Где зимует весна

Леонид Жуховицкий| опубликовано в номере №1220, март 1978
  • В закладки
  • Вставить в блог

Вдоль моря вытянулся совхоз – не очень большой, всего 80 га, но производит товарной продукции почти на миллион рублей в год, и половина этих рублей идет в чистый доход совхоза.

Хожу по территории, смотрю продукцию.

Вот метров на двести тянется гряда, зелено-красно-желтая. Тут все понятно – розы.

А как зовут эту ковровую дорожку, цвета и оттенки которой перечислить при всем желании не могу? Оказывается, кольцелярия гибридная. Имя скучное, отдает аптекой – но до чего же хорош цветок!

Дальше опять знакомое: георгины, гвоздика, петунья. Набирают силу флоксы. А через дорожку – родственники лука репчатого: гиацинты, нарциссы, тюльпаны, гладиолусы. Два миллиона цветочных луковиц в год отправляет совхоз по разным адресам – от Амстердама до Улан-Батора, от Калининграда до Магадана.

Еще совхоз производит семена. Тут счет идет не на тонны. Семьсот килограммов за год – только и всего. Ослик довезет, если тележка как следует смазана.

А красивая кольцелярия дает в год всего два килограмма семян. Стоит ли упоминать? Стоит. Ибо цена каждого килограмма – шесть тысяч рублей.

Дорожки посыпаны песком, вдоль дорожек – сирень, сирень...

– А эта, махровая, куда идет? Директор совхоза Ханали Багиров мотает головой:

– Это так, озеленение территории. Для себя...

Цветов, как и счастья, никогда не бывает слишком много.

Центральная библиотека Ленкорани носит имя Сабира.

Он родился не здесь, умер не здесь, и формально его жизнь почти не связана с Ленкоранью. Но имя библиотеке дал не случай – дала читательская любовь и справедливость, к сожалению, посмертная.

В богатейшую историю азербайджанской словесности поэзия Сабира вошла строчкой огненной, жизнь Сабира – строчкой пепельной. Талант народа, трагедия народа, оптимизм народа сплелись и сплавились в его горькой и славной биографии.

Кажется, эпоха сделала все от нее зависящее, чтобы мальчик из Шемахи по имени Мирза Алекпер Таирзаде вырос тихим, покорным, из рядовых рядовым. Большая бедная семья отца, традиционное мусульманское воспитание, тупой и жестокий молла, собственная семья – тоже большая и тоже бедствующая, наконец, опасная и тягостная болезнь...

Но поразительно, с каким упорством молодой, а потом и не слишком молодой шемахинец тянулся к любому источнику мысли и света, пока сам не стал источником света, едва ли не самым ярким в азербайджанской поэзии двадцатого века.

Сабир-сатирик начал печататься в сорок три года – возраст, когда большинство стихотворцев уже опускает перо. Жить ему оставалось пять лет. Для бессмертия этого оказалось достаточно.

Все-таки талант – загадочная вещь. Немолодой, болезненный, измученный нищетой и порядком уставший от жизни человек – и вдруг такой всплеск великолепной, слепяще-едкой, снайперски точной иронии! Стихи нового сатирика по форме были сложны и совершенны, богаты звукописью, пронизаны внутренними рифмами. Ханжи, фанатики, торгаши, сластолюбцы и властолюбцы не успевали увертываться от богатырских пощечин Сабира. Восток традиционно славен остроумием, но такое было редкостью и на Востоке...

Революция 1905 года шла на убыль, а революционная поэзия Сабира шла на подъем. Грамотные и неграмотные хохотали над его стихами, заучивали наизусть. Росло число почитателей, еще быстрее увеличивалось количество врагов.

Стихи стихами, но и жить было надо. Дети хотели есть каждый день.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о Леонардо да Винчи XX века» Александре Леонидовиче Чижевском, о жизни и творчестве Александра Вампилова, беседу с писательницей Викторией Токаревой,  неизвестные факты жизни и творчества Роберта Льюиса Стивенсона, окончание детектива Наталии Солдатовой «Проделки Элен» и многое другое.

 



Виджет Архива Смены