Светлана Бестужева-Лада. «Новое амплуа»

  • В закладки
  • Вставить в блог

Повесть

Глава первая. Счастливый холостяк

Просыпаться отчаянно не хотелось. Собственно говоря, в этом и особой необходимости не было, никаких неотложных или даже срочных дел на первую половину дня не намечалось. Но Кирилл все-таки поднялся с тяжким стоном и протирая заспанные глаза, стал босыми ногами нашаривать тапочки.

Три дня назад Кирилл отпраздновал свой очередной день рождения. Было выпито и съедено неимоверное количество, а веселились так, что и сейчас, через три дня, в квартире требовалась не просто уборка, а уборка генеральная, что, само собой, подразумевало наличие женской руки. А вот с этим в данный момент наблюдались определенные проблемы. Хотя и не неразрешимые, но достаточно ощутимые по целому ряду причин.

Благополучно дожив до тридцати трех лет, Кирилл, в принципе, был вполне доволен своей жизнью. Хотел стать актером – и стал им. Пусть не пришлось сыграть Гамлета или, на худой конец, Хлестакова: в одном из небольших столичных театров Кирилл только числился, но ролей почти никогда не получал, денег, соответственно, тоже.

Зато каждый раз, когда режиссеру очередного отечественного боевика был нужен очередной «благородный бандит», без Кирилла обойтись было невозможно. Он умел весьма многозначительно молчать, поигрывая пистолетом (кастетом, ножом, гранатой), а большего же от него и не требовалось. Пронзительно голубые глаза, пышная каштановая шевелюра, «ковбойский» загар и непременная двухдневная щетина гарантировали пристальное внимание прекрасного пола. Так что, на хлеб, в общем, хватало.

На масло же удавалось регулярно зарабатывать в рекламных роликах. Начисто лишенный комплекса великого артиста, Кирилл соглашался рекламировать что угодно – лишь бы платили. Он должен был всего лишь источать мужское обаяние, созданное определенной маркой лосьона после бритья, туалетной воды или удачно и вовремя принятого лекарства. Но актер не роптал, а спокойно и терпеливо выполнял все указания создателей рекламных роликов. За что и ценился соответствующе.

Кстати, и узнавали его в магазинах и на улицах чаще, нежели прославленных мэтров, хотя бы потому, что в реальной жизни Кирилл был точно таким же, как и на экране. Именно по этой причине его частенько приглашали на всевозможные богемные и полусветские тусовки. Добавить к этому собственную, хоть и малогабаритную, но все-таки двухкомнатную квартиру недалеко от центра, а также умеренно подержанную иномарку, и станет понятно, что жизнь действительно удалась. Во всяком случае, на данном конкретном этапе.

Всего вместе взятого Кириллу вполне хватало, чтобы «снимать» приглянувшихся ему девушек, столь падких на актеров. У него, правда, и без профессионального шарма проблем с женщинами отродясь не было. Точнее, с пятнадцати лет, когда в него по уши влюбилась первая школьная красавица двумя классами старше и в два с половиной раза умнее и опытнее, чем он. Влюбилась – и, взяв инициативу в свои нежные ручки с черно-золотым по последней моде маникюром, быстро превратила смазливого и разбитного мальчишку в уверенного в себе мачо.

Превращение оказалось с сюрпризом. Новоявленный мачо довольно быстро сообразил, что на одной девушке свет клином не сошелся, а разнообразие в этом вопросе – штука очень и очень приятная. Первая любовница сумела внушить ему потрясающую уверенность в своей неотразимости, а заодно научить двум-трем приемчикам, действующим на прекрасный пол убийственно. Ученик, однако, оказался неблагодарным и после полугода африканских страстей «учительницу» элементарно бросил, не затрудняя себя выяснением отношений.

С тех самых пор девушки, точно сговорившись, вешались на шею Кириллу с утомительным однообразием, не давая ему ни малейшего шанса хотя бы поиграть в завоевание неприступной красавицы. Впрочем, Кирилл так привык к мгновенным победам, что наверняка страшно удивился бы даже чисто символическому сопротивлению. Точнее, просто не знал бы, что с ним делать. Одно дело – просто съесть вкусное пирожное и совсем другое – долго и старательно его выпекать, рискуя при этом создать нечто совершенно несъедобное. Вот Кирилл и не рисковал. Женщины значили для него примерно столько же, сколько вкусная еда и хорошая выпивка. А иногда проведенный в одиночестве вечер приносил куда больше удовлетворения, чем самая изысканная ночь любви. В принципе, он сам прекрасно понимал, что никаких особых душевных устремлений у него не было и вряд ли возникнет, что он – самый обыкновенный представитель мужской половины человечества, хотя скорее относится к лучшей его части, нежели к худшей.

– У тебя нет цели в жизни, – сказала ему как-то одна из мимолетных пассий. – Ты начисто лишен честолюбия и амбиций.

– Это плохо?

– Это ненормально. Человек должен к чему-то стремиться. Например, сделать себе состояние. Или карьеру. Или жениться на самой красивой в мире женщине.

Кирилл с некоторым интересом посмотрел на девушку, которая была очень даже недурна собой, а в придачу оказалась чуть ли не философом, и вкрадчиво спросил:

– А зачем?

– Что – зачем?

– Зачем мне состояние? Я достаточно зарабатываю.

– Тебе что, не нужны деньги? – чуть ли не задохнулась от изумления девушка.

– Почему не нужны? Деньги нужны всем. Но состояние... Что я с ним буду делать?

– Жить в свое удовольствие.

– А чем я, по-твоему, занимаюсь?

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере читайте о герое скандальной истории, произошедшей в царском семействе Романовых,  о малоизвестных фактах из жизни Владимира Маяковского,  о жизни и творчестве гениальной Майи Плисецкой, об Иване Владимировиче Цветаеве – создателе легендарного музея, окончание остросюжетного романа Андрея Быстрова «Зеркальная угроза» и многое другое.





Виджет Архива Смены

в этой рубрике

Борис Пантелеймонов. «Страшная книга»

Рассказ. Публикация - Станислав Никоненко

в этом номере

Linoleum–2008: люди из радуги

Российский фестиваль показал азиатскую анимацию в полном объеме

Рыцари зеленого стола

Лучшие снукеристы докатили шары до российских луз

Кровавая графиня

Елизавета Батори