Фонд пенсионного свиноводства

  • В закладки
  • Вставить в блог

История фермера из деревни Зеленцино

«Вот и лето!» Полотно Алексея Куделина. Холст, масло

Герой этой заметки может один заменить целый наукоград. Точнее, сначала построить его, а потом уже всех там заменить. И всякой наноерундой он не занимается. Сидит себе в деревне и тихо возрождает страну. Вам такое и не снилось.

За всю историю своего существования деревня Зеленцино Конаковского района Тверской области переживала эпоху расцвета всего один раз: на рубеже XVIII и XIX веков. Тогда здесь родился филолог, философ-шеллингианец, академик и директор Главного педагогического института в Санкт-Петербурге Иван Давыдов. После этого Зеленцино последовательно разрушалось более двухсот лет и, скорее всего, сгинуло бы, как большинство российских деревень. По счастливой случайности, именно эту деревню выбрал в качестве своей персональной Утопии советский инженер, а ныне — российский фермер Олег Гурковский.

В течение своей пасторальной жизни бывший инженер не только спас от разрушения коровник, но к тому же построил лесопилку, починил главную улицу и проложил дорогу до соседней деревни. Однако так и не встретил понимания. Соседи считают, что москвич просто с жиру бесится.

Ценный сборщик

Гурковский — невысокий, бородатый и смотрит чуть исподлобья, но не хмуро, а с хитринкой, как Ленин. Через год ему исполнится 70, но поверить в это совершенно невозможно. Одет Олег в качественные, хоть и потрепанные, вещи. Меня, например, встретил в хорошей мотоциклетной куртке.

Главное свойство Олега — умение противостоять энтропии. Иными словами, любая рухлядь превращается в его руках в ценные, работающие вещи. Например, в 1975 году инженер Гурковский задумал обставить свою квартиру кухонной мебелью. Но денег на мебель не было, а чтобы смастерить ее самому, Олег решил собирать станок. И собрал. Что то нашел на помойке, что то купил, что то выменял. Балки для каркаса, допустим, самолично привез на автобусе со свалки алюминиевого завода. В результате на свет появился чудовищный, но вполне функциональный инструмент, соединяющий в себе токарный станок, фуганок и циркулярную пилу.

Настоящее раздолье для Гурковского наступило после распада СССР, когда оборудование тысяч заводов, фабрик и колхозов разворовывали, сдавали в металлолом и просто бросали гнить. На развалинах Союза ему удалось собрать огромную мастерскую, где можно самолично изготовить любую необходимую в хозяйстве вещь: от ножа сенокосилки до пневматического цилиндра.

Новый замысел. Фермер Гурковский одержим механизаторскими идеями. Фото: Кирилл Лагутко.

С удовольствием Олег вспоминает историю собственной лесопилки, которую он собрал из эскалатора станции метро «Ленинские горы» и оборудования старой прачечной.

Как то его собственный сын выступал посредником при продаже старой советской прачечной. Новому собственнику не нужны были гигантские стиральные машины и пневматические утюги, а старый собственник вывозить их не хотел. На помощь обоим пришел Олег, который забрал все лишнее к себе в деревню. Из утюгов и машин получились превосходные механизмы для подачи и распиловки бревен, а также компрессоры для прижатия стволов к раме.

А в 1997 году, после того как заброшенный эскалатор станции «Ленинские горы» уже растащили охотники за черными металлами, Олег побывал на месте преступления и извлек из глубин затопленного эскалаторного механизма те детали, которые собиратели металлолома поленились доставать. Теперь бревна въезжают на лесопилку по узким рельсам, по которым когда то двигались ступеньки.

Точно так же, из обломков СССР, Гурковский собирал свою многочисленную сельхозтехнику. Добыл пару списанных тракторов в каком то ПТУ: один починил, другому своими руками сварил экскаваторную стрелу.

Малая земля

Жена фермера живет в Москве, в двухкомнатной хрущевке, однако обещает: «Дом поставишь — приеду». Но какой там дом, если надо и сена накосить, и дорогу построить, и за землю бороться. Так что сруб, который Олег начал было строить на своем участке, так и стоит уже несколько лет недостроенный. А сам фермер живет в бывшем колхозном коровнике. Оборудовал там себе комнату с диваном, столом, плитой, умывальником, двумя компьютерами и радиоприемником, из которого непрерывно звучит «Эхо Москвы».

Из любого экологического поселения Олега выгнали бы с позором. Он пришел не просить милостей у природы, а порабощать ее железом. Причем еще в 90-е годы он вовсе не собирался становиться фермером. Неплохо зарабатывал, будучи начальником отдела в сотовой компании. Но в конце 90-х не сошелся с новым начальством, продал свою часть акций, а на вырученные деньги неожиданно для самого себя купил овец романовской породы. Небольшой участок в Зеленцино Гурковский приобрел еще в 1991 году.

Поросята Гурковского. В них он видит ключ к спасению российской экономики.

Сначала овец было семеро. Плодились они успешно, так что к 2006 году в отаре инженера Гурковского оказалось 96 голов, считая ягнят. Он бы и больше завел, но выяснилось, что не хватает места для выпаса скота. А все попытки арендовать бывшие колхозные поля оказались безуспешными. Дело в том, что деревня Зеленцино, как и несколько других населенных пунктов, оказалась внутри государственного комплекса «Завидово» — того самого заповедника, где с брежневских времен отдыхают и охотятся высшие госчиновники. Заповедник имеет особый статус и охраняется бойцами ФСО. Лесопилку из эскалатора они еще потерпят, а вот аренду земель — уже никак. И хотя районная администрация уже дважды пыталась выделить Олегу участок, глава заповедника так и не дал добро. В качестве последней надежды фермер разослал письма губернатору Тверской области, начальнику ФСО, премьер-министру и президенту, но результатов это пока не принесло.

Без овец

В ожидании ответа от президента и чиновников, обуреваемый кипучей энергией, Гурковский занялся улучшением местных дорог. Сначала чинил грунтовку самодельными экскаватором и бульдозером. Потом приспособил к делу борону, специально купил прицепной к трактору дорожный каток и карьерный скрепер. Чтобы покрыть затраты на технику и топливо, пришлось потихоньку продавать скот. И поскольку Олег — человек увлекающийся и останавливаться на полпути не умеет, в конечном счете он остался с прекрасной грунтовкой, но совсем без овец.

К свиньям!

Теперь фермер ищет способы поправить пошатнувшееся хозяйство. Как человек энергичный, он обдумывает сразу три варианта. Во-первых, все то же дорожное строительство. Во-вторых, лесопилка. Та самая, из утюгов и эскалатора. В свое время запустить ее на полную мощность помешали новые правила рубки леса — теперь в «Завидово» даже сухостой нельзя валить без отдельного разрешения. Недавно инженер написал письмо заместителю губернатора области Сергею Журавлеву с просьбой выделить ему любой участок рядом с лесом, чтобы он, Олег, мог там вести санитарную расчистку. Ответа тоже пока не получил.

Но главная надежда и последнее увлечение Олега — это вьетнамские вислобрюхие свиньи. Я их повидал и остался доволен. Свинки маленькие, черные, смирные, а главное, травоядные. Тем более что вьетнамских можно откармливать именно что на простой траве.

Пока в хозяйстве Гурковского пять взрослых свиней: три матки и два хряка. Подрастают трое поросят. Еще в марте по своей комплекции они больше напоминали голых комнатных собачек, но сейчас приобрели приятную округлость. Да и прибавление скоро: две свиноматки должны родить. Фермер считает, что путем докупки и естественного прироста свиней у него скоро станет не меньше, чем было когда то овец. И все это — на подножном корме. А поскольку вьетнамские свинки относятся к ценным беконным породам, Олег надеется на прибыль.

Работа кипит. Трактор – повседневное средство передвижения тверского фермера.

Приятно еще вот что: все идеи Гурковского всегда выходят за рамки личного обогащения. Он ведь не просто хочет зарабатывать на дорожных работах, а мечтает избавить Россию от одной из двух ее главных бед. Вьетнамские свиньи же призваны справиться со второй бедой: в голове Гурковского созрел грандиозный проект под названием «Кредитный бартерный фонд пенсионного свиноводства». Вот как это будет.

— Ежегодно Россия ввозит свинины на 500 миллионов долларов США, — рассуждает фермер. — Между тем, в стране множество заросших травой бесхозных участков и немало пенсионеров, живущих за чертой бедности. Если дать этим людям возможность разводить травоядных свиней, они смогут пробиться в средний класс. Паскудство ситуации состоит в том, что без стартового капитала начать даже такое малозатратное дело, как разведение свиней, нельзя. Десятинедельного поросенка в Псковской области можно купить за 3—5 тысяч рублей, а в Подмосковье — уже за 6—10 тысяч. Вот я и предлагаю организовать бартерный фонд и давать пенсионерам кредит свиноматками. А как только хозяйство пенсионера достигнет своего максимума, он вернет долг поросятами.

Если получится взять кредит, фермер планирует создать на базе своего хозяйства целую ассоциацию кредитуемых свиноводов. А там и централизованная закупка дополнительных кормов, и единая система сбыта. Начать Олег готов уже этим летом. Для начала ему нужно хотя бы 200 тысяч рублей, а лучше — 2,5 миллиона, чтобы докупить еще немножко необходимой техники. Все кредиты фермер готов отдать уже на будущий год.

Хозяйство Гурковского (фото: Кирилл Лагутко)

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

комментарии

tomas , 01.08.2010 22:26

С начало, в поисках еды, по деревне бродили коровы. Через некоторое время - нестриженые, вонючие овцы. Теперь - чёрные голодные свиньи шарят по деревне, по огородам дачников и местных жителей. Назревает скандал!

Олег Гурковский , 23.11.2010 21:02

Дорогой, tomas ! Если рисовать с натуры, то не нужны карикатуры!! Коров более одной не было, к сожалению, даже в лучшие времена. Толи множественное число померещилось с похмела, толи телёнка не могли от коровы отличить! А уж об аромате овец вспоминайте почаще, когда едете по дороге вымощенной этими овцами, по дороге, которая служит всем, даже тем, кто ни копейки не дал, а рядом ходил, высматривал и придумывал скандалы. Чёрные голодные свиньи пасутся, а не шарят. Если интеллекта хватит, приходите их пасти, может договоримся... А огород по определению должен быть огорожен, а если недоогорожен, то какие вопросы, tomas?

Владимир Иванов , 01.12.2010 10:42

Олег, мы с тобой одногодки , не возражаешь, если сразу на "ты" ? У меня сорок гектаров земли в пожизненное наследуемое владение (Московская область, Серебряно-Прудский район) на границе с Тульской и Рязанской областями. Земля - чернозем. Два года подряд без удобрений снимал по 40 центнеров ячменя с гектара , когда у нас была кооперация фермеров.Давно это было , в 91-92 годах.Все рухнуло, когда пришлось гасить кредит (взятый под 29 процентов) по ставке -213 %. Я погасил. Я брал кредит на покупку ГАЗ-3307. Удалось задействовать машину на коммерческих перевозках и таким образом расплатиться по кредиту. Но, подняться , после этого удара, смогли лишь единицы. Землю удерживаю, исправно плачу налоги, но производственной деятельности на этой земле- никакой..Я думаю, у нас с тобой нашлось бы много общих тем..Хотел бы наладить с тобой контакт. С уважением. Владимир.

В 6-м номере читайте о знаменитом Владимире Гиляровском, о «соловецком эпизоде» в ходе Крымской войны,  об истории создания серии картин Уильяма Хогарта «Выборы в парламент», о судьбе  французского короля королю Людовика XI, нареченного Святым, о малоизвестных фактах из  биографии композитора Алябьева, о жизни и творчестве актера Олега Борисова, новый детектив Андрея Быстрова «Легкокрылый ангел»  и многое  другое...



Виджет Архива Смены

в этом номере

Недосягаемый и одинокий

31 октября 1632 родился Ян ван дер Меер ван Делфт (Ян Вермеер)

«Бафана-Бафана»

В ЮАР едет цирк. Самый восхитительный, дорогой, яркий, волшебный и невероятный цирк в мире. Это Кубок мира по футболу

Гениалиссимус

У Суворова был талант — допекать начальство. Когда он считал приказы сверху глупыми, пренебрегал ими и доводил начатое до конца