На берегу Тылга-Ваям

Г Анзимиров| опубликовано в номере №850, Октябрь 1962
  • В закладки
  • Вставить в блог

В наши дни почти любое путешествие в глубь Камчатки начинается с аэродрома. Вездесущие «Антоны», элегантные «Л И-2» и вертолеты за несколько часов доставят вас в любой мало-мальски заметный с воздуха населенный пункт. Небольшой аэродром, откуда началось наше путешествие в оленеводческий поселок Хаилино, как и любой другой северный аэродром, примечателен тем, что, побывав здесь всего несколько часов, вы вольно или невольно окажетесь в курсе всех дел, которыми живет округа в радиусе на пятьсот, а может быть, н тысячу километров.

Совсем рядом со взлетной дорожкой кто-то аккуратно расставил стулья. Оказывается, они должны полететь вместе с нами. Дело в том, что в оленеводческом поселке выстроили клуб, который откроется, как только прибудут эти «четвероногие пассажиры». Из только что приземлившегося «Антона» вылезают три девушки в ярких национальных костюмах. Это Лариса Тавынина, Наташа Черных и Надя Тынанова из селения Рекиникн. Комсомолки летят в Палану учиться в техникуме. Несколько оленеводов собрались в Петропавловск на совещание.

Вместе с нами на самолет погрузилась бригада маляров четвертого строительного управления треста «Камчатстрой» во главе со своим бригадиром Василием Федоровичем Кураем. Они летели в Хаилино сдавать в эксплуатацию новую школу. Примечательно, что, кроме обычного малярного инструмента, строители везли с собой ведра с разведенной известкой. Да, в тундру приходится все возить в готовом виде.

– Вся Хаилинская школа, – рассказывал нам в дороге бригадир, – была привезена на самолетах. Тес, бревна, стропила, железо – все летело по воздуху. Ничего не поделаешь – тундра!

Тундра... До сих пор ее особенности и законы ставят препятствия людям. Но, несмотря на это, на каждом шагу здесь встречаются приметы нового, многочисленные свидетельства тому, что советский человек чувствует себя и здесь полноправным хозяином и что коварной старухе тундре приходится сдавать свои позиции. Хаилинская школа – одна из таких примет. А на ее открытии мы стали свидетелями другой любопытной приметы сегодняшнего дня Камчатки. Но прежде несколько слов о Хаилйне.

Оленеводческий совхоз Хаилино – это штаб-квартира оленеводов, которые, в общем-то, круглый год находятся в тундре. В совхозе живут их семьи да немногочисленный обслуживающий персонал: врач, радист, завмаг, учителя и воспитатели из интерната. Все эти люди, начиная с врача Иосифа Рубановского, недавнего выпускника Московского медицинского института, и кончая секретарем совхозного комитета ВЛКСМ учительницей Светланой Ханиной, очень молоды. Но они уже успели полюбить этот край, и его заботы стали их собственными заботами. Ни от кого из них мы ни разу не слышали слов о разочаровании, о желании уехать отсюда.

Приехав в Хаилино, Светлана Ханина, например, сразу же оказалась в гуще неотложных дел, которыми были заняты местные комсомольцы. Вместе с библиотекарем Валей Мурчаки, депутатом районного Совета Зиной Хаялхут, радистом Мишей Нюрчани, фельдшером Антониной Яндой она участвовала в заготовке на топливо карликовой березы, сажала картофель, сооружала спортивную площадку. А однажды вместе со всеми воспитанниками Светлана посадила здесь, в далеком камчатском поселке, тополиную рощу. Вся школа с тревогой следила за тоненькими саженцами, трепетавшими под порывами ветра. Примутся ли?

И, словно почувствовав, с какой любовью и надеждой смотрят на них люди, тополя с каждым днем крепли, наливались живительными соками. Сейчас они уже высоко подняли свои зеленые головки и гордо посматривают вокруг, словно говоря: «Смотрите, какие мы красивые, зеленые, нарядные, и это все для того, чтобы лучше жилось на земле тем, кто любовно посадил нас и вырастил».

...Когда через несколько дней школа была готова, комсомольцы устроили торжественный вечер. Здесь мы и познакомились с каюром Андреем Ятыгаровичем Юльте. Произошло это вот при каких обстоятельствах.

После того как перед оленеводами, которые вместе со своими семьями пришли на открытие школы, как на праздник, выступил совхозный парторг Павел Иванович, слово взяла Светлана Ханина.

– Товарищи, – звонким голосом начала она, – сейчас мы не только открываем новую школу. В совхозе произошло еще одно событие. Вышел на пенсию наш уважаемый человек, пастух Юльте...

В . зале раздались аплодисменты, и в первом ряду встал пожилой оленевод. Он смущенно улыбался и, видимо, не очень ясно представлял, что ему теперь делать. Взяв Юльте под руку, Светлана поднялась с ним на сцену.

– Андрей Ятыгарович, – продолжала Светлана, – разрешите в этот знаменательный день преподнести вам несколько скромных подарков.

Во время этой торжественной процедуры Юльте стоял, кивая головой и улыбаясь своими прищуренными глазами, привыкшими даже в жестокую пургу видеть далеко вперед. Затем он подошел к парторгу и о чем-то быстро заговорил с ним.

– Юльте говорит, – сказал парторг, – что он не может припомнить дня в своей жизни счастливее этого. Он говорит, что хотя он и пенсионер, но у него еще много сил. Поэтому он просит разрешить ему бесплатно работать в новой школе истопником..

А когда окончился этот вечер, мы сидели вместе с Юльте на берегу Тылгаваям под копной душистого сена. Было так тихо, что мы слышали, как сталкиваются друг с другом маленькие льдинки, плывущие по быстрой речушке. Тишину нарушал только отдаленный лай собак да голос старого оленевода.

Юльте рассказывал о своей юности, и перед нами вставал вчерашний день до-

Революционной Камчатки. рая тяжелых болезней, края факторий, насаждаемых здесь русскими и американскими купцами, края забитых людей, которых мог обмануть и ограбить любой...

Как-то раз к юртам, в которых жил Юльте и другие пастухи, приехал высокий белый человек.

– Меня зовут Блейк, Генри Блейк, – говорил он, тыча себя в грудь.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

Когда молчит сердце

Заметки писателя