Уфимские виражи

Р Данелян| опубликовано в номере №885, Апрель 1964
  • В закладки
  • Вставить в блог

Он стоял на пьедестале почета, стараясь выглядеть взрослее и серьезнее, как это и подобает чемпиону Европы, а ледяная дорожка все бежала, бежала куда-то назад, под колеса, и рев двигателя заглушал шум оваций. Вот и поставлена эта последняя точка: он, Габдрахман Кадыров, 22-летний студент из Уфы, стал лучшим на континенте мотогонщиком на льду.

А в этот момент там, внизу, в толпе аплодирующих, человек, перед которым Габдрахман по-настоящему преклонялся, говорил окружавшим его журналистам:

— Победа Кадырова заслуженна и бесспорна. И если говорить о везении, то оно заключается только в одном — в том, что он уфимец.

Так сказал заслуженный тренер СССР Владимир Иванович Карнеев, а он не привык бросать слов на ветер. И действительно, Кадыров, Дубинин, Дудорин, Самородов — вся четверка призеров чемпионата Европы воспитана в столице Башкирии, доселе не славившейся спортивными «звездами». Все мы как-то свыклись с тем, что «большой спорт» представляют большие города. Остальным же отведен скромный удел подыгрывающих. А тут вдруг Уфа становится подлинной столицей целого вида спорта — мотоциклетного, со своей школой, тренерами, плеядой талантливых гонщиков.

Многое можно рассказать о самодеятельных уфимских мотоклубах, о треках, построенных энтузиастами во время воскресников, об Анатолии Балабанове, управляющем 3-м уфимским стройтрестом. Это он главный застрельщик мотогонок на льду в Уфе.

В общественном мотоспортивном конструкторском бюро 3-го уфимского стройтреста (это тоже детище Балабанова) в обычной папиросной коробке хранится интереснейшая коллекция. В ней собраны мотоциклетные шипы, без которых невозможно мчаться по скользкому льду. Еще несколько лет назад спортсмены руководствовались принципом: не скупись на шипы, ставь их как можно больше. Но вот однажды Борис Самородов задумался: каждый шип весит около 25 граммов. На колесо приходится 130 — 150 штук. Ведь это же 6 — 7 килограммов лишнего веса. Теперь на машинах Самородова или Кадырова неискушенный болельщик увидит всего лишь два или три кольцеобразных «колючих» ряда. Но стоит взглянуть на колесо в профиль, как сразу же количество рядов удваивается. «Оптический обман» объясняется конструктивной схемой расположения шипов.

До 1961 года шведские гонщики по льду были не только сильнейшими в мире. Они считались и непререкаемыми законодателями технической «моды». Но уфимские спортсмены вместе с энтузиастами из общественного конструкторского бюро не сидели сложа руки, ожидая новинок из Скандинавии. Они принялись за усовершенствование шведских шипов, которые считались лучшими в мире. Изготовлялись шипы целиком из стали. Но вот кто-то предложил сделать верхнюю гайку крепления из дюралюминия, кто-то стал высверливать с обратной стороны резьбовой части отверстие. В результате каждый шип сбавил в весе граммов на десять. Конечно, это может показаться мелочью, но на чемпионате Европы благодаря этому незначительному усовершенствованию наши мотоциклы при одинаковой мощности были легче финских или шведских на 4 — 5 килограммов.

Каждый вид мотоциклетных соревнований — гонки по льду, кросс, многодневка, спринт — ставит перед спортсменом свои, особые задачи... В первых международных встречах преимущество в технике было на стороне наших зарубежных соперников. Наши гонщики выступали на чехословацких мотоциклах «ЭСО», которые были хорошо подготовлены для гаревых гонок, но не годились для ледяных дорожек. В 1961 году В. Карнеев предложил специальную раму собственной конструкции. Она давала главное из того, что необходимо в мотогонках на льду — устойчивость. Спустя год на мотоциклах с новыми рамами уфимцы Б. Самородов и Ф. Шайнуров вместе с москвичом В. Нерытовым одержали уверенную победу на гонках в Стокгольме, Хельсинки и Москве. Победа была особенно убедительна потому, что в соревнованиях выступал швед Ове Фундин, неоднократный чемпион мира.

На ледяной дорожке, когда, стартуют гонщики равного класса, побеждает тот, кто быстрее преодолевает виражи. Чем больше наклон мотоцикла на повороте, тем меньше влияет на него так называемый опрокидывающий момент, который неумолимо стремится отбросить гонщика на «большую орбиту». Гонщики принялись за поиски: нужна была третья точка опоры. Так появился металлический башмак. Но наклон по-прежнему был слишком мал. На смену башмаку пришел металлический наколенник. А смельчак Ф. Шайнуров пробовал даже проходить виражи, опираясь на налокотник.

Сейчас на уфимских гонщиков с почтением взирают их зарубежные коллеги. Уфа завоевала право (наравне с Москвой и Ленинградом) быть «хозяйкой» только что закончившегося чемпионата Европы. Тысячи зрителей приходили на городской стадион, чтобы увидеть своих любимцев. И характерная деталь: вокруг каждого гонщика вертелись мальчишки — смотрели, слушали, иногда даже помогали. Их никто не гнал. Потому что они завтрашний день спортивной Уфы, потому что им, мальчишкам, предстоит освоить ледяные виражи башкирской столицы и принести ей новую славу.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены