Прыжок в пустоту

Евгения Гордиенко|12 Марта 2015, 13:58| опубликовано в номере №1774, Август 2012
  • В закладки
  • Вставить в блог

12 марта 1889 года родился Вацлав Нижинский

Сегодня, в век интернет-поисковиков и всеобщей доступности информации, трудно представить, что существуют вещи, порой великие и неповторимые, которых нам никогда не увидеть. И пусть герой нашей истории жил во времена, когда уже существовала фотография и съемка, у нас не осталось ни одного кинокадра, где мы могли бы увидеть это чудо – прыжок Вацлава Нижинского…

 Его не сразу приняли в Петербургское балетное училище. Сначала сказали, что слишком мал, и велели подождать пару лет. Эти годы дались его матери Элеоноре непросто. После расставания с мужем балерина труппы Варшавского театра осталась совсем без средств к существованию. Поскольку Томаш Нижинский не желал принимать участия в воспитании детей (их было трое – Вацлав, брат Станислав и сестра Бронислава), Элеонора, переехав в Петербург, постаралась «пристроить» их на казенное обучение. С Вацлавом, в итоге, получилось так, что на экзамене его данные были признаны довольно средними, но когда его попросили прыгнуть, ребенок продемонстрировал такой прыжок, какого преподаватели училища еще не видели. И для него началась совcем другая жизнь…

Шесть смен нижнего белья, три форменных костюма, два пальто, кожаные ботинки и легкие туфли для дома – об этом мальчишка из бедной семьи раньше мог только мечтать. Теперь же у него, надежды училища и будущей звезды Мариинского театра, все это было.

Однако вряд ли можно сказать, что жизнь Нижинского сразу стала безоблачной. Изнуряющий балетный труд и нелюбовь сверстников не сломили Вацлава, но научили его закрываться в себе. Он мало общался с соучениками, не старался выделиться чем-либо, хотя и так выглядел в жизни, по словам современников, довольно заурядно: невысокого роста, с раскосыми, чуть азиатскими глазами, с мускулистым, «балетным», телом. Но на сцене Вацлав полностью преображался, причем ничего для этого не предпринимая. Будучи человеком, мало наделенным собственными эмоциями, он сливался с образом, с эмоциями персонажа, что делало его то жалким Петрушкой, то соблазнительным Золотым негром, то очаровательным Альбертом. Он завораживал публику, в него влюблялись, и, встречая его вне сцены, многие не могли поверить, что именно этот невзрачный юноша еще недавно покорял сердца зрителей.

За два года до окончания училища Вацлава пригласили в труппу Мариинского театра – неслыханный прецедент, однако Нижинский, к удивлению всех, вежливо отклонил приглашение, испросив разрешения вначале закончить училище. В труппу Мариинского он, разумеется, все же попал – и танцевал вместе с Николаем Легатом, Тамарой Карсавиной и даже Матильдой Кшесинской – примой не только императорских театров, но и императорских сердец.

А Нижинский, попав в театр, тоже довольно быстро устроил свою судьбу, правда, не совсем так, как было принято в то время. С другой стороны, можно сказать, что он принял обычную в театре формулу поиска влиятельного покровителя. Однако в его случае это была не влиятельная дама, а представитель «другого Петербурга», князь Павел Дмитриевич Львов. У Нижинского стали появляться дорогие подарки, он часто «кутил» в ресторанах, хотя было ясно, что все это ему довольно скучно. Львов, по-своему искренне его любивший, решил не мучить Вацлава таким образом жизни и вскоре, удостоверившись, что «мальчик» попал в «хорошие руки», оставил его.

Руки же назвать хорошими можно было лишь условно.

В 1909 году, протанцевав сезон в Мариинке, Вацлав Нижинский отправился в Париж вместе с Сергеем Дягилевым, чтобы открыть первый сезон «Русского балета». Об именах напоминать вряд ли стоит: Анна Павлова, Ида Рубинштейн, Бакст, Бенуа… и Нижинский.

Стоит сказать, что успех Нижинского во многом был определен и временем, в которое он появился на мировой сцене. Классический балет тогда, если не умирал, то агонизировал, потому что был сугубо женским, «сладким, кремовым». Мужчины в балете считались «костылями», то есть нужны были исключительно для того, чтобы поддерживать балерин. Но новому веку требовалась интрига, конфликт, и лучшим выходом стало противопоставление женскому балету равноправного мужского.

Так появился Михаил Фокин, танцовщик и балетмейстер, готовый ставить спектакли, которых не было прежде. И танцевал в них Нижинский, приводя публику то в восторг, то в ярость. Но больше всего восторга и ярости вызывал он у своего главного зрителя – у Сергея Дягилева.

Богатый, барственный, импозантный,  Дягилев по-своему любил Нижинского и заботился о нем. Он, как никто, понимал, что самостоятельность этому таланту противопоказана. За пределами сцены Вацлав часто не знал, чем ему заняться, куда пойти, что сказать. У него, безусловно, было собственное мнение относительно многого, только вот не было у такого «человека в футляре» привычки выражать это самое мнение. И Дягилев держал его, по мнению многих, в золотой клетке. Не столько из желания постоянно видеть при себе эту «райскую птицу»,  а, скорее, пытаясь оградить «птицу» от жестокого мира. К тому же, он был очень ревнив и приставил к Нижинскому некоего Василия, которого отпускали только тогда, когда рядом с Вацлавом был сам Сергей Павлович. В прочее время Василию было предписано «лишних людей» к Вацлаву не допускать, а все визиты гостей согласовывать прежде с самим Дягилевым…

Говорят, что ревность – проявление любви. Наверное, это и была любовь. Только любовь губительная, не сделавшая счастливым ни Дягилева, ни Нижинского.

Полностью приняв тот факт, что талант Нижинского является его, Дягилева, собственностью, Сергей Павлович решил раскрыть новые его грани и предложил Вацлаву заняться режиссурой.  Это было уже в 1912 году, но до этого произошло событие, еще больше «привязавшее» Нижинского к Дягилеву.

В 1911 году Вацлав танцевал в Мариинском театре Альберта в балете «Жизель». Танец его, разумеется, был безупречным, а вот костюм – нет. Альберта привыкли видеть в коротких штанишках, скрывающих его половую принадлежность, а Нижинский был одет в колет и трико – костюм, выполненный по эскизам Бенуа, и выглядел при этом довольно вызывающе.

А вот дальше мнения расходятся. Кто-то говорил, что присутствовавшей на спектакле вдовствующей императрице Марии Федоровне костюм показался вопиющим, и она повелела уволить «бесстыдника».  Кто-то уверял, что виной всему была интриганка Кшесинская, которой не понравилось, что дуэт с ней Нижинский променял на танец с юной Тамарой Карсавиной. Ходили слухи, что именно она передала повеление вдовствующей императрицы уволить Нижинского, хотя Мария Федоровна такого распоряжения не давала. Так или иначе, Нижинский был уволен из Мариинского театра. И полностью попал во власть Дягилева.

Имея в труппе прекрасного танцовщика, Сергей Павлович решил превратить его в режиссера. Для постановки был выбран «Послеполуденный отдых фавна» Дебюсси. Всего 12 минут музыки, но за эти 12 минут Нижинский показал совсем другой балет, тот балет, к которому зритель был просто не готов, – балет двухмерного пространства, лишенный классических основ, балет, где идея нового танца куда важнее музыки.

Нижинского, разумеется, не поняли. Он был освистан, хотя некоторые его и поддержали, в частности, Огюст Роден, который впоследствии хотел изваять скульптуру Вацлава. Работа не была окончена, так как ревнивый Дягилев постоянно под разными предлогами отменял сеансы позирования.

«Не пошел» у зрителей и спектакль 1913 года – «Весна священная». Был ли тому виной сам Нижинский, или музыка Стравинского и декорации Рериха, теперь уже не узнать. Но зал снова свистел, зрителей, не выдерживавших рваной музыки и страстной энергетики танца, выводили из зала…

Нижинский был раздавлен. Он страдал, окончательно замкнулся в себе и думал, думал… Бог знает, какие мысли крутились в его голове, но считают, что именно в это время безумие начало проникать в него.

В этом подавленном состоянии он отправился с труппой на гастроли в Южную Америку. На этот раз Дягилева рядом с ним не было. Сергею Павловичу нагадали, что ему суждена смерть от воды, поэтому он отказался от многодневного путешествия на пароходе. И произошло то, чего так боялся Дягилев – Нижинского… увели.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 6-м номере читайте о знаменитом Владимире Гиляровском, о «соловецком эпизоде» в ходе Крымской войны,  об истории создания серии картин Уильяма Хогарта «Выборы в парламент», о судьбе  французского короля королю Людовика XI, нареченного Святым, о малоизвестных фактах из  биографии композитора Алябьева, о жизни и творчестве актера Олега Борисова, новый детектив Андрея Быстрова «Легкокрылый ангел»  и многое  другое...



Виджет Архива Смены

в этой теме

Дива

2 декабря 1923 года родилась Сесилия София Анна Мария Калогеропулос (Мария Каллас)

Освобожденный талант

24 марта 1874 г. родился Гарри Гудини

Молчаливая красавица

22 октября 1943 года родилась Катрин Денев

в этой рубрике

Памяти Михаила Зощенко

10 августа 1895 года родился Михаил Михайлович Зощенко

Святой черт

30 декабря 1916 года был убит Григорий Распутин

Мистификация Серебряного века

28 мая 1877 года родился Максимилиан Волошин