Академик Лысенко

И Аграновский| опубликовано в номере №308, Август 1938
  • В закладки
  • Вставить в блог

1. Переделаем наследственность

В декабре 1936 года на сессии Академии сельскохозяйственных наук оратор - один из молодых ученых страны - докладывал о своих опытах над растениями. В речи, неоднократно, прерывавшейся аплодисментами одних и ироническими репликами других, он утверждал, что опыты, проведенные им, окончательно доказывают возможность искусственного влияния человека на наследственность.

Когда в заключительном слове докладчик повторил свой вывод, его главный оппонент - ученый с мировым именем, украшенный медалями не одной иностранной академии, - все же решил переспросить:

- Значит, вы утверждаете, что можете переделать наследственность?

- Да, наследственность, - невозмутимо ответил докладчик.

Это не было пустыми словами. На обширных полях руководимого им Всесоюзного института селекции и генетики в Одессе Трофим Денисович Лысенко доказал, как можно переделывать наследственную природу растений.

2. Замечательный опыт

Все мы знаем деление растений на озимые и яровые. Озимые высеваются осенью, яровые - весною. В сельскохозяйственной науке было общепринято думать, что яровые высеваются весной потому, что они не выдерживают зимнего холода. Озимые же надо высевать с осени потому, что они требуют большего времени для созревания - большего вегетационного периода.

До Одессы Лысенко работал агрономом в Гандже, в Азербайджане. Там нет суровой зимы: похолодание наступает поздно и на короткий период. И все же озимая пшеница, если ее посеять после апреля, не дает в Гандже колоса, хотя времени для ее созревания до заморозков предостаточно.

«Повидимому, дело не в коротком вегетационном периоде, - решил молодой агроном ганджинской опытной станции. - Но почему же озимая пшеница, высеянная в феврале, дает колос, а посеянная в апреле не колосится? Очевидно, ей слишком жарко в апреле. А ведь эта же пшеница, высеянная в марте, дает колос и легко переносит высокую летнюю азербайджанскую жару. Значит, - решил Лысенко, - требования пшеницы к температуре изменяются в зависимости от стадий. На ранней стадии развития, - Лысенко назвал эту стадию «стадией яровизации», - зерно пшеницы требует сравнительно прохладной температуры, причем озимая требует более сильного похолодания чем яровая».

После ряда опытов Лысенко пришел к интереснейшему результату. Если зерну озимой пшеницы дать набухнуть в амбаре и после выдержать его некоторое время при прохладной температуре (от ноля до 5 - 10°), озимая пшеница как бы превращается в яровую. Высеянная в жаркое время, она будет давать колос.

Великий Дарвин разбил поповскую теорию о неизменности видов. Изменчивость, наследственность и естественный отбор привели к тому, говорил Дарвин, что из немногих существовавших ранее видов путем процесса эволюции создалось то огромнейшее многообразие, которое мы видим теперь.

- Пусть так, - говорят современные антидарвинисты, последователи так называемой теории неизменных генов. - Но ведь Дарвин не знал о существовании генов. Эти особые частички содержатся в половых клетках. Каждая из них определяет какое - нибудь качество организма. И вот эти - то гены неизменны. У крысы отрубили хвост, но «ген хвоста» остался в половой клетке, и поэтому изменения, происшедшие под влиянием внешних условий, по наследству не передаются. Генов теперь столько же, сколько существовало при зарождении жизни на земле. При скрещивании могут создаваться только новые комбинации генов. Никакой эволюции организмов нет, так как новые гены не создаются.

С точки зрения этих теоретиков, гены яровой пшеницы отличны от генов озимой. Ранние опыты Лысенко, установившие зависимость озимости и провести от температурных условий, еще не опровергали этой антиматериалистической теории. Колос от яровизированного зерна давал в первом же поколении озимую пшеницу. Вот если бы коренным образом переделать природу пшеницы, превратить озимую в яровую, да так, чтобы эти новые качества передавались по наследству, - лопнула бы тогда теория неизменности генов!

И Лысенко добился этого. Он высеял при высокой температуре зерна озимой пшеницы «кооператорка». Основная масса зерна не дала колоса, но несколько хилых, слабеньких колосьев все же выросло. Зерна этих колосьев уже лучше колосились при температуре, необычайно высокой для посева озимых. Третье поколение стало совсем яровым.

Генетики стали в тупик. Но потом они нашли выход. Они заявили:

- Лысенко не понял своего опыта, он не переделал природы растений. Просто в массе озимого зерна при его опыте попалось несколько яровых зерен.

Это было почти равноценно обвинению в фальсификации опытов. Но Лысенко нашел доказательства, сразу опрокинувшие доводы оппонентов:

- Вы говорите, что полученная много яровая пшеница и раньше была яровой, тогда я превращу ее обратно в озимую.

И точно, ему удалось это сделать. Последние опыты Лысенко нанесли теории неизменности генов сокрушительный удар.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 10-м номере читайте об истории создания дворца княгини Гагариной в Крыму,  о непростой судьбе Иосифа Брол\дского, о «первом и последнем энциклопедисте XX века» нашем соотечественнике Николае Судзиловском, о жизни и творчестве неподражаемого Лопе де Веги, о прекрасном городе Таруссе, о великих наших соотечественниках, в разное время живших в нем и о его достопримечательностях, очерк о так всеми любимом Николае Караченцеве, ровно год, как ушедшем от нас, продолжение детектива Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Забастовка в Кавасаки

Из журнала «Регар»