Твоя земля

Наталья Тарасенкова| опубликовано в номере №931, Март 1966
  • В закладки
  • Вставить в блог

Ужас. Боль. Отчаяние. Люди, неужели это произошло?!

Костлявые пальцы вдавлены в щеку. Изможденное лицо. Страдальчески открыт рот. Под напряженными дугами надбровий внезапная пустота глазниц. Бездонная пустота. В одной — ничего, кроме неба. В другой — черный зрачок. Его оживляет ветер. И ветер рождает и разносят печальный, прерывистый звон. Это стон мертвых и тех живых, кто до сих пор расплачивается за сотворенное в Хиросиме.

Эту скульптуру сделал в подарок Японии Арто Чакмакчан. По замыслу автора, двадцатиметровый монумент из бетона должен стоять на открытом и голом месте (вокруг ни деревца, ни травинки).

Двадцать долгих лет прошло с августа 1945 года. Когда на Хиросиму обрушилась беда, Арто было одиннадцать лет. Тогда он не понял как следует, что произошло.

Сегодня он видит Хиросиму такой.

...Арто Чакмакчан — многосторонний, очень обещающий скульптор и график. В Ереване о нем говорят темпераментно и с надеждой. А он совсем непохож на человека, в чей адрес раздается столько похвал. У него застенчивая улыбка, смущенный взгляд.

— Да не слушайте вы никого, — скажет он. — А просто приходите посмотреть.

Живет он на улице Комитаса. И дом его всегда полон музыки и людей. Арто говорит, что музыка для него, как хлеб. Если с утра послушает Баха, Вивальди, то лучше и легче работает.

В дом его приходят и незнакомые люди — «просто посмотреть». Интересны его скульптурные портреты. Вот «Литовка», «Армянка». Как различны они по характеру, но какая сила обаяния и поэтичности роднит их!

Мать Арто, Арменуи, пожилая женщина с мудрыми и добрыми глазами, часто наблюдает, как сын показывает свои работы. Портреты стоят в ее комнате.

Иногда, прощаясь, гости спросят ее:

— Рады, что сын ваш скульптор? И она ответит поспешно:

— Да, очень рада. Я горжусь им. И когда уйдут, скажет:

— Не понимаю, чем они так восторгаются? — И вздохнет. — Почему ты не доктор, сынок?

Она всегда мечтала, что один из ее сыновей станет врачом. Но младший сын, Григор, — инженер, сейчас студент консерватории.

Арто говорит, что мать для них сделала самое главное. Быть может, она тогда сама хорошо не понимала, а только чувствовала; что должна поступить именно так.

Они жили в Каире, в новом европейском квартале. Арто хорошо помнит тот день, когда пришло разрешение переехать в Советский Союз.

Их большая квартира стала ужасно тесной. Собрались все родственники. Дети сидели притихшие. Взрослые бушевали.

— Ты недавно похоронила здесь мужа, Арменуи. И сейчас откажешься от всего, что скопил он для вас за много лет. Поедешь в страну, где всего три года назад окончилась война.

Арто не узнавал мать. Обычно она любила поспорить, громко поговорить. И голос ее был то ласковым, то резким. А тут она сидела такая притихшая, покорная, как будто была согласна.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены