Великая победа

опубликовано в номере №970, Октябрь 1967
  • В закладки
  • Вставить в блог

Начало восстания

Наступили исторические дни. Каждый час могли разыграться решающие события в борьбе за победу социалистической революции. 14 октября Временное правительство открыто выступило против революции. Под утро юнкера совершили налет на типографию центрального органа большевистской партии газеты «Рабочий путь». К Зимнему дворцу Временное правительство продолжало стягивать контрреволюционные отряды, на верность которых оно рассчитывало. Был отдан приказ о предании суду членов ВРК, готовилось нападение на Смольный. Утром 24 октября собрался Центральный Комитет, Ленин пока еще оставался в подполье. Первое решение ЦК обязывало всех членов не отлучаться из Смольного без особого постановления ЦК. Военно-революционному комитету было поручено немедленно изгнать юнкеров из типографии и обеспечить ее охрану. Солдаты Литовского полка и саперного батальона быстро и точно выполнили приказ штаба революции. Борьба за власть с оружием в руках началась. Все нити руководства восстанием сосредоточивались в Смольном: здесь находился Центральный Комитет партии, возглавивший революцию, здесь же размещался штаб восстания - Военно-революционный комитет, сюда устремились посланцы революционного народа: рабочие, солдаты, матросы - все, кто горел желанием вступить в «последний и решительный бой». «Когда попадешь в этот водоворот, - писал А. В. Луначарский, - то со всех сторон видишь разгоряченные лица и руки, тянущиеся за той или другой директивой или за тем или иным мандатом». В условиях, когда восстание разворачивалось, особенно важно было оперативно руководить его ходом, обеспечить тесный контакт и взаимодействие между всеми частями армии революции. ЦК расставил свои силы на важнейших участках борьбы. Свердлову было поручено наблюдать за действиями Временного правительства, поддерживать постоянную связь с Петропавловской крепостью, где создавался запасной штаб восстания; Дзержинскому - установить контроль над почтой и телеграфом; Бубнову - обеспечить связь с железнодорожниками; Милютину - наладить продовольственное дело; Ногину и Ломову - информировать Московский комитет о событиях в Петрограде; Каменеву и Берзину (Винтеру) - вести переговоры с левыми эсерами. Члены ЦК продолжали работу в ВРК, в Совете, в органах печати. Непосредственное участие в восстании приняли съехавшиеся со всех концов страны большевики - делегаты II Всероссийского съезда Советов. Повсюду члены ленинской партии шли в первых рядах борцов, увлекая своим примером и вдохновляющим словом массы народа на штурм старого мира. 24 октября Петербургский комитет принял постановление, ставшее директивой к действию: немедленное свержение правительства и передача власти Советам рабочих и солдатских депутатов как в центре, так и на местах. Комитет подчеркивал, что он «считает необходимым перейти в наступление всей организованной силой революции, без малейшего промедления...». По ленинскому плану восстания красногвардейцы, солдаты и матросы должны были обеспечить охрану заводов, фабрик, мостов и переправ через Неву, охрану Смольного, блокировать контрреволюционные очаги; занять вокзалы железных дорог, телефон и телеграф, установить над ними прочный контроль, охранять подступы к городу, чтобы не пропустить в столицу вызванные правительством воинские части и соединения с фронта; наконец, выделить отряды для овладения правительственными учреждениями: Зимним дворцом, штабом Петроградского военного округа и т. п. Утром 24 октября ВРК обратился с воззванием к населению Петрограда, в котором давалась сжатая характеристика обстановки, содержался призыв к борьбе с происками контрреволюции. «Контрреволюция, - говорилось в нем, - подняла свою преступную голову. Всем завоеваниям и надеждам солдат, рабочих и крестьян грозит великая опасность. Но силы революции неизмеримо превышают силы ее врагов. Дело народа в твердых руках. Заговорщики будут сокрушены. Никаких колебаний и сомнений. Твердость, стойкость, выдержка, решительность. Да здравствует революция!» ВРК отдал приказ Главному штабу Красной гвардии о мобилизации вооруженных рабочих и об отправке в Смольный до двух тысяч красногвардейцев. Советам, комиссарам ВРК и солдатским комитетам предлагалось направить в Смольный связных, привести Красную гвардию и революционные части в боевую готовность. «Всякое промедление и замешательство, - предупреждал ВРК, - будет рассматриваться как измена революции». Радиостанция крейсера «Аврора» была использована для передачи воззвания ВРК к гарнизонам, охранявшим подступы к городу. В нем указывалось: действуйте «твердо и осмотрительно, а где нужно - беспощадно». В течение дня на многих предприятиях города проходили бурные митинги. Рабочие немедленно брали под охрану фабрики и заводы, выделяли патрули для охраны районов, высылали отряды в распоряжение ВРК. В Выборгском районе было принято совместное решение партийного комитета, Совета и штаба Красной гвардии. В нем предписывалось, чтобы «все заводы были немедленно приведены в полную боевую готовность. Все рабочие должны находиться при заводах и ждать общих директив от совета штаба и районного комитета. Постановление обязательно для всех». За несколько часов рабочие стали хозяевами положения и в других районах города. Действия Военно-революционного комитета 24 октября были весьма энергичными. В первую половину дня был дан решительный отпор контрреволюции, перешедшей в наступление, завоеваны важные позиции для дальнейшего развертывания восстания. Во вторую половину дня борьба переместилась к мостам через Неву. Юнкера пытались развести их, чтобы отрезать рабочие окраины от центра. «Разводят мосты» - вот тот сигнал, который развязал... напряженность», - вспоминал позднее комиссар Павловского полка О. П. Дзенис. Отряды Красной гвардии и солдаты сорвали и этот замысел контрреволюции. Борьба за мосты была выиграна Военно-революционным комитетом. К вечеру отряд солдат Кекс-гольмского полка занял Центральный телеграф, а отряд матросов овладел Петроградским телеграфным агентством. Повстанцы добились первых крупных успехов. Накалившаяся до предела обстановка требовала решительных наступательных действий уже по всему фронту, и прежде всего овладения такими главными опорными пунктами контрреволюции, как штаб Петроградского военного округа и Зимний дворец. Однако ВРК проявлял медлительность. Это позднее отмечали Подвойский, Лацис, Ломов, Дзенис и другие. На характере действий ВРК не могло отрицательно не сказаться то обстоятельство, что некоторые члены ЦК, и прежде всего Каменев, Зиновьев, упорно продолжали придерживаться оборонительно-выжидательной тактики. Дезориентирующе влияли на ВРК и выступления Троцкого. Днем 24 октября на заседании большевистской фракции делегатов съезда Советов он заявил, что «теперь все зависит от съезда... Единственное спасение - твердая политика съезда. Арест Врем (енного) правительства не стоит в порядке дня, как самостоятельная задача... Было бы ошибкой командировать хотя бы те же броневики, которые «охраняют» Зимний дворец, для ареста правительства... Это оборона... Власть может перейти мирно». Тот же тезис он повторил и вечером в Петроградском Совете. Оборонительные настроения находились в явном противоречии с ленинским требованием наступательной тактики в начавшемся вооруженном восстании. Ведь Временное правительство прилагало все усилия, чтобы разгромить революцию. Выступая утром в Предпарламенте, Керенский потребовал чрезвычайных полномочий. Он совещался с министрами, с командованием военного округа, заклинал Ставку незамедлительно прислать войска с фронта в Петроград для спасения положения. Командование военного округа делало новые попытки подтянуть к Зимнему «свежие силы» за счет военных училищ и женского ударного батальона. Солдаты повсеместно отказывались выступать по приказу Керенского, но не было никакой гарантии в том, что в город не ворвется корниловский корпус или какая-нибудь другая контрреволюционно настроенная часть и не устроит резню. Медлить в этих условиях значило ставить революцию под удар. Нельзя было не учитывать также маневров меньшевиков и эсеров, развернувших демагогическую кампанию в ЦИК и Предпарламенте за принятие законов о передаче земли в ведение крестьянских комитетов, их «выступлений в пользу мира», требований создания «однородного социалистического правительства». Это усиливало и без того большие колебания левых эсеров, входящих в ВРК. Промедление могло пагубно повлиять на ход восстания. Быстрота и натиск - таково было веление исторического момента. Об этом писал Ленин вечером 24 октября в своем историческом «Письме членам ЦК».

Промедление смерти подобно

До позднего вечера 24 октября Ленин вынужден был оставаться на конспиративной квартире. Волнуясь за исход восстания, он трижды направлял Фофанову с письмами в Выборгский райком партии для передачи их в ЦК. Наступил вечер, а согласие ЦК на выход из подполья все не поступало. Ленина тревожила мысль: все ли сделано для победы восстания! Вечером он обратился к членам Центрального Комитета с письмом, каждая строка которого - призыв к немедленным и решительным действиям, ибо «положение донельзя критическое». «Изо всех сил убеждаю товарищей, - писал Владимир Ильич, - что теперь все висит на волоске, что на очереди стоят вопросы, которые не совещаниями решаются, не съездами (хотя бы даже съездами Советов), а исключительно народами, массой, борьбой вооруженных масс... Надо, во что бы то ни стало, сегодня вечером, сегодня ночью арестовать правительство, обезоружив (победив, если будут сопротивляться) юнкеров и т. д. Нельзя ждать!! Можно потерять все!!» И далее: «Правительство колеблется. Надо ДОБИТЬ его во что бы то ни стало! Промедление в выступлении смерти подобно». Поздним вечером пришел связной ЦК Эйно Рахья. Он информировал Владимира Ильича об обстановке в городе. Ленин тотчас же принял решение идти в Смольный: переменил одежду, завязал щеку платком, надел парик, старую, заношенную кепку и поздно вечером покинул последнюю конспиративную квартиру. С приходом вождя в штаб революции развитие событий приобрело невиданную стремительность. По образному выражению Подвойского, Ленин пустил «машину восстания на полный ход, на самую высокую скорость». Вспоминая об октябрьских днях, один из активных участников тех героических событий, Орджоникидзе, писал: «Ленин взял в свои железные руки организацию Октябрьского восстания и довел его до победоносного конца». В ночь на 25 октября каждый час в Смольный доставлялись вести о победном шествии восстания: занята центральная телефонная станция, городской почтамт. Балтийский и Николаевский вокзалы, здание Петроградского градоначальства, гостиница «Астория» - притон контрреволюционного офицерства, восстановлено движение по Николаевскому мосту, поставлен караул у Государственного банка... Ленинский план восстания претворялся в жизнь быстро, планомерно и совершенно бескровно. Это вынужден был признать даже командующий Петроградским военным округом, доносивший 25 октября по команде, что «беспорядков нет, но идет планомерный захват учреждений, вокзалов, аресты. Никакие приказы не выполняются. Юнкера сдают караулы без сопротивления...». Вместе с тем это признание - убедительное доказательство полной политической изоляции правительства и правящих партий, явной беспомощности военных властей. Временное правительство еще отсиживалось в Зимнем дворце под прикрытием баррикад и охраной юнкеров, но часы его были сочтены. Реальной властью оно уже не обладало. Керенский утром 25 октября покинул Зимний. Воспользовавшись автомашиной под американским флагом, он бежал на Северный фронт. 25 октября стало днем победы Великого Октября. В этот день Военно-революционный комитет опубликовал обращение «К гражданам России!», написанное Лениным. «Временное правительство низложено, - говорилось в нем. - Государственная власть перешла в руки органа Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов - Военно-революционного комитета, стоящего во главе петроградского пролетариата и гарнизона. Дело, за которое боролся народ: немедленное предложение демократического мира, отмена помещичьей собственности на землю, рабочий контроль над производством, создание Советского правительства, это дело обеспечено. Да здравствует революция рабочих, солдат и крестьян!» Возвещая о победе революции. Военно-революционный комитет в обращении «К тылу и фронту» призывал рабочих, крестьян и солдат повсеместно устанавливать власть Советов. И с этого часа из конца в конец необъятной России неслась радостная весть о переходе власти в столице к Советам. В 2 часа 35 минут дня в актовом зале Смольного открылось экстренное заседание Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. Неописуемое воодушевление царило среди его участников. Громом аплодисментов встретили они вождя революции. После четырехмесячного подполья Ленин открыто выступал перед депутатами Совета. Когда в зале наступила торжественная тишина, Ленин произнес: «Товарищи! Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой все время говорили большевики, совершилась». Рабочие, солдаты, матросы слушали Владимира Ильича, затаив дыхание, вспоминал Подвойский. «Ленин говорит о том, что составляло самые сокровенные мечты каждого из них - о мире, о земле, об уничтожении кабалы на фабриках и заводах, - и вот это уже не мечты, а действительность. Ленин говорит об этом, как о непосредственной задаче сегодняшнего дня. Каждое его слово расходится широкими кругами в душе слушателей, открывая перед ними новые изумительные горизонты». О всемирно-историческом значении победы 25 октября говорилось в постановлении пленума Совета. В нем подчеркивалось «полное единодушие, которое проявили массы в этом на редкость бескровном и на редкость успешном восстании». Депутаты выразили непоколебимую уверенность в том, что правительство, созданное Советами, «твердо пойдет к социализму, единственному средству спасения страны от неслыханных бедствий и ужасов войны». В течение дня 25 октября продолжалась ликвидация последних очагов сопротивления контрреволюции. Еще утром состоялось заседание ВРК, на котором был выработан план дальнейших действий: «...оцепить Зимний дворец и Дворцовую площадь плотным кольцом и повести наступление, понемногу сжимая его». Для руководства, операцией выделили тройку: В. А. Антонов-Овсеенко, Н. И. Подвойский, Г. И. Чудновский. Вместе с ними наступлением на Зимний руководили члены ВРК П. В. Дашкевич и К. С. Еремеев, комиссары в полках О. П. Дэенис, А. Ф. Ильин-Женевский А. М. Любович, комиссар крейсера «Аврора» А. В. Белышев. Днем без единого выстрела был занят Мариинский дворец, где заседал Предпарламент, вечером - помещение Главного штаба. На подступы к Зимнему стягивались ударные силы восставших: сводные отряды красногвардейцев Выборгского района, Петроградской стороны, Путиловского завода, солдаты Павловского и Кенсгольмского полков, матросы-балтийцы. На Неве уже сосредоточился отряд военных кораблей. В боевую готовность приведена Петропавловская крепость. Сил было достаточно, чтобы быстро овладеть Зимним. Но перед началом штурма ВРК снова сделал все, чтобы избежать жертв и не повредить дворец - ценный памятник культуры. Дважды он направлял своих парламентеров (Дашкевича и Чудновского) к Временному правительству с предложением сдаться, избежать кровопролития. Однако министры не только не приняли это гуманное предложение штаба революции, но и вновь назначенному диктатору Н. М. Кишнину предоставили чрезвычайные полномочия для «водворения порядка» в городе. Находившиеся во дворце министры Временного правительства заклинали юнкеров «стоять насмерть». Они с часу на час ждали войск с фронта во главе с Керенским. Военно-революционный комитет отдал приказ солдатам революции идти на штурм Зимнего, олицетворяющего вековое насилие эксплуататорских классов над трудовым народом. Именно отсюда царское правительство 14 декабря 1825 года отдало приказ расправиться с декабристами - представителями первого поколения русских революционеров. 9 января 1905 года Николай II приказал стрелять по беззащитным рабочим, пришедшим просить царя улучшить их долю. Здесь еще вчера временный правитель «всея Руси» Керенский требовал «огнем и железом» расправиться с восставшим народом. Теперь, вечером 25 октября, рабочие, матросы и солдаты должны были привести в исполнение приговор истории над отжившим свой век старым миром. В 9 часов 40 минут вечера холостым выстрелом из шестидюймовой пушки крейсер «Аврора» дал сигнал к началу атаки. Несколько часов продолжалась борьба за Зимний. Вслед за выстрелом «Авроры» последовали выстрелы орудий Петропавловской крепости. Завязалась перестрелка из винтовок и пулеметов. Юнкера, укрывшись за баррикадами, упорно сопротивлялись. Но вскоре во дворец прорвались первые отряды восставших. Оттесняя юнкеров с лестниц, коридоров и залов, герои штурма в два часа ночи завершили борьбу взятием Зимнего и арестом Временного правительства. Всесторонне подготовленное большевистской партией вооруженное восстание в Петрограде победило быстро и почти бескровно. В нем воплотилось в жизнь ленинское учение о восстании как искусстве, о путях и методах его проведения. Успех был обеспечен огромным перевесом революционных сил над силами контрреволюции, беспримерной организаторской и политической работой партии, умелой военно-технической подготовкой восстания. Партия провела штурм власти буржуазии с величайшей решительностью и мастерством, вписала в историю освободительной борьбы классический пример подлинно народного победоносного восстания. День 25 октября (7 ноября) 1917 года стал светлым праздником народов России и трудящихся всего мира. Великий Октябрь положил начало новой эре - эре крушения капитализма и утверждения коммунизма.

Всероссийский съезд Советов

25 октября, в 10 часов 40 минут вечера, в беломраморном зале Смольного открылся Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Опираясь на победоносное восстание, съезд от имени трудового народа возвестил о победе революции, о переходе власти к Советам по всей стране, создал первое Советское правительство, принял ленинские декреты о мире и земле. Огромный зал был переполнен делегатами и гостями, прибывшими со всех концов России, с фронтов действующей армии. «Пространство между колоннами уставлено рядами кресел, всего их около тысячи... - образно описывает обстановку этого народного форума Джон Рид. - Всюду вокруг: между колоннами, на подоконниках, на каждой ступеньке, ведущей на сцену, да и на краю самой сцены - публика, также состоящая из простых рабочих, простых крестьян и простых солдат. Кое-где в публике щетинятся штыки. Измученные красногвардейцы, опоясанные патронными лентами, спят на полу у колонн. Зал не отапливается, лишь от тел исходит живое тепло, и на стеклах высоких окон выступает иней. Воздух сизый от табачного дыма и дыхания... Однообразные простые лица, открытые и решительные, лица, почерневшие в окопах от мороза, широко поставленные глаза, большие бороды или иногда тонкие ястребиные лица кавказцев или азиатов из Туркестана, многие с редкими татарскими усами». Открытию съезда Советов предшествовали долгие и бурные заседания партийных фракций. Центральный Комитет большевистской партии еще 21 октября обсудил вопрос об открытии съезда Советов и порядке его работы. Важнейшие доклады - о власти, о войне, о земле - ЦК поручил Ленину. В напряженные часы восстания Центральный Комитет не раз собирал большевистскую фракцию делегатов съезда. Перед ними выступал Ленин. Он, как вспоминали присутствующие, наметил политическую линию фракции и практические задачи на съезде Советов. О ходе восстания и организации работы фракции говорил Свердлов. Делегаты с мест заявили о готовности масс всей страны последовать примеру Петрограда. Были и пессимистические выступления, в частности, делегата из Ростова-на-Дону М. П. Жакова. Ленин выразил «глубокую уверенность в полной победе революции». Об общей атмосфере этих заседаний рассказывает очевидец: «В комнату № 18 Смольного набилось несколько сот большевиков... Все охвачены восторгом, в глазах у людей - выражение решимости и триумфа. Выглядят они так, как будто не спали много недель, но глаза горят... Они знают, что петроградские массы идут за ними; они верят, что вся Россия идет за ними; и они идут напролом, безжалостно и уверенно». Состав съезда Советов отразил общий процесс большевизации масс. Если четыре месяца назад на I съезде из 777 делегатов, заявивших о своей партийной принадлежности, большевиков было 105 (14%), а меньшевиков и эсеров абсолютное большинство, то теперь соотношение сил изменилось коренным образом. К открытию II съезда большевики имели 390 делегатов из 649, эсеры - 160 (преимущественно левые эсеры), меньшевики - 72, меньшевики-интернационалисты - 14, украинские социалисты - 7 и т. д. Партийный состав съезда предопределил направление его работы и характер решений. Съезд открыл член ЦИК первого созыва меньшевик Дан. Он был одним из наиболее ярых противников созыва съезда и до последнего момента стремился сорвать его. И теперь, поднявшись на трибуну, Дан попытался дезориентировать делегатов, вызвать у них сочувствие к министрам - «социалистам» в осажденном Зимнем. По поручению большевистской фракции В. А. Аванесов предложил выбрать президиум, исходя из принципа пропорционального представительства. На этой основе был составлен президиум. В него вошли: 14 большевиков, 7 эсеров и 1 меньшевик-интернационалист. В повестку дня съезда были включены вопросы: 1) об организации власти, 2) о войне и мире, 3) об Учредительном собрании. Однако деловая работа съезда началась не сразу. Меньшевики и правые эсеры, озлобленные победой большевиков, перешли в наступление, устроив обструкцию съезду, забросав его внеочередными заявлениями и декларациями с требованием создания «единой демократической власти» (Ю. О. Мартов), со злобными обвинениями большевиков в «организации заговора» и угрозами расправы с ними (меньшевики Я. А. Хараш, Г. Д. Кучин). Но вскоре они убедились в безнадежности своих попыток и покинули зал заседаний. Вслед им неслось: дезертиры, предатели! Съезд горячо поддержал резолюцию, предложенную большевистской фракцией, в которой уход соглашателей характеризовался как «бессильная и преступная попытка сорвать полномочное всероссийское представительство рабочих и солдатских масс в тот момент, когда авангард этих масс с оружием е рунах защищает съезд и революцию от натиска контрреволюции». Резолюция заканчивалась словами: «Заслушав заявление с.-р. и меньшевиков, Второй Всероссийский съезд продолжает свою работу, задача которой предопределена волей трудящегося народа и его восстанием 24-го и 25 октября. Долой соглашателей! Долой прислужников буржуазии! Да здравствует победоносное восстание солдат, рабочих и крестьян!» Покинув съезд Советов, меньшевики и правые эсеры бросились в городскую думу, где вместе с кадетами занялись формированием контрреволюционного органа под названием «Комитет спасения родины и революции». Он стал центром антисоветской борьбы. С их уходом произошла перегруппировка сил в партийных фракциях съезда. Часть эсеров, поддерживавших ранее центр и правое крыло партии, перешла к левым эсерам, которые остались на съезде. Фракция меньшевиков-интернационалистов за счет перешедших к ним других групп меньшевиков возросла до 35 человек. Увеличилась с 7 до 21 человека фракция украинских эсеров. Съезд продолжал работу. Глубокой ночью в Смольный была принесена радостная весть о взятии Зимнего дворца и аресте министров бывшего правительства. Делегаты встретили ее с ликованием. В 5 часов утра с огромным воодушевлением было принято обращение «Рабочим, солдатам и крестьянам!». Его написал Ленин, а зачитал Луначарский. «Опираясь на волю громадного большинства рабочих, солдат и крестьян, - говорилось в нем, - опираясь на совершившееся в Петрограде победоносное восстание рабочих и гарнизона, съезд берет власть в свои руки». В обращении излагалась программа Советской власти, краеугольными положениями которой являлись: передача власти народу, немедленное предложение народам всех воюющих стран демократического мира, переход земли в руки крестьянства. Вместе с большевиками за принятие этого исторического документа голосовали и левые эсеры. Лишь два делегата проголосовали против обращения и 12 воздержались. Вечером 26 октября началось второе и последнее заседание съезда. Народы России, истерзанные войной, задыхаясь в тисках разрухи, прежде всего ждали, что скажет новая власть по самому жгучему вопросу современности - о мире. Выражая сокровенные думы и желания миллионов людей на земле, Ленин посвятил свой первый доклад на съезде вопросу о мире. Великий вождь революции предложил съезду принять Декрет о мире, в котором была изложена большевистская программа борьбы за заключение всеобщего демократического мира без аннексий и контрибуций. Этим провозглашались новые принципы отношений между государствами, основанные на взаимном равенстве и уважении суверенитета всех народов. теоретической разработке этой проблемы партия уделяла много внимания в период борьбы за социалистическую революцию, принципиальные положения по вопросам войны и мира содержались в трудах Ленина, резолюциях партийных конференций и съездов. В предельно концентрированной форме они нашли свое выражение в секрете о мире. В нем учитывались особенности, вытекавшие из факта завоевания власти пролетариатом в одной из крупнейших воюющих стран, из новой расстановки сил на международной арене. В Декрете о мире Советская власть обращалась к народам и правительствам воюющих стран с предложением заключить мир и выражала «готовность сделать без малейшей оттяжки тотчас же все решительные шаги» для его достижения. Но сформулировать и предложить мирные условия было недостаточно. Нужно было добиться их принятия, а это было связано с огромными трудностями. Ленинская политика борьбы за мир первостепенное значение придавала тому, чтобы, заставив империалистов высказать свое отношение к мирной инициативе Советской власти, поднять народы всего земного шара на решение этой задачи и под их давлением принудить правительства пойти на мирные переговоры. Поэтому Декрет о мире был адресован и народам и правительствам. Декрет о мире торжественно провозгласил, что Советское правительство отменяет тайную дипломатию, немедленно опубликует тайные договоры царского и Временного правительства, отказывается от тех из них, которые направлены «к доставлению выгод и привилегий русским помещикам и капиталистам, к удержанию или увеличению аннексий великороссов...». Эти принципы политики Советской власти были сильнейшим средством воздействия на трудящиеся массы. В декрете проявлялась большая гибкость в вопросе об условиях и путях заключения мира. В более ранних партийных документах еще не ставился конкретно вопрос о возможности дипломатических переговоров новой революционной власти с империалистическими правительствами. Теперь же выдвигалось положение не только о допустимости, но и желательности таких переговоров, поскольку они будут содействовать скорейшему установлению демократического мира. Ленин указывал, что предложенные Советской властью условия не ультимативны. Она согласна «рассмотреть и всякие другие условия мира, настаивая лишь на возможно более быстром предложении их какой бы то ни было воюющей страной и на полнейшей ясности, на безусловном исключении всякой двусмысленности и всякой тайны при предложении условий мира». В атмосфере огромного воодушевления звучали речи выступавших на съезде. Ф. Э. Дзержинский от имени социал-демократии Польши, П. И. Стучка - от социал-демократии Латвии, В. С. Мицкявичюс-Капсунас - от социал-демократии Литвы и другие говорили об огромном значении Декрета о мире. Однако не все делегаты сумели реалистически подойти к вопросу об условиях заключения мира. Некоторые из них критиковали проект декрета за то, что содержащиеся в нем предложения не носили ультимативного характера. Меньшевик-интернационалист А. Д. Еремеев заявил, что он будет голосовать за декрет, «если будут выброшены слова о том, что мы будем рассматривать всякие условия мира. Это не должно быть, так как могут подумать, что мы слабы, что мы боимся. Наше требование о мире без аннексий и контрибуций должно быть ультимативным». Хотя никто не поддержал Еремеева, Ленин специально остановился на его выступлении, поскольку оно выражало шараханье к «крайней революционности». В заключительном слове он сказал: «Мы не можем требовать, чтобы какое-нибудь незначительное отступление от наших требований дало возможность империалистическим правительствам сказать, что нельзя было вступить в переговоры о мире из-за нашей непримиримости.... Мы не смеем, не должны давать возможность правительствам спрятаться за нашу неуступчивость и скрыть от народов, за что их посылают на бойню». Декрет о мире был принят единогласно. Он приобрел силу закона. Началась длительная и упорная борьба Советского правительства за заключение всеобщего демократического мира, за выход России из войны. Вслед за Декретом о мире съезд заслушал доклад Ленина о земле. «Мы полагаем, - начал он свое выступление, - что революция доказала и показала, насколько важно, чтобы вопрос о земле был поставлен ясно». Постановка и характер решения земельного вопроса II съездом Советов были обеспечены огромной творческой работой Ленина. Им был теоретически и политически обоснован тот шаг, который сделала партия в разработке своей аграрной политики от резолюций Седьмой (Апрельской) конференции до принятия Декрета о земле, включившего в себя «Крестьянский наказ о земле», составленный на основании 242 местных крестьянских наказов. Работая над текстом Декрета о земле, Ленин исходил из того, что требование национализации земли, которое всегда отстаивали большевики, объективно соответствовало требованию тех же крестьянских наказов о конфискации помещичьих земель, об отмене частной собственности на землю и превращении ее в общенародное достояние. Национализация являлась не только самым радикальным актом ликвидации пережитков феодально-крепостнических отношений, но и создавала наиболее гибкий строй для перехода к социализму в земледелии. Под этим углом зрения Ленин тщательно анализировал существо требований крестьянских наказов, отделяя их от формы, в которую их облекли эсеры. По воспоминаниям М. В. Фофановой, Ильич был озабочен тем, чтобы найти «маленькую заручку», которая бы открывала возможность впоследствии «их (эсеровскую. - Ред.) социализацию перекроить на наш лад». Эту «заручку» Ленин нашел в 3-й и 4-й статьях «Крестьянского наказа о земле», где говорилось о передаче крупных высококультурных хозяйств, конских заводов и т. д. в исключительное пользование государства или общин, как не подлежащих разделу. Принципиальное решение о включении в декрет первого Советского правительства крестьянского наказа «для руководства по осуществлению великих земельных преобразований» было принято Центральным Комитетом РСДРП(б) после неоднократного обсуждения, которое проходило в перерывах между заседаниями II Всероссийского съезда Советов. Дело в том, что в «Крестьянском наказе о земле» содержалось требование об установлении уравнительного землепользования, которое критиковалось большевиками как составная часть эсеровской программы социализации земли, как принцип мелкобуржуазного социализма. Всестороннее обсуждение положений проекта Декрета о земле было продолжено на заседании большевистской фракции II съезда Советов вечером 25 октября. По воспоминаниям участников заседания, Владимир Ильич обосновывал свой проект декрета главным образом по вопросу о целесообразности включения в него «Крестьянского наказа о земле». «Чувствовалось, - вспоминает член президиума фракции Ф. И. Голощекин, - что он опасался, что большевики, привыкшие долгие годы спорить против «социализации», будут возражать, поэтому он штурмовал в своей речи эту позицию». В ночь на 26 октября Ленин окончательно подготовил свой проект Декрета о земле. Таким образом, доклад Ленина о земле на втором заседании съезда в ночь с 26 на 27 октября был в основном известен депутатам-большевикам по ленинским выступлениям на заседаниях большевистской фракции. По предложению фракции было решено предоставить право решающего голоса прибывшим на съезд представителям местных крестьянских Советов. Выступая на съезде, Ленин говорил ясно, доходчиво, сжато. Наступило время практических действий, и Советская власть была намерена по-деловому, незамедлительно «успокоить и удовлетворить огромные массы крестьянской бедноты». На протяжении своей сравнительно короткой речи Владимир Ильич несколько раз подчеркнул, что Советская власть оказывает полное доверие крестьянству и отдает в его руки решение земельного вопроса. По Декрету о земле отменялась немедленно, без всякого выкупа помещичья собственность на землю. Имения помещиков, а также все удельные, монастырские, церковные земли со всем их живым и мертвым инвентарем, усадебными постройками переходили в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов. В декрете оговаривалось, что земля крестьян и рядовых казаков не конфискуется. Крестьяне первыми получали реальные выгоды от социалистической революции. Осуществлялась их многовековая мечта о земле. «Аудитория напряженно слушала, - вспоминала Н. К. Крупская. - Во время чтения Декрета о земле мне бросилось в глаза выражение лица одного из делегатов, сидевшего неподалеку от меня. Это был немолодой уже крестьянского вида человек. Его лицо от волнения стало каким-то прозрачным, точно восковым, глаза светились каким-то особенным блеском». Ленинские слова, ленинские идеи, обращенные к революционным массам крестьянства, доходили до самого сердца, отражали их самые сокровенные чаяния. «Здесь раздаются голоса, - продолжал Ленин, - что сам декрет и наказ составлен социалистами-революционерами. Пусть так. Не все ли равно, кем он составлен, но, как демократическое правительство, мы не можем обойти постановление народных низов, хотя бы мы с ним были несогласны. В огне жизни, применяя его на практике, проводя его на местах, крестьяне сами поймут, где правда». Таким образом, Ленин отмечал принципиальное несогласие большевиков с лозунгом уравнительного землепользования, который эсеры выдавали за социалистический. В то же время он обращал внимание на то, что большевистская партия сознательно идет здесь на уступку трудовому крестьянству. Она диктовалась объективным соотношением сил, степенью развития революционного процесса в деревне, необходимостью доведения до радикального конца буржуазно-демократических преобразований аграрных отношений. Величайший законодательный акт передавал в руки крестьян 150 миллионов гектаров земли, освобождая их от кабальной зависимости, от огромных долгов помещикам и государству, от жестокого гнета и эксплуатации свергнутых революцией классов. Делегат от крестьян Тверской губернии от имени своих избирателей выразил «благодарность тов. Ленину как самому стойкому защитнику крестьянской бедноты». Эта речь была встречена овацией. Съезд принял Декрет о земле всеми голосами при одном против и восьми воздержавшихся. Декрет о земле разошелся по всей России миллионными тиражами. Как отмечалось в документах того времени, «Декрет о земле и мире распространяется всюду в массовом количестве и встречается с большим восторгом». Декрет стал могучим средством в борьбе за укрепление союза рабочих и беднейшего крестьянства, за упрочение Советской власти, привлечение всего трудового крестьянства на ее сторону. С величайшим воодушевлением съезд Советов решил вопросы всемирно-исторического значения - о переходе власти к Советам, принял декреты о мире и земле. Теперь во всем своем величии и сложности вставал вопрос об организации победившего пролетариата как господствующего класса, о строительстве пролетарского государства. Съезд избрал рабоче-крестьянское правительство - Совет Народных Комиссаров Российской Республики (СНК). Председателем Советского правительства съезд избрал вождя и вдохновителя Великой Октябрьской социалистической революции В. И. Ленина. Правительство сформировалось первоначально только из большевиков. Левые эсеры, входившие в Военно-революционный комитет и участвовавшие в работе съезда Советов, отказались от предложения большевиков послать своих представителей в правительство, заняли выжидательную позицию. Съезд принял также ряд других решений: об отмене смертной казни на фронте, восстановленной после июльских дней Временным правительством, о переходе власти на местах к Советам и освобождении арестованных Временным правительством членов земельных комитетов, об аресте и доставке в Петроград Керенского. В обращениях «Ко всем железнодорожникам», но всем Советам, к казакам и армиям съезд возвещал о победе революции, призывал трудящихся обеспечить охрану революционного порядка, активно бороться за власть Советов в тылу и на фронте. Съезд избрал Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет (ВЦИК) Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов в составе 101 человека, в том числе 62 большевиков, 29 левых эсеров, 6 меньшевиков-интернационалистов, 3 украинских социалистов и 1 эсера-максималиста. Председателем ВЦИК первые несколько дней был Л. Б. Каменев. 8 ноября на этот пост был избран Я. М. Свердлов. Секретарем стал В. А. Аванесов. Под утро 27 октября Второй Всероссийский съезд Советов закончил свою работу. В этот день Советское правительство во главе с Лениным приступило к выполнению своей великой миссии. Делегаты съезда разнесли по всей стране весть о победе революции. Они везли с собой декреты Октября. По необъятным просторам России неслась радостная весть: Всем! Всем!... Власть Советам! Земля крестьянам! Мир народам!... И весть эту народ великой страны встретил как начало новой эры. Первые декреты Советской власти - документы непреходящего исторического значения. Это не музейные реликвии, это первооснова всего, чем мы по праву гордимся сегодня. Следующий номер мы посвящаем рассказу о том, что дала Советская власть всему народу, нашей молодежи, о том, как юноши и девушки нашей страны своим трудом воплощают в жизнь великие идеи, впервые в истории прозвучавшие на весь мир в ленинских декретах.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 10-м номере читайте о  представителе древнейшего рода прямых потомков Рюрика, князе Михаиле Ивановиче Хилкове, благодаря которому Россия получила едва ли не самую обширную сеть железных и автомобильных дорог, об удивительной судьбе Жака-Ива-Кусто,  о жизни и творчестве Клода Дебюсси, о знаменитых писателях-фантастах братьях Стьругацких, новый детектив Натальи Солдатовой «Проделки Элен, или Дама из преисподней» и многое доругое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Траектории стратегических

Репортаж с ракетного полигона полковника и инженер-майора...