Там, где бродил Дерсу

Вл Иллеш| опубликовано в номере №833, Февраль 1962
  • В закладки
  • Вставить в блог

Из путевого блокнота

В тайгу, к лесным людям

Каждый раз, возвращаясь из дальней поездки, я ловлю себя на том, что рассказ о ней хочется начать с полета. С удивительных скоростей. С крылатых лайнеров, позволяющих буквально за несколько часов совершать гигантские скачки по планете.

Вчера в Москве. Сегодня во Владивостоке. И снова в воздухе. На этот раз на вертолете. Под округлым брюшком «МИ-4» – тайга. Здесь она не похожа на сибирскую. Та стелется темно-зеленым бобриком, а эта вблизи медная – листья дубов не опадают круглый год, – а дальше фиолетовая, а еще дальше дымчатая.

Я любовался лесом, пытался сосчитать оттенки серого цвета, в который окрашены дальние хребты Сихотэ-Алиня, но сбился.

Под нами шоссе. По нему бесконечным потоком бегут тяжелые автопоезда. Одни везут РУДУ (Сихотэ-Алинь – богатейшая кладовая цветных металлов), другие – уголь, третьи – школьные парты, в распадках то и дело попадаются светлые поселки горняков.

Земля обживаемая, земля уже обжитая. А ведь по этим самым местам мучительно трудно прокладывал тропы, брел сквозь топь и бурелом Владимир Клавдиевич Арсеньев с другом своим Дерсу Узала.

Машина поворачивает на северо-запад. Поселков все меньше. Их больше не видно. Кругом, упираясь в горизонт, – Уссурийская тайга. Так проходит час за часом...

Наконец, дверца вертолета открылась, и торжественно зазвучал певучий голос председателя артели «Охотник» Ивана Константиновича Мунова:

– Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте!

На белом поле нас ждала кавалькада маленьких розвальней. На них – ящики и тюки. Только что перед нашей винтокрылой машиной сюда прилетала другая, привезшая грузы для артели. Когда мы расположились в одной из повозок, паренек-коновод попросил меня подержать нечто длинное и легкое, обмотанное в материю. На ощупь это был не то ксилофон, не то вешалка. В обнимку с пакетом мы проехали километра два и оказались в большом новом селе Красный Яр. Сюда со всей округи сейчас переезжают семьи таежников. Красный Яр – это один из новых центров, где уже сейчас есть все, чему надлежит быть в современном селе: и школа, и клуб, и магазины. В общем, обыкновенное село.

Люди без всякого сожаления покидают дальние стойбища,. где нет ни радио, ни электричества, нуда с трудом доходит почта, оставляют неудобные, ветхие Домишки – полуземлянки.

С помощью Советского государства, отпустившего артели миллионный кредит, вырастает село. Благоустраивается Красный Яр – село охотников. Детей охотников. И внуков охотников.

Избы-пятистенки стояли среди могучих пихт и елей, спинами упираясь в стену леса. Хрустели, как накрахмаленные, дощатые тротуары, покрытые плотным слоем искристого снежного порошка. Вздыхал локомобиль, а репродуктор рассказывал о снеге, выпавшем вчера в далекой Москве.

Сани стукнулись о пень, резко накренились, сверток выпал, тряпица развернулась – под ногами у псов лежал скелет человека. На меня смотрели пустые глазницы...

Возница проворно соскочил с саней, подхватил костяк и посадил его рядом со мной.

– Хорошо, что учитель биологии не видел. А то бы досталось нам!

Я представил себе на минуту, какой ужас охватил бы в подобном случае беднягу Дерсу!..

 

 

Щит Ахилла и самообслуживание

 

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте об истории  российско-британский отношений начиная с XVI-го века, о жизни творчестве оригинального, ни на кого не похожего прозаика Юрия Олеши, о том, как же на самом деле складывались   отношения  роман Матильды Кшесинской и Николая II-го, о Российском детском фонде, которому в этом году исполняется 30 лет, об Уоллис Симпсон -  героине й самой романтической истории XX века,   окончание .  нового  остросюжетного роман Ольги Торощиной «Все ради тебя – ВИКА» и многое другое…



Виджет Архива Смены