Наши комнаты

М Папава| опубликовано в номере №247, Июль 1933
  • В закладки
  • Вставить в блог

Сергей понимающе улыбается и тихо подходит к жене.

2. Постучимся

Напротив заводских корпусов «Шарикоподшипника» в Москве выстроились багровыми четырехугольниками (рабочие дома завода. Корпус 1 - й. Квартира 51 - я. Коридор...

Из - за закрытых дверей не слышно детского писка, кухня пустынна, щами не пахнет, вещей в коридоре нет - здесь обитает холостая молодежь.

Стучимся наугад. Хозяева - две девушки. Одна из них дома - Шейнцвит А. Б., наладчица, недавно окончила ФЗУ. Попала сюда из бараков - вывели лучших.

Комната маленькая. Она предопределяет возможности. Две кровати. Стол. Маленький столик. Стулья. И тем не менее комната радует, - на шей печать заботливости хозяев о своем жилище. Комната даже нарядна. Почему? Праздничность комнаты создают две вещи - чистота и белый цвет. Белые одеяла на кроватях, белые занавеси на окнах, белая скатерть на столе (в прошлом, невидимому, простыня), чем - то белым покрыты платья на вешалке («Шкаф нам нужен, но это - вопрос будущего»). Со стен смотрят Наркомтяжпром и пред. Совнаркома. Больше на стенах (Ничего нет. Лампочка спряталась в колпак абажура. Абажур прост, кажется синий. На столе пепельница.

- Курите?

- Нет. Бывает иногда курящий народ. Пепельница на столе у некурящих - мелочь, но это говорит о многом.

Хотим заглянуть напротив. Девушки отговаривают. Улыбаются. Действительно, комната напротив оставляет желать много лучшего. Дым столбом. Окно закрыто, загромождено вещами. Все курят. Пепельница отсутствует. Окурки - под кроватью, где виднеются старые брюки и грязное белье.

Хозяин - токарь Костюхин. Молодой парнишка, недавний фабзаяц. Живет с товарищем, тоже токарем.

Стулья пустуют. Пришедшие ребята уминают кровати. На кроватях - ералаш грязных подушек и скомканных одеял (простынь незаметно). Голые двери и окна. В одном месте стекло заменяет газета. На столе книги, ящик, грязная посуда, банки из - под консервов. Размеры комнаты одинаковы с предыдущей. Вещи почти те же. А общее ощущение - серость, грязь, запущенность. Здесь не уважают своего жилища, о нем не думают. Но самая большая беда в том, что ребята пытаются подвести какую - то идеологическую базу под свое нежелание, а может быть и неуменье культурно жить. Девушки пробовали воздействовать. Куда там! Ребята хорохорились и отделывались хлесткими словечками вроде «мещанство», «обрастаете», «революция не пострадает». Они находили особое удовольствие, придя в комнату Шейнцвит, плюхнуться с размаху на белое одеяло в спецовке, бросить на пол окурок, когда на столе пепельница, и т. д.

- Да они все такие, ребята! - смех пляшет в глазах у Шейнцвит.

Это конечно неверно. В своем путешествии по квартирам мы убеждаемся, что бывает н наоборот. Дело не в юбке или брюках. Дело во внутренней культуре, за которую нужно бороться в своем быту молодежи. Дело в серьезном и вдумчивом отношении к своему жилищу, рождающемуся на какой - то ступени сознательного развития человека. Мы растем экономически и (культурно. Мы изменяем лицо страны, но мы должны подумать и о лице своей комнаты.

Сафаровы уже думали над этим. Молодой хозяин комнаты - слесарь, ударник. Работают, оба - комсомольцы, молодожены. Они уже чувствуют, что кровать, выкрашенная в немыслимо яркий цвет, с дешевыми побрякушками украшений и старый брюхатый комод, доставшийся от чьих - то родителей, не идут к стилю комсомольской квартиры. И (единственная, удовлетворяющая, пожалуй, их вещь - этажерка. Она проста и удобна, спокойно коричневого тона, несколько полок, где стоят дружным рядом книги. Куплена по коллективной заявке в утильцехе завода.

У Оафаровых уже мелькали мысли о каком - то плановом, продуманном оборудовании своей комнаты, ее внешнем виде и ничего зазорного в этом они не находят. Но мысли по этому поводу разрознены, неясны, вкус еще не выкристализировался.

Корпуса, лестницы, двери, звонки?.. Заглянем к Меркуловым.

Голубоглазая, трехмесячная продукция барахтается в руках жены - станочницы цеха автоматов. Меркулов - слесарь, 23 года, женат года полтора.

Здесь уже яснее вкусы. На широкой кровати режущая рябь лоскутного, ватного одеяла. Подушки не простые, а в разводах узоров. На фоне бирюзового неба и необычайной зелени травы гордо несет свои рога олень малинового оттенка (коврик над кроватью). На стенах тоскует русалка, и новогодний молодой человек любезно наклоняется к кокетливой девице (открытки). И вместе с тем в комнате рупор радио, новенький велосипед, недавно сошедший с конвейера велозавода, и к обыкновенным часам - ходикам Меркулов приделал хитрое устройство, делающее их будильником.

В (комнате уживаются технический уровень нашего сегодняшнего дня и «уют» дня вчерашнего.

Уже поздно. В домах зажигаются огни, и флотилией больших кораблей они плывут в синих волнах сумерек.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 11-м номере читайте о деятельности величайшего русского  мыслителя, философа, критика и публициста XIX века Владимира Сергеевича Соловьева, материал, посвященный жизни Лва Троцкого,  о жизни и творчестве нашего гениального баснописца Ивана Андреевича Крылова, о кавказском генерале Петре Степановиче Котляревском о котором еще при жизни ходили легенды, а сегодня, оставшемся в историческом тумане забвения,  окончание детектива Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены