Исключительный случай

Януш Осенка| опубликовано в номере №966, Август 1967
  • В закладки
  • Вставить в блог

Иду однажды по улице, как вдруг вижу: около какого-то магазина огромная толпа волнуется, люди толкаются, давят друг друга, одно стекло уже вылетело, милиция едва управляется.

- Что тут продают? - спрашиваю кого-то.

- Редкий случай, - объясняет тот, взволнованно дыша. - Дают польские подтяжки.

- Подтяжки? - удивился я. - И вдобавок еще польские? Есть из-за чего давиться?!

- Правильно, - заявляет этот гражданин, - но эти подтяжки экспортные. Отвергнутые заграничной фирмой из-за маленького дефекта. Вот совсем крошечное пятнышко на этих подтяжках.

- Искренне вас благодарю! - выкрикнул я и бросился в толпу. Начал работать локтями, давить, лягать, укусил кого-то в шею. «Что мне там пятнышко! - рассуждал я. - Зато буду иметь экспортные подтяжки... Чего они там привередничают за границей! Пятнышко! Может, это и хорошо, что они такие привередливые. Благодаря таким капризам я могу купить подтяжки, предназначенные на экспорт!» Едва дыша, в порванной одежде, без пуговиц, я покинул магазин с подтяжками в руке. Когда, крепко держа их, я был наконец уверен, что стал их обладателем, у меня мелькнула мысль, что подтяжки теперь не носят, а носят ремень. Но я быстро отругал себя за такие глупые мысли. Может, мне повезет, и я достану ремень, снятый с экспорта! Не прошел я и тысячи метров с подтяжками в кармане, как тут опять шум возле какого-то магазина, крики, стоны, толпа бурлит, милиция. Я не верил собственному счастью! Ни больше ни меньше - дают туфли, наши туфли, но снятые с экспорта!

- А почему их сняли? - поинтересовался я v продавщицы, когда мне удалось ворваться г. магазин.

- Жмут иностранцам в подъеме, - отрезала та. Я добродушно рассмеялся над этими заграничными капризами.

- Жмут?? Ну и что из этого? Но ходить-то можно! Так привередничать! Однако сразу подумал: «Эти иностранные капризы мне как раз на руку: имею экспортные туфли! Пусть привередничают! Стоит им еще сунуть взятку, чтобы больше привередничали!» В ресторане я все-таки тихонько снял под столом туфли: они действительно ужасно жали. «Мелочь, - подумал я, - как-никак все-таки сняты с экспорта. Исключительный случай...» Заказал ветчину. Когда официант принес ее, я почувствовал какой-то странный запах.

- Как-то скверно пахнет эта ветчина, - поделился я с официантом своим наблюдением.

- Эта же ветчина идет на экспорт! - возмутился он.

- И снята с экспорта из-за этого запаха? - догадался я.

- Вот именно, - подтвердил он мое предположение. «Что там запах, - старался я убедить себя. - Обычные капризы. Никого насильно не заставляют нюхать!» Боли в желудке начались в кино. Показывали польский фильм, отвергнутый за границей из-за такого пустяка, что просто смешно: он показался им как будто чересчур скучным! Чересчур скучным! Разве скука в зрительном зале считается недостатком? В течение часа я повторял себе, что смотрю экспортный фильм, однако в конце не выдержал. Может, впрочем, я бы и выдержал, но не мог спать из-за нестерпимой боли в животе после этой ветчины. У меня даже мелькнула мысль, что имеет смысл давать взятки представителям заграничных фирм, чтобы они все брали, невзирая на недостатки. Из кинотеатра я вышел босиком, забыв туфли под креслом. Я и не стал их искать. Потом описал все это в рассказе и отнес его в редакцию.

- У меня есть рассказ. - сообщил я. - Написан специально для заграницы. Отвергнут «Таймс», а также «Литературной газетой» из-за маленьких недостатков. Редактор раскрыл объятия и с радостью бросился мне навстречу:

- Давайте скорей!

Перевел с польского В. Шилинговский

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 7-м номере читайте о том, чем обязана «высокая мода» российским эмигрантам «первой волны», о жизни и творчестве актера Павла Луспекаева,  о героине одной из  самых романтических историй XX века, о женщине из-за любви к которой король отрекся от английского престола, о «жемчужине в ожерелье Крыма»  - Новом Свете, о свободолюбивым романтике, зорком реалисте, нашем прославленном писателе Максиме Горьком, и о многом другом.



Виджет Архива Смены