Чтение: Бабков, Бандурка, Бердслей, Фламарион

Геннадий Серышев|16 Апреля 2010, 11:06| опубликовано в номере №1746, Апрель 2010
  • В закладки
  • Вставить в блог

Апрель 2010

Бабков В. В. Заря генетики человека. Русское евгеническое движение и прогресс генетики человека. – М.: Прогресс-Традиция, 2008. – 800 с.

 100 лет назад слова «генетика» не было – зарождавшаяся наука называлась евгеникой и ставила целью улучшение человеческой породы. Отсюда, кстати, – опыты по омоложению, которые вели в 1920-х годах зарубежные и отечественные ученые. Были и элементы абсурда: например, ученые предлагали выдавать разрешение на брак только таким парам, от которых может родиться здоровое потомство. Изучали и расовые различия. Правда, в СССР из них не делали далеко идущих выводов, а вот в гитлеровской Германии улучшением человеческой породы оправдывали полное зверство.

Вряд ли кто-нибудь не слышал о генномодифицированных продуктах или клонировании живых существ. Одних такие разговоры пугают, у других вызывают энтузиазм. Книги, подобные этой, помогают понять, откуда возникли сегодняшние сенсации.

Бандурка. Українски соромiцькi пiсни. – Київ: Днiпро, 2001. – 280 с.

«Вы не можете представить, как мне помогают в истории песни. Даже не исторические, даже похабные; они все дают по новой черте в мою историю». Как вы думаете, кто это написал? Автор «Тараса Бульбы», Гоголь. Кстати, он сам записывал подобные песенки, частушки, прибаутки. В числе собирателей есть и другие известные люди, например поэты Т. Шевченко и И. Франко.

***

Не йди, дiвчино, в поле,

Там тебе бугай сколе

Довгою тичиною –

Не будеш дiвчиною.

***

Наварила, напекла, да некому їсти,

Розставила ручки, нiжки, да нiкому лiзти.

Песни, собранные тут, – на все случаи жизни. Уже через неделю активного пользования у владельца книги развивается не только чувство юмора, но и языковое чутье. Кстати, по-украински все выходит мягче, и даже привычные заборные слова звучат как магические заклинания.

Бердслей О. Шедевры графики. М., Эксмо: 2009. – 216 с.

Мало какая эпоха так любила изящное, как эпоха модерна. Но недаром этот художественный стиль возник перед первой в истории человечества мировой войной: здесь цивилизация как бы дошла до предела утонченности, сделав шаг в бездну. Философия модерна – пир во время чумы; главные признаки – декоративность, привкус тления и несколько порочная чувственность.

Одним из главных основоположников стиля был английский юноша Обри Бердслей, умерший в 25 лет на французском курорте от туберкулеза. Его жизнь – удивительный пример мужественного творчества. В искусстве Бердслея жизнь каждую секунду помнит о смерти, но вопреки умиранию создает гениальные формы.

Он был страстным читателем, поэтому стал прежде всего великим книжным иллюстратором. Кстати, на фоне Бердслея куда ярче видна наша литература Серебряного века: В. Брюсов, А. Блок, А. Белый. Да и В. Набоков «сквозь» Бердслея понятнее.

Фламарион К. История неба. М.: Золотой век, 1994. – 450 с.

Русский перевод «Истории» впервые вышел 135 лет назад. Ее читали запоем – она была из лучших научно-популярных книг России. Впрочем, и сейчас, спустя полвека после полета Гагарина, любознательный читатель найдет в ней массу интересных сведений.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

Во 2-м номере читайте о судьбе и приключениях блестящей княгини Екатерины Скавронской-Багратион, о жизни и творчестве великого Виктора Гюго, интереснейшее  повествование о подмосковной усадьбе Михалково, материал «Поэт-романтик Николай Гумилев»,  беседу   с молодым и очень ярким артистом Театра Романа Виктюка Иваном Ивановичем,  остросюжетную повесть Иосифа Гольмана «Пассажир сошел» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Последние пути

Экскурсия по Ваганьковскому кладбищу

Высший уровень свободы

Петр Антипов, строитель автолетов

Тень императрицы

Одна из красивейших женщин своего времени, супруга Александра I, лишь тенью мелькнула на страницах российской истории…