На пути поисков

Юрий Нагибин| опубликовано в номере №795, Июль 1960
  • В закладки
  • Вставить в блог

В Москве, недалеко от станции метро «Аэропорт», в подвальном этаже нового дома находится мастерская молодого скульптора Эрнста Неизвестного. О его творчестве много говорят, много спорят. Это и понятно. Каждый новый талант несет с собой неожиданность, непривычность, беспокойство, волнение. Лишь посредственности сопутствует тишь и гладь. Когда - то Белинский рекомендовал судить художника по тем законам, которые он сам для себя устанавливает. Но это не всегда бывает легко. Эрнст Неизвестный обладает счастливым даром мыслить в искусстве, четко формулировать свои воззрения. «Для меня, - пишет он, - красота в силе, в напряжении. Все живое напряжено и полно, как яблоко. Напряжение может быть грозным - это война; радостным, экстатическим - это юность. Напряжение начинается с идейно - композиционного замысла и находит свое разрешение в форме и поверхности».

В свете этого самим мастером установленного критерия мне и хотелось бы поговорить о его работах. При всем многообразии их можно разделить на четыре цикла: «Люди труда», «Война», «Концлагерь», «Гротески». Сейчас, когда я пишу эти строки, передо мной стоит небольшая бронзовая фигура - «Калека». Крепкое обнаженное мужское тело, обрубленное не прихотью скульптора, а войной, опирается на две могучих руки с кистями, большими, как ступни перетруженных ног. Голова откинута к бугристо - мускулистому плечу. В лице не то что бы страдание, а томление сильного, полного напряженной жизни человеческого существа, беспощадно обкорнанного войной. Прекрасна широкая спина, плечи, грудная клетка, прекрасно и горестно это мужское тело, созданное для труда, борьбы и любви. Скульптура пронизана «грозным напряжением» - это война и одновременно это приговор войне.

Символическая фигура «Земля и атом» не принадлежит прямо к циклу «Война», но она как бы завершает раздумья скульптора о неисчислимых бедствиях, которые несут человечеству кровавые бойни. Это образ земли, влюбленной в своих детей, во всю порожденную ею жизнь, которую она не даст подвергнуть истреблению... Несколько условна фигура женщины. Смело и нежно намеченная линия бедра и колена несет в себе красоту женственности. Суженная верхняя часть туловища и голова, будто под шлемом, принадлежит воительнице.

Я ловлю себя на том, что, думая об этом произведении Э. Неизвестного, вижу его огромным, как монумент. А на деле фигура невелика - меньше метра высотой. Кстати, в памяти почти все работы скульптора - из бронзы ли, гранита, мрамора, чугуна - кажутся куда крупнее их настоящего размера. Если можно так выразиться, Эрнст Неизвестный - скрытый монументалист.

Известная условность «Земли и атома» ни в какой мере не является результатом формальных ухищрений. Напротив, она родилась из идеи, из широких обобщений, из стремления сказать о многом просто, скупо и предельно выразительно. Здоровый рассудок, непосредственная душа не захотят от этого произведения житейского правдоподобия. Ведь это гимн, а не лирическая песня.

Напряжение не всегда должно быть грозным или восторженным, оно может быть и нежным, как, например, в «Мышонке» - скульптуре Неизвестного из цикла «Концлагерь». Несчастный мальчик - заморыш держит в худеньких руках мышь. Нежная клетка его рук наводит на мысль о другой, страшной клетке, которая держит его самого. Образ страдания исполнен щемящей красоты. Форма полна и налита напряжением скорбной нежности, как яблоко соком.

Во всех своих лучших работах: будь то «Женский торс», «Мулатка», «Непокоренный», голова Джордано Бруно или образ Анны Франк, в портретах людей труда - сварщиков, литейщиков, токарей, - Эрнст Неизвестный верен себе и вознагражден удачей. Но есть у Неизвестного ряд вещей, где он отступается от собственного кредо, это «Смерть от взрыва», «Братоубийцы», «Распад». Наиболее характерная из них «Смерть от взрыва». Сплющенное человеческое тело будто нанизано на условные и плоскостно изображенные тяжи взрывного потока. Это бронза, но она производит впечатление картона или окрашенной в смуглый цвет фанеры. И где уж тут полнота формы? Да и по существу неверно передано внешнее и внутреннее состояние человека, попавшего в взрывную струю воздуха. Мне довелось испытать нечто подобное в дни войны. Очень трудно передать то бредово - странное ощущение, которое пронизывает тебя на миг, перед тем, как гаснет сознание. Я бы сказал, что оно не «картонно», не «плоско», а округло, как спираль, воронка или смерч. Но дело не в личных ощущениях. Плоская бронза этой фигуры, а также «Смерти от удушья» и некоторых других работ лишена художественной убедительности. И дурную услугу оказывают молодому скульптору те «доброжелатели», которые пытаются поднять на щит эти слабые, ущербные его работы. Тем более, что они не являются главными и определяющими в творчестве художника.

Хочется указать еще на один творческий принцип скульптора. Он сам точно его формулирует: «Материал не безразличен к идее». Вот почему для каждой работы Э. Неизвестный находит тот материал, который в наибольшей мере соответствует природе изображаемого. Серый гранит для «Земли и атома»; полированный гранит для «Мулатки»; для «Ребенка» - прозрачный, розовый камень оникс, тронутый нежными голубыми прожилками; для «Работяг» - чугун.

Эрнст Неизвестный сам камнетес и литейщик. Он не доверяет чужим рукам завершение своего замысла, воплощенного в глине или гипсе, сам переводит его в камень, мрамор или чугунное литье. Порой он работает прямо в формовочной земле, то есть создает скульптуры как бы наизнанку, с внутренней стороны. Далеко не каждый скульптор обладает столь развитым чувством формы, таким объемным «мышлением рук».

Когда Неизвестный на одном из уральских заводов отлил в чугуне барельефных «Работяг», в цех забежала молоденькая лаборантка и брезгливо сказала: «Фу, как грубо!» «А чего бы вам хотелось?» - спросили ее. «Красивого, мраморного!» «Мрамор - для голубков! - прозвучал веский ответ одного из тех, кто был изображен на барельефе. - А мы - люди железные, мы - люди чугунные!» Литейщик сразу постиг правоту скульптора, и это не удивительно. Но удивительно, что иные профессиональные критики не подымаются выше уровня брезгливой девицы. Одни считают, что чугун оскорбляет, принижает модели, другие вообще отвергают такого рода поиски материала, считая это формализмом. А ведь всем ясно и понятно, что именно в реалистическом искусстве и тема, и форма, и материал должны быть слиты воедино. Точно найденный, «обласканный» руками самого скульптора материал помог Неизвестному добиться в портретах людей труда большой силы обобщения.

Наиболее ценное в многогранном, идущем своими, непроторенными путями творчестве Неизвестного - это дух современности, пронизывающий все его лучшие работы. Эрнст Неизвестный под стать своим любимым героям: токарям, литейщикам, сварщикам. С молотком и зубилом в сильных и чутких руках он смело врубается в пласт современности.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте об уникальном художнике из Арзамаса Александре Васильевиче Ступине, о жизни и творчестве замечательного писателя Фазиля Искандера, о великом «короле вальсов» Иоганне Штраусе, о трагической судьбе гениальной поэтессы Марины Цветаевой, об истории любви  Вивьен Ли и Лоуренса Оливье, новый детектив Андрея Дышева «Час волка» и многое другое.

 

Виджет Архива Смены