Озеро лебединое

Б Краевский| опубликовано в номере №901, Декабрь 1964
  • В закладки
  • Вставить в блог

День выдался пасмурный, хмурый. С севера дул пронзительный ветер. Тучи натыкались на сопки и застревали на них, как пароходы на мели. Под ногами с хрустом ломалась поблекшая трава. В перелесках лежала рыжая хвоя и листва. Я шел вслед за Тюпонюром, старым охотником-якутом, который взялся показать мне богатые дичью озера в долине реки Амги. Непривычному человеку трудно идти топкой осенней тайгой, которая кажется бескрайним, поросшим мелколесьем болотом. Другое дело Тюпонюр. Старик идет легкой, пружинящей походкой, быстро и вместе с тем неторопливо. Двустволка точно влитая лежит у него за плечами. А мое ружье ведет себя так, точно решило наставить на спине и боках как можно больше синяков.

Я уже собрался было попросить у Тюпонюра пощады и устроить привал, как тайга расступилась и показалось озеро.

— Лебединое,— сказал коротко старик. Я уже знал, что северяне — народ неразговорчивый, и решил не задавать лишних вопросов.

Озеро было небольшое, но удивительно красивое. Здесь не было ярких красок, которыми так богата осень средней полосы. Вода, серая с черными полосами ряби, походила на выплеснутую ртуть. В ней отражались рыжие берега, а возле них зеленели острые стрелы озерной травы, похожей на гигантскую осоку.

Птиц не было.

— Подождем,— сказал Тюпонюр, и мы, подстелив сырой валежник, улеглись за прибрежными кустами. Я вынул было папиросы, но старик решительно мотнул головой.

— Нельзя. Спугнем птицу.

Около часа мы пролежали молча. Наконец старик предостерегающе поднял палец. И я услышал неясные звуки, напоминающие далекий голос трубы.

— Трр-уу-ууу... трр-уу-ууу,— неслось откуда-то сверху.

И тут мы увидели лебедей. Огромные белые птицы, неторопливо взмахивая крыльями, все ниже и ниже кружились над озером. Вот первый лебедь скользнул над самой водой, распушил навстречу ветру глянцевитые перья, чиркнул по поверхности лапами и тяжело, как гидросамолет, плюхнулся на воду. Несколько метров он проплыл по инерции, оставляя за собой расходящийся след, и остановился. Маленькая головка на длинной изящной шее, как заводная, поворачивалась из стороны в сторону, высматривая опасность. Ничего подозрительного лебедь не увидел и спокойно поплыл к берегу. Только тогда сели остальные.

Первые мгновения я как зачарованный смотрел на белоснежных красавцев, но потом спохватился — ведь мы пришли на охоту, не зря же таскать по тайге ружье! Я поднял двустволку, прицелился и... Тяжелая рука Тюпонюра плотно прижала к земле ружейный ствол.

— Нельзя.

— Почему нельзя? — Охотничий азарт уже овладел мною, и вмешательство старика показалось самодурством.— Почему нельзя?

— Нельзя,— повторил он.

Кто-то из нас неосторожно задел ветку, куст колыхнулся, один из лебедей издал непонятный гортанный звук, и вся стая тут же пришла в движение. Птицы мгновенно повернулись грудью к ветру, захлопали крыльями и побежали по поверхности озера, вздымая перепончатыми лапами фонтанчики брызг. Потом медленно, словно нехотя, оторвались от воды и тяжело пошли вверх, к серым нависшим тучам.

Тюпонюр проводил взглядом лебединую стаю, посмотрел на меня узкими недобрыми глазами и заговорил:

— У нас в тайге лебедя не бьют, нельзя бить лебедя. Перед смертью он поет свою последнюю песнь, и горе тому, кто ее услышит. С давних времен так ведется, с тех пор, как услышал эту песню юный Чюллургаз...

Мне говорили, что старый Тюпонюр знает множество таежных легенд и поверий, но редко рассказывает их. Мне повезло. В этот день на берегу таежного озера я услышал одно из древних сказаний якутов.

...Жил-был старый князь, и была у него красавица дочь княжна Саргылана. Это было давно, тысячу лун назад, но в тайге до сих пор не бывало девушки красивее ее. Полюбил красавицу юный охотник Чюллургаз, и Саргылана полюбила юного охотника. Но старый князь не отпустил Саргылану в юрту Чюллургаза, потому что тот был всего лишь бедный охотник.

Пожаловалась княжна на свою судьбу добрым духам Большого озера. И те сказали, что превратят ее в белого лебедя, и пусть она летит туда, где кончается тайга и тундра. Там живет повелитель всех добрых духов. Только он один сможет смягчить сердце старого князя. Но Чюллургаз ничего не должен знать, иначе духи будут бессильны.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены