Моя первая встреча с Владимиром Ильичем за границей

А Киселев| опубликовано в номере №220, Апрель 1932
  • В закладки
  • Вставить в блог

Тов. А. С. Киселев - секретарь ВЦИК, старый член партии По профессии рабочий - металлист. До революции он занимал ответственные посты: был сначала председателем, а потом - секретарем петербургского союза металлистов, работал в Москве, Николаеве, Одессе, Иваново - Вознесенске и других городах, выполняя партийные поручения. Прошел тюрьмы и ссылки.

Я расскажу о моей первой встрече с Владимиром Ильичем за границей. Это было в июле 1914 г., как раз перед началом империалистической войны.

В эпоху реакций нам было чрезвычайно трудно и тяжело работать. После реакции начался подъем революционной борьбы. Рабочие крупнейших промышленных центров - Петербурга, Москвы и других городов - находились под нашим влиянием и чутко отзывались на призывы нашей прессы и партийных организаций. В это время у нас была своя легальная пресса. Мы издавали «Звезду», затем - «Правду», потом - «Путь правды», «Северную правду» и т. д.

Среди легальных и нелегальных рабочих организаций началось большое оживление. На все нелегальные собрания рабочие шли с исключительным интересом. Сама жизнь выдвинула такие, вопросы, которые, по условиям того времени, не могли обсуждаться в легальной печати и на легальных собраниях. Потребность в подполье вытекала из самого существа нарастающего рабочего движения и политических условий самодержавного строя.

Летом 1914 г. состоялось большое собрание в Шуваловском лесу, под Ленинградом. Оно было созвано из представителей профессиональных союзов для обсуждения доклада о предстоящем международном конгрессе II интернационала. Конгресс должен был собраться в Вене. Этому конгрессу придавалось очень большое значение в связи с нараставшей опасностью мировой войны.

Влияние нашей партии было тогда уже очень велико. Мы отвоевали у ликвидаторов - меньшевиков большинство фабрик и заводов, и наиболее крупные профессиональные союзы были в наших руках и находились под нашим влиянием. Поэтому большинство делегатов, которых предполагалось послать на конгресс, было обеспечено за нашей партией.

В связи с этим ЦК партии решил приурочить к конгрессу созыв за границей из наших делегатов всероссийской партийной конференции. Организация конференции была возложена на нашу фракцию в Государственной думе. Фракция состояла из шести человек. Это была очень крепкая большевистская шестерка. В нее входили тт. Петровский, Самойлов, Бадаев и др. Шестерка эта была тесно связана с нашим ЦК, который и руководил ею. Фракции Государственной думы было поручено подобрать несколько товарищей, которые в свою очередь должны были подготовить к конференции все местные организации. Выполнение этой задачи фракция возложила на т. Бадаева (ныне члена ЦК). Тов. Бадаев начал по этому поводу предварительные переговоры с отдельными товарищами, в том числе и со мной.

Я работал тогда в Петербурге в качестве председателя, а позднее - секретаря ЦК союза металлистов. Металлисты играли очень большую роль в революционном движении. По металлистам равнялись все другие союзы. Металлисты и выбрали меня делегатом на предстоявший конгресс. Когда переговоры с т. Бадаевым были закончены, нам было предложено съездить за границу для информации ЦК о положении в России и о состоянии дел нашей партии и для получения от ЦК соответствующих инструкций. Кроме того нам было предложено прощупать безопасные места для нелегальной переправы через границу большого количества наших делегатов.

В июле я и т. Глебов - Авилов, который сейчас является директором Россельмаша, с Балтийского вокзала тронулись в путь на Варшаву. В Варшаве мы взяли железнодорожные билеты до г. Люблина, где мы должны были получить явки для дальнейшего следования. Явочную квартиру в Люблине мы нашли очень быстро; нас встретил студент Петербургского университета - тов. X.

В Люблине мы пробыли около двух суток в ожидании ответа от товарища, который проживал на границе с Австрией и который должен был выяснить условия дальнейшего нашего следования. Из Люблина мы поехали по направлению к границе.

Не доезжая 5 - 6 км. до австрийской границы, мы сошли на месте, где нас должна была ожидать крестьянская подвода. Но с этой подводой вышла какая - то задержка: ее не оказалось на условленном месте. Это привело нас в замешательство и обратило на нас внимание полиции и жандармерии, которые начали подозрительно нас оглядывать, видимо раздумывая - что это за люди и что с ними делать: проверить паспорта или арестовать. Из затруднительного и опасного положения нас вывел тот крестьянин, который приехал за нами. По нашему растерянному виду и блуждающему взгляду он догадался, что мы - те самые пассажиры, за которыми он приехал. Он подошел к нам и спросил нас:

- Вы не к такому - то едете? Мы быстро ответили:

- Да, да.

Тогда он повел нас в ближайший переулок к лошадям, которые уже стояли запряженными в бричку., Сопровождаемые подозрительными взглядами жандармерии и полиции, мы выбрались благополучно и поехали по направлению к австрийской границе.

Прибыв в пограничную деревню, мы подъехали к дому отца одного товарища. Он направил пас к проводнику - контрабандисту, согласившемуся переправить нас через границу. С контрабандистом и товарищем мы просидели пару часов и под вечер тронулись в путь.

Из деревни мы шли среди зеленеющего поля по узеньким тропинкам, избегая встреч на шоссейных и проселочных дорогах. По приказу нашего проводника, когда он замечал кого - либо из прохожих или проезжих, мы раза два - три садились на землю, потом вставали и шли дальше.

Таким путем мы добрались до соседней деревни, которая находилась от границы на расстоянии не более 200 - 250 саженей. Здесь проводник повел нас в какой - то сарай и предложил нам ждать его, обещав скоро вернуться. В этом темном сарае мы просидели довольно долго. В голову нам уже стали закрадываться сомнения: не предаст ли он нас полиции? Но часа через полтора он вернулся к нам и заявил, что мы можем идти дальше.

Было уже совсем темно. Мы вышли из деревни и прошли по полю, по направлению к границе, несколько десятков саженей. В середине одной полосы, засеянной пшеницей, проводник предложил нам лечь. Минут через 10 - 20 вдали показался огонек. Это, как потом мы узнали, был сигнал, означавший, что путь свободен. Мы направились на этот огонек.

Проходя мимо него, мы заметили, что сигнал подавал человек, который держал на веревке корову. Он что - то тихо и невнятно сказал нашему проводнику, который предложил нам нагнувшись бежать вслед за ним. Пробежав МИНУТ 10 - 12 по густой и мокрой от упавшей росы траве, мы остановились, так как сильно запыхались и устали. После короткой передышки мы вновь побежали, а потом наш проводник предложил нам идти шагом, сообщив, что теперь мы - в безопасности, так как находимся на территории Австрии.

На второй день утром мы уже были в Кракове. ЦК партии тогда находился в местечке Поронино, и мы в этот же день с вечерним поездом отправились туда. На следующий день рано утром мы уже были у Владимира Ильича.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 9-м номере читайте  об истории создания знаменитой картины Серова  «Девочка с персиками», о «великиом «будетлянине» Велимире Хлебникове, о мало кому известной поездке в Россию Чарльза Лютвиджа Доджсона,  больше знакомого нам как  Льюис Кэрролл,  о необычной судьбе крепостной актрисы Прасковьи Жемчуговой,  о жизни и творчестве Сергея Рахманинова, новый детектив Ольги Степновой «Моя шоколадная бэби» и многое другое.



Виджет Архива Смены