Ну и воспитатель

Р Радченко| опубликовано в номере №968, сентябрь 1967
  • В закладки
  • Вставить в блог

Научно-технический прогресс, экономическая реформа, совершенствование социалистической демократии предъявляют высокие требования к характеру и содержанию человеческой деятельности во всех сферах жизни общества, к уровню сознательности, организованности и ответственности людей. Из Тезисов ЦК КПСС «50 лет Великой Октябрьской социалистической революции».

Сегодня за «Круглым столом» «Смены» слово берет командир производства. Он продолжает разговор о труде и воспитании, о подготовке молодых специалистов, начатый редакцией в №№ 16 и 17.

Чуть-чуть, которое считается

Подписать этот приказ было и впрямь нелегко. Я увидел инженера С. два года назад, когда, только окончив институт, он приехал в Воркуту и сразу согласился пойти на самую трудную шахту. Он понравился мне в эту нашу первую встречу. Высокий, по-ленинградски корректный, он выглядел очень инженером, очень отличником и очень спортсменом. А недели через две в забое это был «очень рабочий» в своей перемазанной глиной брезентовой робе, с лопатой в руках. Лопату он так и не бросил в течение всего разговора. Я знал, что живется ему несладко: комнатка в холодном временном бараке, консервы три раза в день, в баню - за тридцать километров-ведь шахта только начинала строиться, - но парень ни разу не пожаловался. Впрочем, разговор у нас получился тогда короткий: привезли бетон, и кто-то из рабочих громко окликнул его: «Сережа!» Он вежливо попрощался и бросился помогать бригаде. Прораб был им доволен. Трудолюбив, исполнителен, быстро сошелся с рабочими. В свободное время у него всегда полно ребят. Слушают магнитофон, берут книжки, иногда выпивают, но только самую малость... Что касается чисто инженерных дел, то технология проходки настолько отработана, что мастеру достаточно следить за подачей материала и вовремя закрывать наряды. Через год С. был назначен сменным инженером на тем же участке. Последнему обстоятельству он особенно обрадовался.

- Ребята привыкли ко мне, я к ним, - говорил он. - Живем как одна семья. Это были хорошие слова и хорошее чувство, и никто из его руководителей не был пророком настолько, чтобы предвидеть опасность, таящуюся в этих отношениях. И еще через полгода, когда появилась возможность вновь повысить С. в должности, никому не пришло в голову, что та бесконфликтность, в которой он жил на своем участке, может обернуться для него бедой. Новая работа, помимо инженерных знаний (их у С. было достаточно), требовала административной гибкости. Потому что новый масштаб работы - это всегда новые приемы, новые методы руководства людьми. Он же привык к отношениям почти семейным, когда личный пример заменяет приказ, а постоянное присутствие на объекте - разнообразные формы контроля за исполнением указаний. И он был удивлен, что его «пожалуйста» на новой работе далеко не всеми воспринимаются как руководство к действию и что кто-то не торопится выполнить не только его просьбу, но даже приказ... Почувствовав, что по-старому не получается, он бросился в другую крайность. Несколько выговоров, необоснованное увольнение - и против молодого начальника уже настроен коллектив. С. видит это, чувствует себя несправедливо обиженным, нервничает и допускает все более грубые ошибки. Естественно, что после бесплодных попыток помочь ему руководство строительным управлением больше не захотело ждать и потребовало убрать С. в контору. И, пожалуй, в сложившейся ситуации перевод его в штат технического отдела, на работу, непосредственно не связанную с руководством людьми, действительно был наиболее целесообразным. Ну и что, спросит читатель, над чем здесь ломать голову, что ужасного произошло? Вполне возможно, что С. станет отличным инженером технического или какого-либо другого отдела и на этой работе найдет себя. И все-таки лично меня настораживают те драматические ситуации в жизни молодых, только что пришедших из института инженеров, которые считаются почему-то неизбежными и закономерными. Настораживают конфликты, о которых некоторые из них потом вспоминают с улыбкой («Знаете, я тогда чуть-чуть не ушел»), а кое-кто предпочитает не вспоминать, потому что это «чуть-чуть» состоялось и было воспринято ими как поражение. Что ни говори, а по-разному можно перейти в ту же «контору». Одно дело, когда ты приходишь туда, имея опыт плодотворной работы с людьми, и совсем другое, когда весь этот опыт - знание того, что ты несостоявшийся руководитель, инженер, не нашедший подхода к своим подчиненным. Именно с этим горьким знанием, с чувством собственной неполноценности пришел и С. в коллектив управленцев. И понадобились годы, чтобы он оправился от пережитого... Поэтому имеет смысл присмотреться к этим «чуточным» ситуациям.

- Чуть-чуть не ушел потому, что не мог поладить с бригадой из-за нарядов... Это Валерий Васильев. Он молод - 26 лет, но уже главный инженер домостроительного комбината. Его «чуть-чуть» позади, однако вспоминает он о нем без улыбки:

- Работа тогда была неденежная, а я только и мог, что плечами пожимать: «Расценки, ребята, от меня не зависят». В общем, через месяц я стал «мастером, у которого не заработаешь». Это было не только горько: ведь я из кожи лез, чтобы обеспечить их фронтом работ, чтобы не было простоев из-за нехватки материалов. Отношение ко мне вредило самой работе. Какого дьявола стараться, рассуждала бригада, если все равно заработка не видать! Пожалуй, еще немного, и я бы стал на путь, который прокуроры называют «путь приписок». К счастью, вовремя остановился. Решил поговорить с бригадиром. По-человечьи, по душам. Объяснил ему, что, не сделав эту «невыгодную» работу, нельзя подступиться к другой, лучше оплачиваемой. «А кто ее делать будет?» «Вы, конечно!» «Так что же ты, дурень, молчал? Собрал бы народ да весь план и выложил бы! А то заладил одно: надо да надо!» «Чуть-чуть» инженера Олега Б. имело другой характер. На его мастерский участок был послан автокран. Начинающий мастер определил для него место работы. Но опытный крановщик наотрез отказался работать:

- Слишком близко от высоковольтной линии, мастер. Олег был не слишком уверен в своей правоте, но разговор слышали другие рабочие, и отступить, казалось ему, было нельзя.

- Делай, что приказано! Посулив мастеру, что тот еще «получит по мозгам», крановщик отправился выполнять приказ. До обеда кран работал, а после перерыва на участок приехал инженер по технике безопасности. Не вникая, кто прав, кто виноват, он запретил работать и вызвал обоих к начальнику. Они встретились в приемной, и старый крановщик неожиданно пожалел мастера.

- Отвечать так или иначе мне, - сказал он, - так что лучше уж молчи... И мастер промолчал. В ту минуту ему казалось, что главное - это не потерять свой инженерный престиж. Однако, как известно, нет ничего тайного, что не стало бы явным. На участке поинтересовались, чем кончилась эта история, и через несколько дней довели до сведения мастера, что некрасивое его поведение отнюдь не вызвало сочувствия у рабочих. Легко представить себе, что пережил тогда Б., если учесть, что по натуре это был безусловно честный, даже принципиальный человек. Тогда же дело заключалось в том, что сама идея авторитета руководителя была воспринята неверно.

Бремя руководителя

Как принято говорить в подобных случаях, число примеров можно было бы продолжить. Однако важны не примеры, а причины. Причины же ненужного и, более того, вредного для дела драматизма, которым так часто исполнены первые шаги молодого специалиста, на мой взгляд, в слабой подготовке к работе с людьми. К сожалению, не новое это наблюдение и сегодня актуально, хотя мы и не жалеем слов, убеждая друг друга в том, что в современных условиях каждый хозяйственник, руководитель должен быть воспитателем своего коллектива, что эта задача в равной мере политическая и производственная, ибо процесс воспитания работника и человеческой личности вообще - процесс единый и неразделимый. Я подчеркиваю, что в этих заметках речь идет о воспитательной функции именно административного руководителя. Бремя ее не снимается с его плеч, как бы высок ни был на его участке уровень партийной и комсомольской работы. Думаю, что это положение столь бесспорно, что не нуждается в разъяснении. Важнейшим фактором воспитания, как известно, является сама организация производственного процесса. Когда ежедневный труд рабочего организован так, что человек не нервничает из-за простоев, когда работа предъявляет определенные требования не только его мускулатуре, но и интеллекту, когда ее ритм ровен и посилен, труд начинает действительно воспитывать, то есть формировать личность в нужном нам направлении. В этом плане всякий толковый инженер-организатор является воспитателем. Он воспитывает организованностью, культурой производства и получает свою законную прибыль - увлеченность работой, тот трудовой мажор, о котором в свое время так заботился Макаренко. Но организацией труда, как одной из главных профессиональных задач инженера, не исчерпываются все предъявляемые к нему жизнью требования. Идеологическое и, в частности, психологическое воздействие на личность работающего - такая же инженерная задача, как и научная организация труда. И в сущности, ее составная часть. Потому что политическое и нравственное состояние рабочих - это сила, способная, как писал Ленин, стимулировать «громадное повышение производительности труда». Не случайно в «Великом почине», цитируя правдинскую корреспонденцию о первом коммунистическом субботнике, Ленин особо подчеркивал, что, «несмотря на то, что работа была слабо подготовлена и слабо организована, все же производительность труда была выше в два-три раза». Думается, что это замечание Ленина, который с неукротимой энергией и страстью боролся за всяческую организованность и никогда не преувеличивал возможностей одного энтузиазма, полезно вспомнить сегодня по той причине, что наша инженерная молодежь, преувеличивая значение чисто технической и организаторской мысли, иногда готова увидеть в материальной заинтересованности ключ для решения всех проблем. «Не на одном голом энтузиазме» ребята, с которыми мне приходится сталкиваться, нередко читают как «без энтузиазма вообще», а в рубле видят самого надежного воспитателя. И экономическую реформу, основанную на материальном стимулировании, кое-кто из них воспринял как подтверждение правильности этого взгляда на вещи. Молодой инженер Кирилл К. - человек с явными организаторскими способностями, со стихийным чувством того, как надо и как не надо, со своим взглядом на взаимоотношения командира производства с подчиненными.

- Надо, - говорит он, - подпереть плечом вагонетку, когда она валится на твоих глазах. Можно взять на себя наиболее опасную работу, потому что образование помогает лучше знать, с какой стороны ждать опасность. Но при всем при том - никаких объятий, никакого панибратства. «Лицом к лицу - лица не увидать...» Для дела полезно, чтоб рабочий обозревал руководителя целиком. Для этого необходимо расстояние. Однажды речь зашла об организации соревнования.

- Не знаю, что это такое, - заявил Кирилл. - Если люди трудятся плохо, значит, я скверно организовал работу или не заинтересовал их материально. Когда работают хорошо, - значит, я сделал все как надо. У Кирилла готов даже пример. На его участке отставала бригада, занятая на арматуре. Оказалось, несколько человек недовольны оплатой: они работают лучше других, а получают, как все. К. предложил разбиться на тройки и посулил каждому звену закрывать наряды ежедневно. Тогда будет видно, кто как работает и по заслугам ли получает. Мысль бригаде понравилась, но начался страшный шум: некоторых работниц (бригада была женская) никто не хотел брать в свою тройку. Ему все-таки удалось укомплектовать звенья, и на следующий день бригада уже перевыполнила план.

- Так это же и есть соревнование, - не выдержал я. - Самое настоящее, неформальное соревнование. Ведь, кроме заработка, здесь действовала психология. Те, кого не хотели брать, и те, кто их в конце концов взял, работали не только ради денег, они еще и что-то доказывали другим... Но К. стоял на своем: просто правильно организован труд. Откуда этот взгляд? Во-первых, многие из молодых просто не знают приемов и методов внеэкономического влияния на работника. И подобно тому, как радость чтения может быть доступна только грамотному человеку, так и радость воспитательного творчества может почувствовать лишь тот, кто обучен его азбуке, кому удалось что-то сделать. Вторая причина лежит глубже. Она - реакция на самую нашу воспитательскую неумелость, на то, что нередко мы злоупотребляли фразой, что и сейчас кое-кто переоценивает ее силу и возможности. Вместе с тем нашими инженерами, особенно средних и старших возрастов, накоплен огромный опыт соединения организационной работы с воспитательным влиянием на людей. Не могу не привести в этой связи хоть один пример такого инженерно-психологического воздействия. На протяжении длительного времени управление «Сантехмонтаж» нашего комбината считалось одним из самых трудных из-за большого количества пьяниц и прогульщиков, пригревшихся почти в каждой бригаде. Добросовестные рабочие злились, обсуждали их на собраниях, но дело двигалось медленно. За широкой спиной работящей бригады «сачкам» жилось не так уж плохо, а бригаде рано или поздно надоедало шуметь. Однако лентяи и прогульщики заметным бременем ложились на выработку, и мастера и прорабы требовали принятия «решительных мер», или, попросту говоря, увольнения плохих работников. Тогда начальник управления предложил создать из отстающих отдельную бригаду. Расчет строился на том, чтобы недобросовестные работники оказались в центре внимания всего коллектива. С другой стороны, делалась ставка на самолюбие: люди должны были доказать, что они не хуже других. С членами будущей бригады было проведено собрание. Лентяям было сказано, что они лентяи и что им предоставляется единственная возможность завоевать себе честное имя. Бригаде помогали, но вместе с тем с нее не спускали глаз. Чаще обычного стали выходить «молнии» и «боевые листки». Строители, как известно, народ, который за словом в карман не лезет; здесь же для юмористов было настоящее раздолье. На первых порах над бригадой потешались свирепо. И она доказала, что может работать не хуже других. Сегодня «Сантехмонтаж» - одно из самых работящих и дисциплинированных управлений, где о прогульщиках говорят в чисто мемуарном плане: «Это было до той бригады». Мы в комбинате стремимся передать подобные находки молодежи. В программу нашего «вечернего университета» для инженеров включены лекции и беседы опытных руководителей, умеющих работать с людьми. Но работа этого «университета» все больше убеждает нас в том, что он должен быть лишь частью системы, цель которой - серьезная педагогическая подготовка командиров производства. Да, речь должна идти именно о системе, включающей в себя институтские курсы, переподготовку ныне работающих инженеров, широко поставленный печатный обмен инженерно-педагогическим опытом. (Не могу найти другого слова. Педагогика как наука о воспитании ассоциируется со школой, с детьми, а здесь речь идет о рабочих. Однако само отсутствие соответствующего понятия, обозначающего научную систему форм и методов, при помощи которых осуществляется идеологическое воспитательное воздействие на взрослого человека, должно насторожить. Оно отражает состояние дел. Поэтому за неимением другого слова - здесь и дальше «педагогика».) К сожалению, здесь мы очень медленно продвигаемся вперед. Более того, в какой-то мере теряем позиции, занимаемые ранее. Так, в 30-е годы массовыми тиражами издавались книги и брошюры типа «Мой опыт работы прораба», «Мой опыт работы бригадира» и т. п. Представляется, что удовлетворение спроса на подобную литературу - дело в первую очередь молодежных издательств. С какой радостью и с какой пользой для себя молодой инженер, техник, мастер купил бы хорошую книжку своего коллеги, повествующую о пути в профессию. Я, например, вижу автора одной из них: своего учителя - профессора, доктора технических наук Николая Михайловича Покровского, который, будучи крупнейшим специалистом по шахтостроению, любил и умел рассказать о том, как, приезжая на новое место, инженер открывает счет в банке и при этом ухитряется подружиться с управляющим, кому он в первую очередь наносит визиты и как с минимальными ошибками принимает людей на работу. Умные, исполненные юмора и тонких жизненных наблюдений, беседы эти в будущем немало пригодились его ученикам. Сегодня многие издательства, особенно местные, выпускают немало книг и брошюр, посвященных передовому опыту. Но это, во-первых, чисто технический опыт, а во-вторых, круг героев этих книг, как правило, ограничен десятком профессий, в котором почему-то не находится места для профессии инженера.

Инженеру - Макаренко

И все-таки в том педагогическом всеобуче, потребность которого созрела до очевидности, первое место должно принадлежать вузам, техникумам, всем учебным заведениям, готовящим командиров производства. Говоря об инженерной педагогике, мы имеем в виду, что человек, занятый в современном производстве, требует своего особого подхода. Что его духовный мир во многом определяется характером труда. Теми требованиями, которые этот труд предъявляет ему как личности. Однако этот свой, особый производственный подход все-таки будет основываться на том, что уже сделано и продумано. А ведь сделано немало. Вспомним хотя бы Макаренко, чьи, между прочим, приемы, методы и теоретические выводы отточены на коллективе, который можно с равным правом назвать как рабочим, трудовым, так и ученическим. И найденное им в этом коллективе в своих главных элементах - это педагогика не только для юношества, но и для взрослых, потому что и к тем и к другим равно применим макаренковский принцип максимальной требовательности к личности и максимального уважения к ней. Лично я в стихийных находках наиболее опытных моих товарищей и в том, что время от времени удается сделать самому, почти всегда нахожу подтверждение идей выдающегося педагога. Основа успеха - почти всегда в макаренковском отношении к коллективу как организму чрезвычайно тонкой организации, рост и движение которого можно программировать, лишь исходя из самых высоких политических и нравственных принципов. Когда, например, в нашем городском комитете партии впервые заговорили о строительстве Дворца пионеров, о строительстве сверхплановом и очень трудном, кто-то из наших товарищей вспомнил завоевание Куряжа, риск, на который пошла колония имени Горького во имя того, чтобы не остановиться. Нам тоже не навязывали это строительство, и мы могли бы не рисковать. (А рисковать, честно говоря, было чем: коллектив в числе передовых предприятий страны отмечен знаменем и премиями.) Но мы считали, что всем нам будет полезна именно трудная задача. Партийная, комсомольская организации в управлениях провели собрания на тему: брать или не брать? Рабочие одобрили идею. Мысль о таком большом, таком настоящем подарке 50-му Октябрю в полном смысле этого слова зажгла сердца людей. И энтузиазм реализовался в десятках умных предложений, в готовности работать с полной отдачей сил. Достаточно сказать, что нулевой цикл строительства дворца был завершен в четыре раза быстрее, чем этого требовал обычный график работы. Сейчас, когда у нас уже нет сомнений в том, что дворец будет сооружен в течение года, мы все по-человечески радуемся нашему «Куряжу», потому что еще раз убедились, какие резервы вскрывает правильное психологическое и педагогическое отношение к коллективу. Макаренко оставил для будущих преподавателей инженерной педагогики не только принцип, но и методику обучения. Стоит вспомнить, как он настаивал на овладении педагогом техникой своего дела, вспомнить его занятия с воспитательской молодежью, где оттачивалось, например, умение хвалить, делать выговор, разговаривать с провинившимся. Эта «техника» позарез нужна молодому мастеру, бригадиру, прорабу. Я не претендую на то, чтобы дать хоть наметки будущей программы педагогики для инженеров, но мне представляется, что умный наставник, практик и теоретик, построит такие свои занятия по принципу предвидения типичных психологических ситуаций, будь то «выговор за плохое качество» или «закладка первого камня». Честно говоря, и сейчас, после 20 лет работы на строительных площадках, я бы с удовольствием посидел на практических занятиях, посвященных этим темам. Важнейшей составной частью такой профессиональной подготовки должно стать наряду с учебными занятиями правильно организованное студенческое самоуправление, активизация комсомольской жизни в вузах. О сегодняшнем ее уровне в какой-то мере свидетельствует тот же инженер С, о котором я рассказал вначале. А он в течение четырех лет был комсоргом группы. Узнав об этом, я был удивлен: быть четыре года руководителем коллектива, вожаком, как пишут у нас комсомольские газеты, и не найти верного тона с людьми! Я спросил у С, как он работал комсоргом. Он пожал плечами. Какая там работа? Взносы собирал. А если что-нибудь сделать, попросит одного-другого, в ком-нибудь совесть заговорит - и сделает.

- Ну, а ругаться, спорить, принуждать в конце концов вам приходилось?

- Нет, просто не было повода. Вероятно, задача заключается в том, чтобы сама организация внутривузовской жизни была для студентов первоначальной школой администрирования и руководства, чтобы через эту школу прошел каждый инженер. Нередко от выпускников института можно услышать жалобы и на то, что преподаватели не знают их как людей, что для института человек полностью или почти полностью исчерпывается его зачетной книжкой, и поэтому назначение на работу, как правило, делается без учета личности выпускника. В этих жалобах немало справедливого. Но представляется, что те педагоги и психологи, которые (хочется верить) в ближайшее время появятся в технических вузах, немногого добьются в программировании дальнейшей судьбы своих студентов, в подготовке их к воспитательной работе, если не смогут тактично помочь молодежи наладить свое самоуправление, если не научатся ставить перед этим самоуправлением задачи, помогающие его росту. Сегодня наше отношение к выпускникам вузов, идущим на практическую работу, во многом можно определить как спартанское: пусть уцелеет и пробьется сильнейший. Это отношение не только не хозяйское, но и не соответствует нашей морали. Не следует забывать также и о том, что неподготовленный командир производства - это не только экономические, но и нравственные потери, потому что именно в сфере труда мы имеем наибольшие возможности влиять на наших людей в коммунистическом духе. И в заключение. Вопросы, поднятые в этих заметках, на мой взгляд, лишь часть большой проблемы, смысл которой в психологической подготовке к труду вообще. Мы говорили здесь только об отношении командира производства к подчиненным, но это лишь грань тех взаимоотношений, которые складываются в процессе производства. Взаимо... И с этой точки зрения равного внимания заслуживает и психологическая подготовка будущих рабочих к тому, чтобы правильно строить свои отношения с руководителем. Но это уже не только новая грань, но и новая тема, появление которой на страницах молодежного журнала представлялось бы мне весьма своевременным.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере 2021 года читайте о сокровенных дневниках Михаила Пришвина, которые тайно вел на протяжении полувека, жизни реального Ивана Поддубного,  весьма отличавшегося  от растиражированного образа, о судьбе и творчестве Фредерико Феллини, об уникальном острове Врангеля, о братьях Загоскиных – писателе и флотском лейтенанте, почти забытых в наше время, новый детектив Анны и Сергея Литвиновых Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать…» и многое другое.



Виджет Архива Смены