Сабля Чапая

С Диковский| опубликовано в номере №326, Февраль 1940
  • В закладки
  • Вставить в блог

- Смотри, не упади в воду, - сказал отец. Мик только засмеялся в ответ: смешно напоминать рыболову о таких пустяках.

Тогда отец нагнулся и провел черту возле пня.

- Обещай. Дальше ни шагу.

- Честное слово! - закричал Мик торопливо. - Ну, чесслово, чесслово, чесслово!!!

И они стали удить. Мик возле пня, отец чуточку дальше, за кустами ракитника.

Насаживая на крючок червяка, Мик все еще улыбался. Дело в том, что отец не знал одной маленькой хитрости. Если повернуться на каблуке и при этом быстро сказать «чесслово, словочес, словочес», то всякое обещание сразу теряет силу. А Мик так и сделал.

Не успели смолкнуть шаги, как хитрец уже перескочил черту и уселся возле самой воды, под большой веселой вербой, на которой скакали дрозды.

Здесь было гораздо уютней. Ветви склонялись так низко, что кончики листьев касались воды. Между больших маслянистых листьев кувшинки, как на лыжах, скользили пауки - бегунки. Река была спокойная, темная, и только полоски света точно золотой дождь пробивались сквозь листья и падали на песчаное дно. А что делалось в камышах или под черной корягой, авали одни только щуки.

«Не могу же я падать в новых ботинках, - подумал про себя Мик. - А может быть, лучше их снять? Хорошо бы поболтать ногами в воде...»

Но только что он коснулся шнурков, как поплавок вздрогнул и принялся танцевать. Мик увидел, что целая стая красноперок теребила наживу. Самые смелые набегали с разбегу, другие брали червяка брезгливо, точно лекарство и, быстро выплюнув, отходили «в сторонку, а третьи просто ходили вокруг, шевеля от зависти жабрами.

Потом важно подошла какая - то губастая рыба с пятнами на толстой спине. Одним глазом рыба косилась на крючок, а другим - на стрекозу, низко - низко висевшую над рекой.

Она нехотя толкнула приманку и вдруг, сверкнув точно сабля в червой воде, выскочила, схватила стрекозу большим жадным ртом и плюхнулась обратно.

- У - ух! - сказала река, и Мик от испуга едва не выронил прут.

Сменив червяка, он снова закинул удочку. На этот раз поплавок даже не вздрогнул. Видимо, красноперки испугались соседа. Напрасно Мик водил лесу в разные стороны и кидал хлебные крошки в загадочные темные щели между листьев кувшинки. Река точно вымерла.

Так прошел целый час, а быть может, и больше. Солнце перешло на другую сторону реки и заглядывало прямо в глаза, так что поневоле пришлось опустить голову на колени.

Удочка выскользнула. Мик зевнул. Попробуйте не отрываться от поплавка целый час - и вы сами зевнете.

- Пойду - ка лучше к отцу, - сказал он лениво.

И вдруг поплавок трижды подпрыгнул. Мик вскочил.

- Стой! - крикнул он. - Стой! Клю...

И сразу осекся. Река расступилась, и огромная голова поднялась над водой. То был карась! Не карась - карасище! Жабры его сверкали как два больших зеркала, как бочонок вздымалась покрытая тиной спина, а золотые глаза с черной каймой смотрели устало и мудро.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 12-м номере читайте о судьбе эсерки Марии Спиридоновой, проведшей тридцать два из своих пятидесяти семи лет в местах лишения свободы, о жизни и творчестве шведской писательницы Сельмы Лагерлеф, лауреата Нобелевской премии по литературе, чья сказка известна всем нам с детства, об одном из самых гениальных  и циничных  политиков Шарле-Морисе Талейране, очерк о всеми любимом талантливейшем актере Вячеславе Тихонове, новый остросюжетный роман Георгия Ланского «Право последней ночи» и многое другое…

Виджет Архива Смены

в этом номере

Трясогузка

Из книги «Неодетая весна»

Слепые прозревают

Отрывок из романа «Гроздья гнева»