Это случилось под Братском 18 мая 1957 года

Бор Семенов| опубликовано в номере №858, Февраль 1963
  • В закладки
  • Вставить в блог

За минуту до взрыва

Четырех не было. На небе еще не поблекли звезды. Поселок спал. И вдруг проснулся. Весь. Сразу. Огромной лавиной на него надвигался грохот. Он то сливался в глухую канонаду, то гремел, словно раздельные залпы артиллерийских батарей. Люди выскочили из домов и, одеваясь на ходу, побежали на реку, к перемычке. Рвалась не взрывчатка. Не снаряды рвались. С верховьев шел лед.

Огромные льдины мчались по течению. Не способные протиснуться в узкую горловину перемычки, они напирали одна на другую, с грохотом ломались, громоздились гигантской ледовой баррикадой.

Это случилось у знаменитых Падунских порогов, где в то время сооружалась перемычка будущей Братской ГЭС.

Ледоход превращался в ЧП. Диспетчерское совещание главный инженер строительства ГЭС Гиндин начал без обиняков:

— Такой напор льда перемычка выдержит не больше двух суток.

Он не объяснял, что значит катастрофа на перемычке. Не говорил о том, что сюда вложен многомесячный труд тысяч людей, миллионы часов работы механизмов, деньги, счет которым ведется шестизначными цифрами. Инженерам и без того все было ясно.

— Каковы предложения? — Эту фразу Гиндин произнес, видимо, по привычке, машинально, потому что, не ожидая ответа, сказал сам: — Лед надо рвать. И не медля.

Связались с военными. Они брались превратить лед в крупу. Однако сохранность самой перемычки не гарантировали.

Радости мало!

Тогда позвонили в «Аэрофлот». Через час вертолет «МИ-4» номер «Л-55» взмыл в воздух. Его повел командир отряда Кожарский. Уступив свое место старшему, «хозяин» пятьдесят пятой Вьюшин занял кресло второго пилота. Вася Иванов, как всегда, сел там, где и положено быть бортмеханику.

Приземлились на крошечной площадке, куда уже подъехал Гиндин.

— Давайте посмотрим вместе,— сказал он и полез в вертолет.

Вася дал главному инженеру шлемофон и подключил его к бортовой связи.

С малой высоты картина ЧП представлялась очень отчетливо. Ледовая баррикада росла все выше и выше. Несколько льдин уже достигли гребня перемычки и придавили двадцатипятитонный самосвал. Из кабины вертолета видно было, как водитель самосвала бежал к берегу.

— Сможете сбрасывать взрывчатку под лед, в трещины? — спросил Гиндин.

— Раз надо, сбросим,— ответил Кожарский.— Когда приступать?

— Сейчас же.

Вернулись на берег. Туда подъехали взрывники. Начали свозить аммонит. Аммонит в ящиках. Тридцать три килограмма в каждом. Кожарский, Вьюшин, Иванов и два «бога взрывов» выработали свой устав, определили обязанности каждого в полете.

Кожарский провел «экзамен». Проверил, все ли четко знают, что им надлежит делать. В машину загрузили десять ящиков взрывчатки и десять здоровенных валунов.

— Ну, поехали,— сказал Кожарский.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 8-м номере  читайте о «Фаусте петровской эпохи» загадочном Якове Брюсе, об Александре Ланском - одном из фаворитов Екатерины II, о жизни и творчестве Михаила Лермонтова, о русском и американском инженере-кораблестроителе Владимире Ивановиче Юркевиче, о популярнейшем актере Андрее Мягкове. О жизни и творчестве русского художника Ореста Кипренского и многое другое



Виджет Архива Смены

в этом номере

«Воздух – земля»

Репортаж с самолета — ракетоносца

Ромашки

Рассказ