Тайна "Цицерона"

В Гиленсен| опубликовано в номере №873, Октябрь 1963
  • В закладки
  • Вставить в блог

Все события, описанные здесь, действительно происходили в годы второй Мировой войны.

С октября 1943 года по апрель 1944-го в Берлин из немецкого посольства в Анкаре текла информация исключительной стратегической важности. Здесь были, например, совершенно секретные сведения и данные о подготовке западными союзниками вторжения в Европу, и о содержании переговоров британского премьера У. Черчилля с правительством Турции, и о решениях Тегеранской конференции союзников, и о размерах поставок военных материалов в Советский Союз из США, Англии и Канады, и о военных мероприятиях и планах Англии на Ближнем и Среднем Востоке, и многое другое.

Долгое время после войны все обстоятельства, связанные с операцией «Цицерон», оставались под покровом глубокой тайны. Лишь постепенно она стала проясняться, по мере выхода в свет мемуаров бывших гитлеровских разведчиков и дипломатов: Папена, Шелленберга. Хеттля. Леверкюна и других. Наконец, с опубликованием воспоминаний бывшего оберштурм-баннфюрера СС Л. Мойзиша, занимавшего должность немецкого коммерческого атташе в Анкаре, был пролит свет на многие детали операции «Цицерон». (Его книга была переведена на русский язык и издана у нас.)

Окончательно все точки над «и» были поставлены после опубликования в 1962 году воспоминаний главного действующего лица всей этой истории Ильяса Базны «Я был Цицероном».

Оказалось, что всей сенсационной разведывательной информацией из Анкары немцы были обязаны невероятной беспечности и халатности английского посла в Турции, у которого Ильяс Базна работал камердинером. Пользуясь своим положением, последний тайно фотографировал временно выкраденные из сейфа послал документы государственной важности, а затем продавал их немецкому посольству.

Парадоксально то, что невероятный успех операции «Цицерон» отнюдь нельзя поставить в заслугу немецкой разведке.

Инициатором и отличным исполнителем этой операции был турок Ильяс Базна. Он даже не являлся немецким агентом в полном смысле этого слова, а действовал на собственный риск и страх. Немцы даже не знали и не узнали до конца войны его настоящей фамилии. Они называли его по кличке «Цицерон».

Документальная повесть В. Гиленсена, написанная по воспоминаниям руководителей разведки и дипломатов Третьей империи, а также по книге Ильяса Базны, повествует о том, как была осуществлена операция «Цицерон».

Кандидат исторических наук подполковник В. Дашичев

Осень — самое приятное время в Анатолии: изнурительная жара летних месяцев сменяется освежающей прохладой. Октябрь 1943 года был особенно тихим в старинном городе Востока и в молодой столице новой Турции — Анкаре. Здесь не чувствовалось смертельного дыхания второй мировой войны, которая уже четвертый год бушевала рядом с границами страны. Ее министры вели тонкую двойную игру с правительствами воюющих держав. Они поддерживали отличные отношения как с Лондоном и Вашингтоном, так и с Берлином, терпеливо выжидая того момента, когда победа одной из сторон уже не будет вызывать сомнений. А тогда — тогда турецкие дивизии окажутся на Балканах совсем не лишними.

Атмосфера лицемерия, лжи, тайных переговоров и коммерческих сделок, которая была характерна для жизни Стамбула, Анкары и Смирны в те дни, способствовала активности контрабандистов международного класса, аферистов и профессиональных шпионов. В те бурные годы берега Босфора и древние города этой восточной страны стали немыми свидетелями ожесточенной тайной войны между разведками Англии, США и Германии. Особую активность проявляли эмиссары многочисленных шпионских ведомств фашистской Германии. Вывески посольств и консульств, представительства фирм были удобным прикрытием для охотников за чужими секретами.

Почтенный гамбургский адвокат д-р Пауль Левернюн, занимавший незаметную должность в генеральном консульстве в Стамбуле, был в действительности доверенным лицом адмирала Канариса, шефа абвера — гитлеровской военной разведки и контрразведки. В его стамбульском бюро сходились нити разветвленной агентурной сети, покрывавшей страны Ближнего и Среднего Востока.

Бурную деятельность развил и его «коллега» — атташе по коммерческим вопросам германского посольства в Анкаре — Мойзиш. Своей внешностью: как бы высеченным из камня лицом, цепкими, глубоко посаженными глазами под нависшими густыми бровями — он напоминал Гесса. Его действительные функции не имели ничего общего с коммерцией: оберштурмбаннфюрер СС Мойзиш был представителем Вальтера Шелленберга — начальника 6-го управления «иностранной службы безопасности» в ведомстве Гиммлера. Его имя и после войны оставалось неизвестным для широкого круга людей, пока несколько лет назад им не была написана небольшая книжка под интригующим названием «Операция «Цицерон», привлекшая внимание читателей в разных странах мира. В ней приоткрывался покров над событиями тайной войны тех, теперь уже далеких лет. Автор рассказал, как в конце 1943 года ему удалось приобрести агента, деятельность которого открыла для гитлеровского руководства доступ к секретным документам британского посольства в Анкаре. Значение этих сведений, охватывавших целый комплекс важных международных проблем, далеко выходило за рамки политики Англии и Турции. Этим и объясняется, что за время своей «деятельности» шпион получил небывалую сумму — 300 тысяч фунтов стерлингов, или 4,6 миллиона немецких марок по тогдашнему курсу.

Но ни Мойзиш, ни англичане так и не узнали, кто в действительности скрывался под псевдонимом «Цицерон», каким образом ему удавалось копировать британские секретные документы. Сам Мойзиш до последних дней даже не подозревал, как был раскрыт его агент.

В тот памятный вечер, 26 октября 1943 года, Мойзиш рано вернулся к себе на квартиру: встреч с агентурой не было намечено, и эсэсовец мечтал выспаться после нескольких бессонных ночей.

Стрелка часов приближалась к 10... На кривых, узких улицах окраины, где в жалких лачугах ютилась беднота, постепенно затихал шум. Умолк говор пестрой разноязычной толпы на базарах и у лавок уличных торговцев. Но на залитых светом электрических огней аллеях бульвара Ататюрка, асфальтированных проспектах центра жизнь по-прежнему била ключом. Проносились лимузины с флажками посольств различных стран мира, в ресторане фешенебельного отеля «Анкара-Палас» за чашками ароматного турецкого кофе вели неторопливую беседу богатые промышленники и купцы, иностранные дипломаты, темные дельцы и авантюристы, агенты секретных служб воюющих держав...

Неожиданно в квартире Мойзиша раздался телефонный звонок. У госпожи Енке, супруги советника посольства, был необычно взволнованный голос.

— Герр Мойзиш, муж просит вас срочно прийти к нам домой.

Через некоторое время Мойзиш уже беседовал, сидя в помпезно обставленной гостиной Енке, с только что представленным ему неизвестным. Это был человек средних лет, небольшого роста, с невзрачной внешностью. Судя по типу лица, он принадлежал к числу коренных жителей страны... Так началось знакомство Мойзиша с тем, кому было суждено стать одним из самых крупных шпионов периода второй мировой войны.

Ильяс Базна родился 28 июля 1904 года в небольшом городке Приштина, в Македонии. Тогда эта местность находилась под властью турецкой монархии. Его отец — Хафиз Язар — был мусульманским вероучителем и владельцем двух обширных поместий. Многие родственники занимали солидные государственные посты, а один даже носил звание паши. Но скоро спокойной, обеспеченной жизни пришел конец. Сначала иттихадисты* свергли султана Абдул-Гамида, а потом началась Г Балканская война: порабощенные народы поднялись против своих угнетателей. Хафиз Язар, как и многие богатые турки, переехал с семьей в Салоники, где поселился недалеко от дома, в котором родился Кемаль Ататюрк. Затем пришлось покинуть и это место и обосноваться в Стамбуле.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены