К полюсу

М Дьяконов| опубликовано в номере №292, Апрель 1937
  • В закладки
  • Вставить в блог

Двадцать восемь лет назад весь мир облетела весть о том, что американский полярный исследователь Роберт Пири достиг Северного полюса. Пири направился к полюсу от мыса Колумбия, по северному берегу так называемой Земли Гранта. Достигнув цели, он водрузил среди льдов американский флаг и пошел в обратный путь. Позднейшая проверка вычислений и наблюдений Пири показала, однако, что на самом полюсе, то есть на той точке земной поверхности, где сходятся все меридианы, Пири не был.

Северный полюс начал притягивать к себе отважных и решительных людей лишь в последней четверти прошлого века. До этого времени у мореплавателей всех наций были, с их точки зрения, более интересные и сулящие большие выгоды цели: поиски северо-восточного или северо-западного морских путей из Атлантического океана в Тихий. Начались эти поиски уже давно - еще в середине XVI столетия, когда в Европе после открытий Колумба и Каско да Гама пробудился сильнейший интерес к новым географическим исследованиям, в первую очередь к поискам кратчайшего и безопасного пути к несметным богатствам Индии.

И эти поиски, предпринятые путешественниками южных государств, расположенных под синими небесами, согреваемых жгучими лучами солнца, ведутся на севере, среди льдов и густых полярных туманов, под угрюмым и холодным небом. Объясняется это тем, что еще в 1493 году весь известный тогда мир был разделен на сферы влияния Испании и Португалии: испанские корабли могли плавать только на запад от условной пограничной линии, проведенной к западу от Азорских островов, а португальские - только на восток от нее. Римский папа, инициатор этого раздела, предполагал устранить всякое соперничество между двумя сильнейшими морскими державами того времени: если корабли поплывут в разные стороны, то они, конечно, никогда не встретятся. Но они встретились, и римскому папе, не желавшему согласиться с тем, что земля кругла, не удалось предотвратить вооруженного столкновения соперников.

Более слабые морские державы той эпохи: Англия, Голландия, Франция - были оттерты в бешеной погоне за богатствами Нового света, устранены от участия в разделе добычи. Но уступить без сопротивления ни Англия, ни Голландия не хотели, и вот вскоре начались поиски северных морских путей, более коротких и, как тогда казалось, более безопасных; географы XVI века доказывали, что около Северного полюса льдов нет, климат там теплый, и корабли, идя от берегов Европы в Китай, в Японию, в Индию через полюс, потратят на свое плавание всего несколько недель.

Действительность показала, что это не так: прошло свыше 300 лет считая от плавания английских кораблей Виллоуби в 1553 году, пока европейским кораблям удалось пройти северо-восточным путем (Норденшельд на «Веге» в 1878-1879 годах) и 350 лет – северо-западным (Руал Амундсен на «Йоа» в 1903- 1906 годах).

Наряду с исследовательской деятельностью полярных путешественников развивались морской зверобойный и китобойный промыслы. Мало-помалу кит и тюлень становились редкими посетителями вод Северной Европы. А быстро развивавшаяся европейская промышленность требовала все больше и больше продуктов морских промыслов. Поэтому пришлось искать новых областей охоты. Киты и тюлени уходили от промышленников, промышленники шли следом за ними - к берегам Шпицбергена, к Гренландии. Области промысла постепенно передвигались на север и северо-запад или северо-восток.

Для собственной выгоды, ради большей безопасности плавания в далеких и суровых арктических водах шкипера промысловых судов стали усердно изучать состояние льдов, направление и силу полярных морских течений, температуру воздуха и воды, колебания барометра. И так, вслед за моряком-зверобоем, в полярные области проникло научное исследование.

В 1806 году - сто тридцать один год назад - английский китобой Скорсби во время одного из своих многочисленных плаваний у берегов Шпицбергена дошел до 81°30' северной широты. До Северного полюса оставалось только восемь с половиной градусов, или 510 миль, то есть всего 945 километров. Но одолеть эти 945 километров ни Скорсби, ни его товарищи не смогли.

Девятнадцатое столетие так и кануло в вечность, не разрешив проблемы открытия Северного полюса, но проделав огромную подготовительную работу. Уже в последние годы этого века исследователи начали все ближе и ближе подходить к полюсу. Между 1887 и 1898 годами неутомимому Пири удается пройти до 85°51'. Но, не останавливаясь на этом, он предпринимает все новые и новые попытки. В 1895 году величайший полярный исследователь мира, норвежец Фритьоф Нансен, оставляет затертый плавучими льдами и медленно дрейфующий с ними на запад свой корабль «Фрам» и отправляется в санный поход к полюсу всего лишь с одним спутником. Труднопроходимые льды создают препятствия на каждом шагу, и Нансен доходит только до 86° 14' к северо-востоку от Земли Франца-Иосифа, а затем поворачивает к берегам этой земли. Этот небывалый в истории человечества «ледяной поход» продолжался в общей сложности пятнадцать месяцев и закончился вполне благополучно.

«Фрам», продолжая дрейфовать вместе со льдами, во время своего «преднамеренно-вынужденного» плавания достиг 15 ноября 1895 года 85°55,5' северной широты. Этот рекорд до сих пор остается непревзойденным ни одним кораблем ни в свободном плавании, ни при вынужденном дрейфе со льдами. Мировой рекорд свободного плавания судна в Арктике поставлен в 1935 году советской экспедицией Г. А. Ушакова, достигшей на «Садко» 82°41' северной широты.

В 1900 году итальянец Каны, участник экспедиции герцога Абруццкого, выйдя к полюсу из бухты Теплиц, около острова Рудольфа (Земля Франца-Иосифа), дошел до 86°34' северной широты, побив на двадцать миль рекорд Нансена, продержавшийся пять лет. Через два года Пири проникает на север до 84° 17' северной широты, в 1906 году - до 87°6' северной широты и, наконец, в 1909 году почти достигает полюса.

За год перед тем, 21 апреля 1908 года, до полюса якобы уже доходила американская же экспедиция Ф. Кука. Известия о блестящем успехе обеих экспедиций доходят до Европы и Америки осенью 1909 года почти одновременно. Оба конкурента оспаривают друг у друга честь открытия полюса. Первенство остается за Пири, так как проверка вычислений и наблюдений Кука показала, что многие записи в дневниках его сфабрикованы, а фотографии сняты за сотни километров от Северного полюса - вблизи экспедиционной базы Кука.

В 1912-1914 годах к Северному полюсу отправляется первая русская научно-исследовательская экспедиция на судне «Святой Фока» под начальством Г. Я. Седова. В экспедиции этой, между прочим, принимают участие молодой ученый В. Ю. Визе, ныне заместитель директора Всесоюзного арктического института (только что отпраздновавший 25-летний юбилей своей научно-исследовательской деятельности в Арктике), и художник Н. В. Пинегин, впоследствии видный полярный путешественник и талантливый писатель.

Теперь, в 1937 году, когда северным морским путем регулярно проходят в обе стороны - на запад и на восток - советские пароходы с разнообразными грузами, когда переход от Мурманска или Архангельска до советских полярных станций на Земле Франца-Иосифа занимает всего несколько суток, теперь нам странно писать, что 25 лет назад экспедиция Седова затратила целый год, чтобы добраться до берегов Земли Франца-Иосифа и должна была зазимовать у Новой Земли. Только через 13 месяцев после отплытия из Архангельска «Святой Фока» достиг южной оконечности Земли Франца-Иосифа и остался на вторую зимовку в бухте Тихой, где в настоящее время работает самая северная в мире геофизическая обсерватория, принадлежащая СССР. Эта зимовка прошла в очень тяжелых условиях: часть зимовщиков, в том числе и сам Седов, заболела цынгой. Но несмотря на мучившую его болезнь и уговоры товарищей Седов вышел 15 февраля 1914 года с двумя спутниками в санный поход к Северному полюсу и погиб около острова Рудольфа...

Империалистическая война надолго прервала, всякую научно-исследовательскую деятельность в полярных странах. Поэтому следующая экспедиция к Северному полюсу отправляется только в 1925 году. Но теперь это уже воздушная экспедиция.

Мысль об исследовании Арктики и Антарктики с воздуха зародилась еще в уме Норденшельда, однако он и не помышлял о свободных полетах воздушных шаров в полярных областях. Никаких же иных средств передвижения по воздуху мир тогда еще не знал. Норденшельд думал использовать привязные шары для подъема наблюдателей у кромки полярных льдов. Эти полеты, вернее, подъемы на воздух, облегчали бы работу разведочных партий, но не больше.

Своей мыслью Норденшельд поделился со шведским инженером С. Андрэ, участником одной полярной экспедиции и страстным воздухоплавателем-любителем. Андрэ решил совершить полярный или даже трансполярный перелет в Арктике, то есть не только долететь до Северного полюса, но и перелететь через него. Собраны были необходимые средства, и в 1896 году Андрэ приступил к осуществлению своего плана, но из-за позднего времени года и плохой погоды полет пришлось отложить. Однако в июле 1897 года Андрэ и два его спутника предприняли свою рискованнейшую экспедицию: их шар «Орел» благополучно покинул место старта у северо-западных берегов Шпицбергена и, уносимый могучим воздушным течением, вскоре скрылся в туманной дымке на горизонте...

Смелые воздухоплаватели исчезли бет вести... И только через 33 года, в августе 1930 года, норвежская полярная научно-промысловая экспедиция доктора Г. Корна, случайно высадившаяся на берег пустынного острова Белого, лежащего у юго-восточного угла Шпицбергена, нашла трупы людей, около которых лежали разные предметы снаряжения, части одежды и т. д. То были трупы Андрэ и его спутников...

В одежде, прикрывавшей труп Андрэ, были обнаружены отлично сохранившиеся дневники, и по ним восстановлена вся картина хода экспедиции и гибели ее. Оказалось, что шар вскоре после своего отлета начал покрываться инеем и льдом, отяжелел и потерял свои летные качества. Экспедиция вынуждена была произвести посадку на лед приблизительно в 300 километрах от берегов Шпицбергена, а затем пыталась спастись, выйдя на берега Земли Франца-Иосифа или Шпицбергена. Но лед находился в постоянном движении: его относило ветрами и течением в разные стороны; после многонедельного блуждания по труднопроходимым льдам Андрэ и его спутникам удалось только выйти на берег острова Белого. Здесь все трое вскоре погибли.

План Андрэ, как он ни был безумно дерзок и опасен, увлек еще одного исследователя, американца Уэлмэна, который десять лет спустя предпринял ряд попыток совершить полет к Северному полюсу на «управляемом» воздушном шаре несколько усовершенствованного типа. Между прочим, среди спутников Уэлмэна был Н. Е. Попов, один из первых русских авиаторов. Из попыток Уэлмэна ничего не вышло еще при старте со Шпицбергена.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте  о российском  императоре Михаиле II, сутки носящем этот титул после отречения своего брата Николая II-го, документальную повесть-воспоминание о великом художнике Илье Глазунове, о жизни и творчестве Константина Бальмонта, о гениальном Гекторе Берлиозе, о великом русском педагоге и актере Михаиле Чехове, окончание детектива Андрея Дышева «Одноклассники» и многое другое.



Виджет Архива Смены