Угол белой стены

Аркадий Адамов| опубликовано в номере №1056, Май 1971
  • В закладки
  • Вставить в блог

Повесть

Разом отпала необходимость уточнять утренний маршрут Гусева, разыскивать человека, которому он объявил, что возвращается к семье, устанавливать неведомую Дину, гусевского друга Карима и весь круг их знакомых. То есть нельзя сказать, чтобы все это перестало интересовать Валькова, нет, конечно. Но все это сразу отошло на второй план, ибо к убийству Гусева отношения не имело. Убийцей оказался совсем другой человек.

Старый водитель Сайыпов, посасывая трубочку, сообщил Валькову даже имя этого человека. Кстати сказать, Сайыпов тоже значился в списке работавших в тот день, но Вальков не успел до него добраться.

А рассказал Сайыпов следующее: он тоже видел Гусева, но поздно вечером, часов в одиннадцать, когда подъехал к стоянке около Шпильковского переулка. В этот момент к Гусеву сел пассажир. Было уже темно, но недалеко висел фонарь. А у старого Сайыпова острые глаза, как у молодого. И он узнал того пассажира. Это был Ленька Чуприн, он учился в одной школе с младшей дочерью Сайыпова, даже ухаживал за ней одно время и бывал у них в доме. А потом его выгнали из школы. Сайыпов давно его не видел, очень давно. Плохое говорили про Леньку, будто он даже в тюрьме сидел. Но этого Сайыпов не знает и болтать не хочет. И вот в тот вечер Ленька сел в машину Гусева, это точно, это Сайыпов видел своими глазами. А потом Гусев подошел к Сайыпову и спросил, есть ли сейчас проезд по улице Жуковского на Цветочную, и Сайыпов ответил, что проезда сейчас там нет. Они с Гусевым еще обсудили, как ехать. И вот сегодня Сайыпов узнал, что Гусев был убит на Цветочной. А повез он туда Леньку Чуприна.

Сообщение было настолько важным, что Вальков, прихватив Сайыпова, немедленно отправился в управление. Там старый водитель уже спокойно и подробно рассказал о встрече с Гусевым, а также все, что он знал о Чуприне, хотя эти сведения и относились лишь к прошлому: о жизни Чуприна в последние годы Сайыпов ничего не мог сообщить. Он даже не знал, где тот сейчас живет.

А вскоре приехал Леров, за ним Ибадов. Узнав от своего начальника столь важную новость, они повели себя по-разному.

Леров потер огромные руки и удовлетворенно произнес:

— Вот это да! Остается только установить, где живет этот Ленька и...

— Не надо устанавливать! — с неожиданной запальчивостью вдруг перебил его Ибадов. — Совсем не надо!

Черные узкие глаза его загадочно блестели, и видно было, что Ибадову стоило немалого труда сдержать себя.

— Это еще почему? — недовольно спросил Леров. Он не привык, чтобы начинающий сотрудник перебивал его и тем более вступал в спор.

— А потому, — ослепительно улыбнулся Ибадов и, повернувшись к Валькову, торопливо доложил: — Чуприн по кличке «Чума» мною установлен, Алексей Макарович. Уже установлен, — радостно повторил он. — Живет через двор от Цветочной, с выходом на улицу Степана Разина. Мне этого парня еще вчера назвали среди других подозрительных.

— Та-ак... — медленно протянул Вальков. — Действительно здорово. Ну и что ты еще о нем узнал?

— А вот, пожалуйста, — живо откликнулся, снова сверкнув улыбкой, Ибадов. — Этот парень уже имел судимость. Недавно вернулся. Связи преступные не порвал, ведет себя плохо, нигде не работает. А на такси, видите, разъезжает. Живет с матерью. Все пока, Алексей Макарович.

Ибадов был в восторге от своей первой удачи и не скрывал этого.

Леров наставительно и чуть насмешливо сказал ему:

— Если бы не старик Сайыпов, все бы твои сведения висели, как зеленый урюк. И вообще...

— Что «вообще»? Ну что? — обиженно воскликнул Ибадов.

— Хватит, — сказал Вальков. — Молодец, Мурат. А сейчас ступайте-ка домой, поздно уже. Завтра займемся этим Чуприным.

Сам же Вальков Отправился на доклад к Нуриманову.

Они давно работали вместе, и оба любили эти поздние часы, когда стихало управление, пустели коридоры, прекращались телефонные звонки, а за окном в черном небе вставала луна.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

И нужно идти дальше…

С делегатом XXIV съезда КПСС, начальником Главтюменьгеологии, лауреатом Ленинской премии, Героем Социалистического Труда Юрием Георгиевичем Эрвье беседует специальный корреспондент «Смены» Леонид Плешаков