Ленин. Октябрь. Молодежь. Часть шестая

Владимир Десятерик| опубликовано в номере №1205, август 1977
  • В закладки
  • Вставить в блог

19 июля Владимир Ильич последний раз в своей жизни приезжает в Петроград для участия в работе II конгресса Коминтерна. Среди встречавших его на Московском вокзале были и представители петроградских комсомольцев. Вот что рассказывает в своих воспоминаниях один из них, в то время являвшийся сотрудником журнала «Юный пролетарий», А. Дорохов: «К нам, группе комсомольцев, подошел Яков Петере, бывший заместитель председателя ВЧК, недавно назначенный начальником Петроградского укрепленного района:

– Идите-ка сюда, за мной.

Не скрою, что было донельзя обидно уходить с праздничного перрона в такой момент. Но дисциплина в те годы была железной... Вместе с еще несколькими военными и штатскими мы быстро прошли на отдаленную платформу, где немногие встречающие поджидали очередной почтовый поезд из Москвы.

...Потом, позднее, я узнал, что ВЧК получила сигналы, что белогвардейские террористы готовят в Петрограде покушение на Ленина. Чтобы не подвергать Владимира Ильича лишней опасности, решено было сделать его приезд в Петроград по возможности незаметным».

19 июля Владимир Ильич подписывает декрет Совета Народных Комиссаров об учреждении Всероссийской чрезвычайной комиссии по ликвидации безграмотности. Декретом определялось, что в состав постоянного совещания при комиссии входит представитель и от ЦК РКСМ.

Между 19 июля – 7 августа вместе с другими участниками II конгресса Коминтерна разделяет общее впечатление от общения с Владимиром Ильичей Лениным и представительница лейбористской молодежной лиги Англии Марджори уьюболд. «Любимый мужчинами, женщинами и большинством детей, – записала представительница английской молодежи, – он обязательно приведет Красную Россию к победе». Об отеческой привязанности В. И. Ленина к детям читаем и в воспоминаниях члена Британской социалистической партии Зельды Каган-Коутс: «С особенной любовью он относился к детям. Даже самые застенчивые из них чувствовали себя с ним спокойно и уверенно. Играя с ними, он отдавался игре с не меньшим энтузиазмом и энергией, чем сами дети... Вид оборванного, голодного ребенка причинял ему почти физическую боль и вызывал гнев...»

29 июля Владимир Ильич подписывает декрет Совнаркома об учебной профессионально-технической повинности, которым определялось, что на предприятиях, где не организованы фабрично-заводские школы для подростков и учеников, учебная повинность распространяется на лиц с 14-летнего возраста. Для подростков до 18 лет ежедневное число часов занятий на курсах, говорилось в декрете, не должно быть меньше 4 с сокращением для них рабочего времени до 4 часов.

В июле Владимир Ильич беседует с делегаткой Псковской губернии на Всероссийский съезд по борьбе с детской беспризорностью Софьей Нодеевой. Она рассказывает, как еще зимой 1918 года псковские товарищи обратились к архимандриту Ивановского монастыря с просьбой самому показать пример «христианской любви к ближнему» и разрешить в монастырских «святых покоях» разместить изголодавшихся малышей, оставшихся без родителей.

Детская коммуна юных огородников была создана в архимандритских палатах, но сам он, как только в город вновь ворвались белогвардейские каратели из банды Булак-Балаховича, выдает им на расправу воспитателей и педагогов.

– Христиане! – саркастически заметил В. И. Ленин, узнав о ханжеском лицемерии этого служителя церкви.

11 августа Владимир Ильич в дополнение к постановлению от 23 июля подписывает постановление Совета Труда и Обороны о снабжении продовольствием мобилизованных студентов-медиков и медичек.

Летом Владимир Ильич беседует с детьми из окрестных деревень села Горки. «Помню, – рассказывает К. И. Пискунова-Алексеева, – на одной из прогулок в парке я сидела с Надеждой Константиновной и Владимиром Ильичей. Откуда ни возьмись ребятки разного возраста. Примерно от 8 до 12 лет. Надежда Константиновна подозвала их, усадила. Владимир Ильич расспрашивал, откуда они, из какой деревни, посмотрел, кто сколько ягод набрал, похвалил, спросил, не заблудятся ли, найдут ли дорогу к дому. Оба приглашали детей еще раз прийти. Дети доставляли ему большую радость, он по-настоящему любил их».

8 сентября Владимир Ильич беседует в Кремле с секретарем Исполкома КИМа В. Мюнценбергом о перспективах развития международного коммунистического движения молодежи. Этого юношу, прибывшего на II конгресс Коминтерна, Владимир Ильич хорошо знал по периоду своей последней эмиграции в Швейцарии, где тот возглавлял Союз социалистической молодежи этой страны и зарекомендовал себя непримиримым борцом против оппортунизма. Активно и настойчиво работал В. Мюнценберг над сплочением пролетарского юношества в международном масштабе.

В. Мюнценбергу во время заседании конгресса Коминтерна не удалось переговорить с В. И. Лениным, и поэтому 1 сентября он посылает Владимиру Ильичу записку с просьбой принять его:,«...Я не хотел бы возвращаться в Западную Европу, не поговорив с Вами несколько минут о Коммунистическом Интернационале Молодежи и его ближайших задачах в коммунистическом движении». На этой записке сохранилось ленинское поручение секретарю: «Созвонитесь с Деловым Двором. Когда уезжает Мюнценберг?»

В. И. Ленин, вспоминает В. Мюнценберг, «встретил меня словами: «Что делает молодежь?» – и подробно осведомился о всех участниках Циммервальдской левой и швейцарской организации молодежи. Я не знаю ни одного вождя рабочего движения, который бы при таких политических полномочиях всемирной важности и в подобной должности так по-дружески и по-человечески относился бы к товарищам, как Ленин...

Ленин обещал мне. по возможности, всяческую поддержку в организации движения молодежи, которую он всегда рассматривал наряду с партийной работой как самую важную и первоочередную. «Не смущайтесь, что Вас называют «специалистом по молодежи». Без молодежи невозможно создать Коммунистической партии!»

17 сентября Владимир Ильич подписывает декрет Совнаркома о рабочих факультетах. Основной задачей рабфаков, подчеркивалось в этом документе, является «вовлечение пролетарских и крестьянских масс в стены высшей школы». Развитию рабфаковского движения в республике В. И. Ленин придавал чрезвычайно большое значение. Он живо интересовался всеми сторонами жизни и учебы юношей и девушек, смело и дерзновенно отправившихся на штурм современных высот науки и техники. В воспоминаниях Н. К. Крупской приводится весьма показательный эпизод: «Придешь, бывало, к Ильичу... усталый, озабоченный.., молчит. Знала я. что для того, чтобы разговорить его. перебить ему настроение, надо рассказать ему что-нибудь характерное из жизни рабфаковцев...»

17 сентября Владимир Ильич, получив телеграмму из Екатеринбурга, в которой говорилось, что в соответствии с указанием Наркомпрода студенты государственных университетов должны снабжаться продкарточками II категории (в минувшем году они получали I категорию), пишет на ней резолюцию: «Луначарскому и Покровскому для соглашения с Брюхановым или внесения в СНК». В тот же день Н. П. Брюханов отвечал А. В. Луначарскому запиской: «Это какое-то недоразумение: 7-го сентября Наркомпродом дано распоряжение о снабжении студентов по норме красноармейского тылового пайка. Пришлите мне копию этой телеграммы, у меня ее еще не было, я подтвержу красноармейский паек».

Между 22 и 26 сентября Владимир Ильич беседует в Кремле с Кларой Цеткин. «Будущее нашей молодежи меня глубоко волнует. Она – часть революции, – сказал тогда В. И. Ленин. – И если вредные явления буржуазного общества начинают распространяться и на мир революции, как широко разветвляющиеся корни некоторых сорных растений, то лучше выступить против этого заблаговременно...»

– Молодежи особенно нужны жизнерадостность и бодрость. Здоровый спорт – гимнастика, плавание, экскурсии, физические упражнения всякого рода, – разносторонность духовных интересов, учение, разбор, исследование, и все это по возможности совместно! Все это дает молодежи больше, чем вечные доклады и дискуссии по вопросам пола и так называемого «использования жизни». В здоровом теле здоровый дух!

Коснувшись во время этого разговора проблем, связанных с широким образованием и воспитанием народных масс, Владимир Ильич особый акцент сделал на следующем.

– Каковы же наши перспективы на будущее? Мы создали великолепные учреждения и провели действительно хорошие мероприятия с той целью, чтобы пролетарская и крестьянская молодежь могла учиться, штудировать и усваивать культуру. Но и тут встает перед нами тот же мучительный вопрос: что значит все это для такого большого населения, как наше? Еще хуже того: у нас далеко нет достаточного количества детских садов, приютов и начальных школ. Миллионы детей подрастают без воспитания и образования. Они остаются такими же невежественными и некультурными, как их отцы и деды. Сколько талантов гибнет из-за этого, сколько стремлений к свету подавлено! Это ужасное преступление с точки зрения счастья подрастающего поколения, равносильное расхищению богатств Советского государства, которое должно превратиться в коммунистическое общество. в этом кроется грозная опасность».

26 – 27 сентября Владимир Ильич участвует в работе III сессии ВЦИК 7-го созыва. Слушает обширный, первый за время с октября 1917 года, отчет А. В. Луначарского о работе Наркомпроса, содоклады и выступления по этому вопросу. А. В. Луначарский, в частности, докладывал, что, несмотря на огромные трудности, в стране удалось напечатать шесть миллионов букварей. В кратком конспекте Владимир Ильич обращает внимание на то обстоятельство, что по сравнению с 1911 годом число школ почти не выросло. В 1911 году было 55346 школ, которые «могли обнять 3'/2 млн.», в 1919 – 73859, а в 1920 году – «до 88 тыс. (60 – 65% детей этого возраста) могут обнять 5'/3 млн. детей».

Лаконично передается в записях положение дел с развитием в республике детских садов и домов.

«В дошкольном деле, – пишет Владимир Ильич, – ничего не было». В скобках добавляет: «Кроме единиц для богатых». За этой записью следует: «В Советской России 3.623 детских сада (открываем около 1000 в год)».

Чуть ниже помещены данные о детских домах:

«2000 детских домов с 200.000 детей.

Всего до 7, млн. детей...

(из 8 млн.)».

Среди этих записей есть две строчки, которые особенно красноречиво передают глубокую тревогу Владимира Ильича в связи с тем, что имеющимися государственными заведениями охватывается все еще очень незначительное число детей и подростков. В дошкольных заведениях, отмечает В. И. Ленин, «...детей 2%... всего числа детей этого возраста».

Но совсем уже удручающе звучит последняя запись в этом разделе: «32.000 детей в колониях под Москвой этот год».

В другом месте конспекта читаем также: «Стон и вопль» насчет обуви, одежи, перьев, карандашей, бумаги и проч.».

Среди дальнейших пометок встречается также: «О высшей школе и рабочих факультетах».

29 сентября Владимир Ильич участвует в заседании Пленума ЦК партии, обсуждавшего вопрос о предстоящем съезде РКСМ, об образовании партийной фракции на съезде.

1 октября В. И. Ленин в беседе с председателем Иваново-Вознесенского губисполкома Г. К. Королевым подробно расспрашивал о жизни детей края. «Интересный вопрос был задан: «А как вы кормите детей и в каких условиях они находятся?» – рассказывал Г. К. Королев в газете «Рабочий край». – Без прикрас я сообщил, что детям, как и взрослым, живется плохо. Местные организации, хотя и принимают к улучшению многое, но этого мало». Вскоре Совет Труда и Обороны с участием В. И. Ленина рассмотрел насущные нужды иванововознесенцев и принял специальное постановление.

1 или 2 октября Владимир Ильич принимает делегацию III съезда РКСМ, приглашающую его выступить на съезде, заслушивает информацию представителя ЦК РКСМ Л. Шацкина о положении в Союзе молодежи и дает согласие выступить с речью на съезде.

2 октября в речи на съезде рабочих и служащих кожевенного производства Владимир Ильич приводит яркий пример того, как буржуазия играет на не опытности молодежи, силой и неправдой втягивая ее в контрреволюционный водоворот. Он рассказывает о выступлении на закончившейся незадолго перед этим IX Всероссийской конференции РКП (б) представителя крупного профсоюзного объединения Польши, варшавского рабочего, которому удалось про браться в Советскую Россию через полосу фронта. Вот его рассказ в изложении В. И. Ленина: «Польская армия, состоявшая раньше из молодежи (туда брались первопризывники, мальчики), теперь выбита. Теперь мобилизовали до 35-ти лет: теперь там взрослые люди, которые проделали империалистскую войну, и эта армия далеко не так надеж на для польских помещиков и капиталистов, как армия, состоящая из молодежи».

2 октября Владимир Ильич выступает с исторической речью «Задачи союзов молодежи» на открытии III Всероссийского съезда РКСМ в помещении Коммунистического университета имени Я. М. Свердлова (ныне театр имени Ленинского комсомола). Эта речь стала программным партийным документом для всех поколений комсомольцев, боевым манифестом борьбы всей прогрессивной молодежи мира.

С первой до последней фразы ленинскую речь пронизывает глубокая вера в революционные силы и способности поколений, идущих на смену старой гвардии борцов. Сидящим в зале посланцам комсомолии двадцатых годов, а в их лице и всей юности Республики Советов Владимир Ильич говорит об их исторической ответственности за судьбы революции, за завершение начатых отцами и старшими братьями коренных социально-экономических преобразований на родной земле, за переустройство всего общественного уклада на коммунистических началах.

Рисуя перед молодежью захватывающие перспективы предстоящих дел и свершений, он в то же время подробно останавливается в своей речи на характеристике практических задач, которые предстояло решать комсомольцам, говорит об участии юношей и девушек в возрождении промышленности, сельского хозяйства, реорганизации их на современной технической основе; о строительстве новой сознательной дисциплины труда; о создании духовных предпосылок коммунистического общества; о необходимости овладения культурным наследием прошлого.

Учиться коммунизму – вот главный наказ, который адресует В. И. Ленин комсомольцам, всему молодому поколению. «Перед вами задача строительства, – обращался он к делегатам комсомольского съезда, – и вы ее можете решить, только овладев всем современным знанием, умея превратить коммунизм из готовых заученных формул, советов, рецептов, предписаний, программ в то живое, что объединяет вашу непосредственную работу, превратить коммунизм в руководство для вашей практической работы». Он предостерегает против школярского подхода к пониманию задачи – обучения коммунистической науке. Стать настоящим коммунистом можно только в труде вместе с рабочими и крестьянами, будучи активным участником коммунистического строительства. Каждый, кто связал свою судьбу с комсомолом, подчеркивал Владимир Ильич, обязан твердо помнить и заботиться о том, чтобы его действия, поступки всегда были примером для широкой молодежной массы.

После выступления Владимир Ильич ответил на многочисленные записки делегатов. Касаясь вопроса о взаимоотношениях комсомола и РКП (б), он подчеркнул, что РКСМ должен работать под руководством партии, руководствоваться «общими директивами Коммунистической партии, если действительно хочет быть коммунистическим».

Видный деятель Коммунистической партии Е. М. Ярославский писал: «Мне вспоминается Ленин на съезде Коммунистического Союза молодежи, где он говорил серьезным тоном с подростками, с юношами так, как говорят только со взрослыми. У Ленина не было и тени того высокомерия старого работника, который смотрит сверху вниз на молодежь. Он видел в молодежи настоящих борцов и в решительные моменты, как в Октябрьские дни, на молодежь возлагал ответственнейшие задачи. Ленин никогда не отделял молодежь, в особенности рабочую молодежь, от всей остальной рабочей массы. Он считал только, что по отношению к молодежи необходимы особые способы работы и что эти способы работы среди молодежи надо тщательно вырабатывать, тщательно проверять. Лучше, если эта работа будет проделана самой молодежью...»

7 октября Владимир Ильич подписывает декрет Совнаркома о «Неделе ребенка». «Неделя» организовывалась с целью пропаганды и помощи нуждающимся детям советских республик с 7 по 14 ноября. Местным исполкомам рекомендовалось организовать особые комитеты для сбора добровольных пожертвований населения нуждающимся детям. К трудящимся обращался призыв передавать в эти комитеты все, относящееся «...к питанию детей и снабжению их предметами первой необходимости».

9 октября Владимир Ильич участвует в заседании Политбюро ЦК партии, где обсуждается вопрос о составе ЦК РКСМ.

14 октября Владимир Ильич посылает письмо заместителю наркома просвещения М. Н. Покровскому: «Прошу предоставить стипендию студентке медицинского факультета Нине Алексеевне Преображенской ».

14 октября Владимир Ильич беседует с учителями-коммунистами – заведующими рабфаками в Москве, Нижнем Новгороде, Минске, Харькове и Перми. «Владимир Ильич, – вспоминает участник этой беседы С. Г. Дурасов, – стал расспрашивать, хочет ли молодежь учиться. Мы ответили: не хватает мест, чтобы принять всех желающих молодых

рабочих. Этому сообщению Владимир Ильич обрадовался... Я спросил, какие новые учебники нужны для рабфаков. Ленин указал на готовящиеся книги по электрификации, по добыче торфа гидротехническим способом; эти книги должны быть в каждой библиотеке».

19 октября Владимир Ильич подписывает постановление Совета Труда и Обороны об откомандировании в учебные заведения студентов-техников, служащих в военной промышленности.

18 или 20 октября Владимир Ильич посещает А. М. Горького. Именно тогда они вместе слушали бетховенскую сонату «Арраззгопатв»...

Разговор между В. И. Лениным и А. М. Горьким зашел, как свидетельствует Е. П. Пешкова, о литературе. А. М. Горький «горячо настаивал на необходимости поддержать начинающих писателей из народа и писателей разных народностей...» Владимир Ильич, несомненно, разделял обеспокоенность своего собеседника. В. Д. Бонч-Бруевич в своих воспоминаниях рассказывал о ленинском интересе к творческому росту молодых дарований. «Он неустанно следил за всей комсомольской повседневной прессой, – писал В. Д. Бонч-Бруевич, – за всеми установками молодежной организации, за книгами и брошюрами, издававшимися этой организацией, и особенно тщательно – за произведениями новых молодых писателей из комсомольской среды, отмечая всех наиболее талантливых, читая их книжечки с карандашом в руках».

А. М. Горький в своих воспоминаниях передает такой диалог, состоявшийся у него с Владимиром Ильичем:

– ...А вы не находите, что стихов пишут очень много? И в журналах целые страницы стихов, и сборники выходят почти каждый день.

Я сказал, что тяготение молодежи к песне – естественно в такие дни и что – на мой взгляд – посредственные стихи легче писать чем хорошую прозу, и времени требуют стихи – меньше; к тому же у нас очень много хороших учителей по технике стихосложения.

– Ну, что стихи легче прозы – я не верю! Не могу представить. С меня хоть кожу сдерите – двух строчек не напишу, – сказал он и нахмурился. – В массу надобно двинуть всю старую революционную литературу, сколько ее есть и у нас, и в Европе.

21 октября Владимир Ильич в записке заместителю народного комиссара продовольствия Н. П. Брюханову сообщает о встречах со ставропольскими крестьянами, доставившими в столицу хлеб для детей. «Ставропольские крестьяне (привезшие хлеб детям) жалуются, – пишет он, – что не дают из кооперативов колесную мазь (есть на складе), спички и другие товары.

Селедку погноили, а не дали».

Он просит принять срочные меры, чтобы экстренно удовлетворить запросы ставропольчан.

Из телеграммы Народного комиссариата продовольствия Ставропольскому губисполкому, отправленной 8 ноября 1920 года, известно, как были распределены продукты, привезенные из Ставрополя. «Подтверждаем получение-19 вагонов продовольствия на имя предсовнаркома Ленина, распределенных Наркомпродом: 14 – голодающим детям Москвы, 5 – рабочим Иваново-Вознесенска», – сообщалось в телеграмме.

29 октября Владимир Ильич председательствует на заседании Совета Труда и Обороны, где принимается постановление о снабжении теплой одеждой и обувью инструкторов по ликвидации безграмотности.

29 октября Владимир Ильич направляет А. В. Луначарскому на отзыв материалы готовящегося партийного совещания по вопросам народного образования. В них говорилось, что задачей совещания является установление основных точек зрения по следующим проблемам: социальное воспитание детей; социалистическое просвещение юношества; рабочие факультеты и их место в общей системе просвещения и другие. В числе участников совещания назывались и представители ЦК комсомола. Совещание проходило в Москве с 31 декабря 1920 года по 4 января 1921 года. Однако из-за слабой подготовленности оно не только не выработало необходимых рекомендаций, но приняло расплывчатые постановления, которые были подвергнуты справедливой критике. В. И. Ленин, ознакомившись с материалами совещания и критическими замечаниями в его адрес, поставил вопрос в ЦК РКП (б) о приостановке выполнения решений совещания, касающихся, в частности, реорганизации Наркомпроса.

Ранее 3 ноября Владимир Ильич знакомится с проектом декрета о централизации библиотечного дела, который был написан Н. К. Крупской. В. И. Лениным вносятся поправки и дополнения. Так, к примеру, рядом со следующим положением проекта декрета: «...при основных библиотеках открывать детские отделения и во всяком случае детские отделы. Особые передвижки из детских книг могут обслуживать школы, детские дома и пр.», Владимир Ильич помечает: «Должны быть открываемы, должны». Декрет обсуждался на заседании Совнаркома 3 ноября 1920 года.

11 ноября Владимир Ильич подписывает декрет Совнаркома о приеме на экономический факультет Института народного хозяйства имени Карла Маркса.

12 ноября Владимир Ильич подписывает декрет Совнаркома об учреждении Главного политико-просветительного комитета республики (Главполитпросвета), где специально оговаривается, что на основаниях и в пределах существующих соглашений в круг ведения Главполитпросвета входят и «политико-воспитательные организации ЦКСМ» (Центрального Комитета Союза Молодежи.)

12 ноября к Владимиру Ильичу обращается со следующим предложением нарком по просвещению А. В. Луначарский, возглавлявший в то время Совет защиты детей. «...Я посылаю Вам, – пишет Анатолий Васильевич, – объяснительную записку и проект декрета о создании Совета защиты детей под Вашим председательством. Вы не пугайтесь сразу, так как количество работы, которое ляжет при этом на вас, абсолютно ничтожно. Дело заключается главным образом в том, чтобы придать Совзадету ту же степень компетентности и авторитетности, какая придана ему на Украине... Сейчас для меня стало совершенно очевидным, что охранить сколько-нибудь интересы подрастающего поколения мы можем только путем чрезвычайно энергичного давления на провинциальные органы...»

Это предложение было вызвано тем, что Совет защиты детей испытывал в своей работе немало затруднений из-за ведомственного подхода некоторых работников и учреждений к решению тех или иных вопросов оказания помощи несовершеннолетним. После рассмотрения предложенной А. В. Луначарским реорганизации Совета защиты детей 27 января 1921 года была создана Комиссия при ВЦИК по улучшению жизни детей во главе с председателем ВЧК Ф. Э. Дзержинским. Этому межведомственному органу вменялось в обязанность объединять деятельность различных организаций по оказанию помощи детям и осуществлять высший надзор за различными органами власти по вопросам охраны прав детей. Аналогичные комиссии были образованы и на местах.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Виджет Архива Смены

в этом номере

Сила воображения

Фантастическая повесть