Послесловие к «Кровавой пятнице»

Леонид Степанов| опубликовано в номере №967, сентябрь 1967
  • В закладки
  • Вставить в блог

«... Шесть или восемь полицейских набросились на студента с дубинками и стали его избивать. Потом кто-то выстрелил из пистолета в упор, в затылок... Студент упал на мостовую». Это только одно из многих свидетельских показаний по делу убитого студента Бено Онезорга, которые напрочь отметают официальные версии о «вынужденной самообороне» западноберлинской полиции. Избиение студентов около здания Оперы в Западном Берлине полицейскими, вооруженными дубинками и пистолетами, люди назвали «кровавой пятницей». Они поставили его в один ряд с самыми гнусными жандармскими «подвигами». Особенно после того, когда исполняющий обязанности бургомистра Западного Берлина Генрих Альбертц, узнав о пятидесяти тяжелораненых студентах, официально заявил: «Подчеркиваю, что я лично действия полиции одобряю». Видимо, ни Генрих Альбертц, ни другие «защитники порядка» не предвидели, к каким последствиям приведут «кровавая пятница» и последующие «чрезвычайные меры». Похороны Бено Онезорга вылились в массовую демонстрацию молодежи против душителей демократии в Западном Берлине и в ФРГ. Около 100 тысяч студентов приняли участие в маршах молчания и траурных митингах, состоявшихся почти во всех университетских городах Западной Германии: Дюссельдорфе, Гейдельберге, Аахене, Мюнхене, Кельне, Штутгарте и Бонне. Выражая свой гневный протест против убийства Бено Онезорга, молодежь одновременно выступала с резкой критикой всей политической обстановки в ФРГ, против реакционных правителей Бонна, ведущих наступление на гражданские права немцев. «Кровавая пятница» послужила искрой, от которой вспыхнули сотни горячих дискуссий и резких столкновений с власть имущими по самым животрепещущим и давно назревшим вопросам. «Мы регистрируем огромную политическую активность, какой никогда еще не переживали», - публично заявил ректор Мюнхенского университета. «Никогда еще, - добавила западногерманская пресса, - наше студенчество не демонстрировало такой политической солидарности». Массовое выступление студентов вызвало серьезное беспокойство властей, тем более что оно развернулось в момент, когда в Бонне собираются протащить через бундестаг «чрезвычайную конституцию», имеющую цель окончательно придушить демократическую оппозицию. Используя прессу, радио и телевидение, боннские правители сделали все от них зависящее, чтобы скомпрометировать студенческое движение. Активных студентов пытались представить «красными террористами», «возмутителями спокойствия» и «бездельниками, которые готовы устраивать скандальные демонстрации по любому поводу». Разумеется, было бы большой ошибкой считать западногерманское студенчество однородной и сплоченной силой. Не надо забывать, что большинство учащихся высших учебных заведений ФРГ - выходцы из богатых и состоятельных семей. Детей рабочих среди них менее пяти процентов. Все прогрессивные организации в ФРГ давно запрещены, на студенчество оказывают большое влияние реакционные корпорации, церковь и профессора-наставники, проповедующие филистерскую «добропорядочность». И все же, если даже правая печать ФРГ с тревогой пишет о «политической солидарности» большинства студенческой молодежи, то основа для такой солидарности, безусловно, существует. Эта основа - общее раздражение, которое вызывают у молодежи нынешние реакционные правители Бонна, коим не пошли впрок самые вразумительные уроки истории. В связи с заметной активизацией молодежи в Западной Германии довольно убедительно выглядят некоторые результаты опроса, проведенного среди студентов известным гамбургским журналом «Шпигель». Опрос был проведен под девизом «Что думают студенты?» «Шпигель»: «Должны ли граждане ФРГ иметь больше доверия к своему правительству, считая, что оно делает все необходимое для защиты всеобщих интересов?» 79 процентов опрошенных студентов ответили отрицательно. «Шпигель»: «Делает ли боннское правительство все от него зависящее, чтобы добиться воссоединения Германии?» Такого мнения придерживаются только 8 процентов опрошенных. 44 процента считают: «Федеральное правительство хотя и говорит много о воссоединении, но в действительности для этого не делает ничего». Одна треть опрошенных студентов заявляет: они не рады тому, что им приходится жить в Западной Германии. Каждый пятый охотно переехал бы в какую-либо другую страну. В ряде случаев «Шпигель» приводит ответы и студентов Западного Берлина. Есть ли заметная разница между ответами студентов ФРГ и Западного Берлина? Да, есть. И очень заметная. Студенты Западного Берлина настроены более решительно и выражают свое мнение о политике Бонна еще более резко. Две трети западноберлинских студентов считают, что парламентская система ФРГ функционирует плохо. Две трети западноберлинских студентов думают, что Бонну следовало бы признать границу по Одеру - Нейсе. Половина западногерманских студентов прямо заявляет, что они не хотели бы жить в таком государстве, как Западная Германия. Чем объяснить тот факт, что западноберлинские студенты демонстрируют сегодня большую политическую зрелость и сплоченность? Может быть, причина тому - «кровавая пятница». Многие из студентов своими глазами видели кровь товарищей на мостовой перед Оперой и сами прочувствовали удары полицейской дубинки. Возможно, они вспомнили при этом недавнее прошлое, знакомое до того только по рассказам отцов и дедов. Может быть, причина тому - реальная возможность сравнить то, что происходит сегодня в ФРГ, с жизнью в ГДР, которая ведь совсем рядом, ее можно видеть каждый день из окна любого высокого дома неподалеку от государственной границы. Каковы бы ни были причины, рост политической активности студенчества продолжается. Не случайно в меморандуме, подготовленном для социал-демократической фракции западноберлинского сената после «кровавой пятницы», записаны такие слова: «Ситуация серьезнее, чем когда-либо до сих пор... Если не предпринять необходимых мер по широкому фронту, то Берлин (Западный. - Л. С.) может пережить очень скоро кризис своего существования... Можно подавить демонстрацию с помощью полиции и раз и два, но с каждым разом это будет все труднее. Полицию невозможно будет использовать против тысяч, десятков тысяч и больше молодых людей. А подобная ситуация может сложиться в любой день и час...»

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере 2021 года читайте о сокровенных дневниках Михаила Пришвина, которые тайно вел на протяжении полувека, жизни реального Ивана Поддубного,  весьма отличавшегося  от растиражированного образа, о судьбе и творчестве Фредерико Феллини, об уникальном острове Врангеля, о братьях Загоскиных – писателе и флотском лейтенанте, почти забытых в наше время, новый детектив Анны и Сергея Литвиновых Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать…» и многое другое.



Виджет Архива Смены