Арктика, дом два

Юрий Визбор| опубликовано в номере №1421, август 1986
  • В закладки
  • Вставить в блог

Повесть

Продолжение. Начало в № 14

— Юрик, помочь? — крикнул Санек. Санек хотел чуть-чуть обратить на себя внимание. Уж больно страшно было стоять рядом с Калачом и слушать, как он совершенно спокойно говорит с Николаем Федоровичем и Левой, будто все уже о Саньке решено, будто уже его выкинули просто так.

— Чего тут помогать? — хмуро сказал Бомбовоз, но Калач повернулся и посмотрел на своего радиста коротким тяжелым взглядом, прямо в глаза.

— А, герой ночного кабаре, — сказал Калач. — Есть у меня к тебе вопрос.

— Слушаю! — с готовностью сказал Санек.

— Ты когда антиобледенительную жидкость пил с корешами, предполагал такой вариант, что мы из-за этого упадем?

— Нет, товарищ командир.

Санек ясно и прямо смотрел на Калача. Руки держал по швам. Желал одного — чтоб раскричался командир, ударил бы. Ударит — гнев сойдет. Ударит — потом пожалеет. Но командир говорил спокойно. Вот что было страшно.

— Ну, все-таки мог себе представить — я не верю, что не мог, ты ж ведь не дитя грудное — не мог представить, что мы из-за этого упадем? И не дай бог над чистой водой. Ведь такой случай мог произойти? И еще может произойти — нам же дальше лететь!

— Ну, да... — нерешительно сказал Санек.

— Ну, вот представь: машина падает в воду. Три метра до поверхности, полтора, ноль. Что бы ты делал в таком случае? Пытался бы спастись?

— Я как все.

— Все пытались бы спастись.

— Ну и я.

— Правильно. Поэтому я тебе предоставляю такую возможность.

— Какую?

— Спастись. Ведь мы не упали случаем. Представь себе такой счастливый вариант — все погибли, а ты спасся. Шустрее всех оказался. Чтобы избавить тебя от страха за свою жизнь, оставлю я тебя здесь. У нас впереди опасный полет. Считай, что мы уже на том свете, а тебе повезло. Не могу я брать в опасное дело такого жизнелюбца, как ты. Погуляй здесь, провентилируйся. Жизнь свою дальнейшую раскинь. А я не могу идти в полет с таким подлецом вместе. И молись на меня. Прилечу — будешь жить. Разобьемся — так подлецом и подохнешь!

Калач повернулся к Николаю Федоровичу, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

— Товарищ командир... — Санек чуть не упал на колени, чуть не заплакал, потому что понял, что все, что сказал Калач, — правда, и все это сейчас будет выполнено. Вертолет улетит, а он останется здесь около этого болотца, один, без всего, только «молнию» «канадки» застегнет до упора. И на сотни миль — ни одной живой души. В сердце у Санька надрывно и сразу заиграл какой-то трагический гитарист, ударяя пятью пальцами по струнам раздрызган-ной гитары и выкрикивая: «Вагончик тронеца, вагончик тронеца, вагончик тронеца — вагончик тро-о-о-не-ца — пер-р-он о-ста-неца!!!»

— Вы не имеете права! — сказал неожиданно Санек, тревожно сам же и выслушав свою речь.

  • В закладки
  • Вставить в блог
Представьтесь Facebook Google Twitter или зарегистрируйтесь, чтобы участвовать в обсуждении.

В 1-м номере 2021 года читайте о сокровенных дневниках Михаила Пришвина, которые тайно вел на протяжении полувека, жизни реального Ивана Поддубного,  весьма отличавшегося  от растиражированного образа, о судьбе и творчестве Фредерико Феллини, об уникальном острове Врангеля, о братьях Загоскиных – писателе и флотском лейтенанте, почти забытых в наше время, новый детектив Анны и Сергея Литвиновых Раз, два, три, четыре, пять – я иду искать…» и многое другое.



Виджет Архива Смены

в этом номере

Давайте объяснимся

Своими соображениями делится композитор Геннадий Гладков

Без острых углов

Размышления о первых шагах в спорте и первых тренерах