгринской эпопеи: такая уж у него судьба - вечно попадать в самые неожиданные приключения.

Началось всё просто и обыденно. Был полный штиль, солнце обозначалось в мглистой дымке тускло, расплывчато, гладкое море отливало сероватым, тяжёлым блеском, как ртуть. Под вечер, часов в семь, близ банки Вудгрин появился небольшой немецкий катер, вооружённый двумя пулемётами. Держась на почтительном расстоянии, катер обошёл вокруг банки, выпустил по валунам несколько очередей, повременил, присмотрелся и осторожно, словно крадучись, начал подходить ближе.

С восточной стороны банка Вудгрин обрывается в море отвесно, корабль с небольшой осадкой может подойти вплотную. Немцы без труда нашли это место, высадили четырёх наблюдателей, выгрузили оружие, радиостанцию, ящик с боеприпасами, ящик с продуктами, два бочонка с водой и какие-то брезентовые мешки. Всё это было сделано очень быстро, через десять минут катер снова застучал мотором и, оставляя за собой пенистый след, разваливая носом воду, пошёл обратным курсом к немецкому берегу.

Немцы, высадившиеся на банке, помахали вслед катеру пилотками и платками, потом уселись на валунах и закурили, наслаждаясь тишиной. Действительно, в те дни на всей Балтике трудно было найти место более тихое и спокойное. Какая-то банка, заброшенная в район, никогда не посещаемый кораблями; ни стрельбы, ни бомбёжек...

День выдался томный, душный. Один из немцев решил перед ужином выкупаться. Его пример соблазнил остальных; побросав на камни одежду, немцы с криками, хохотом залезли в море, не предчувствуя беды, которая уже нависла над ними.

Плотные, белые, они вышли из воды и, блестя мокрой кожей, оставляя на камне сырые тёмные отпечатки ног, побежали к своей одежде. Здесь-то и поджидала их нежданная, негаданная беда - в образе балтийского моряка Степана Мухина, поднявшегося из-за валуна с автоматом в руках. Вслед за Мухиным поднялись Михаил Гришин и Пётр Савин - оба тоже с автоматами.

Если бы сам Нептун со своим трезубцем появился из морской пучины или гранитные валуны заговорили вдруг человеческим голосом, немцы были бы менее потрясены и уж, во всяком случае, не так испуганы. Голые, с побелевшими от ужаса глазами, они стояли в полном окаменении; прошло много секунд, прежде чем самый старший по возрасту усатый немец опомнился и поднял руки. За ним подняли руки и остальные.

- Не надо, - великодушным голосом сказал Мухин. - Можете опустить. Поздравляю вас с приятным купаньем, господа фрицы... Как сегодня вода - не очень холодная?

А сердце в его груди пело и прыгало.

Вообще-то Немцы были ему, конечно, не в диковинку; много раз встречался он с ними, брал их в плен, но при таких обстоятельствах - никогда. Он был весёлый человек, Степан Мухин, и больше всего на свете любил приключения - потому на фронте и лез всегда, не жалея головы, в самое пекло. На банку Вудгрин отправился он весьма неохотно, предвидя три, а то и все четыре недели смертной скуки. Но судьба и здесь оказалась милостивой к нему.

А немцы всё ещё не могли придти в себя. Наконец, усатый рискнул негромко кашлянуть, потом сказал по-русски, с лёгким акцентом:

- Мы сдаёмся...

- Вот как? - приятно удивился Мухин. - Это очень любезно, что вы экономите наши патроны. Одевайтесь, господа фрицы, да побыстрее, а то простудитесь, неровён час.

Читатель, конечно, уже догадался, что немцы угодили в мышеловку. Наши моряки-наблюдатели высадились на банку двумя днями раньше. Памятуя приказ о строжайшей маскировке, они сумели среди валунов укрыться так, что немцы ничего не заметили.

Так началось вудгринское приключение Степана Мухина. О дальнейших событиях пусть рассказывает он сам, а я удовольствуюсь скромной ролью стенографа.

... Забрать мы немцев забрали, а вот что дальше с ними делать, - не знаем. Петя Савин - он шибко сердитый на немцев за свою семью - всё приставал ко мне:

- Давай разделаемся подчистую, как они с нашими разделываются.

Я, понятное дело, не согласился и даже его пристыдил.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 3-м номере читайте  о жизни и творчестве  писателя Мамина-Сибиряка,  о широко популярном явлении с Москве прошлых лет – «ярмарке невест»,  о простой русской девушке, вышедшей замуж за принца Сиама,  о союзе, который называли «браком века» Элизабет Тейлор и Ричарда Бертона, о героической судьбе легендарной советской летчицы Валентины Гризодубовой, о возможном прототипе Робинзона Крузо,  кончание детектива Анны и Сергея Литвиновых «Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать…» и многое другое



Виджет Архива Смены